Чтение онлайн

Председатель. — Мы на некоторое время прервем ваш допрос, чтобы дать вам возможность написать.

Белецкий. — Это не так-то легко, шесть листов написать, когда в грязь окунешься, когда каждое слово является страданием душевным. Я не сплю, доктор может подтвердить. Он мне прописывает и молоко и яйца, а я ничего не могу есть.

Председатель. — Если вы ничего не имеете, я к вам зайду, и вы мне передадите, что вы написали, чтобы мне постепенно с этим ознакомиться.

Белецкий. — Я просил бы просмотреть мое первое показание, которое касается промышленных комитетов, административной части. Может быть, я увлекся. Я люблю административное дело.

Председатель. — Я прочел, я задам вам вопросы. Пожалуйста, поработайте интенсивнее, чтобы закончить ваш допрос и сообразить, какие из него делать выводы, если это позволит состояние вашего здоровья. Дайте нам что-нибудь в понедельник и что-нибудь в среду.

Белецкий. — Слушаюсь. Для понедельника у меня суббота и воскресенье, а для среды — понедельник и вторник.

Содержание: О дневнике Лахтиной. Отношение Лахтиной к Распутину. Об отношении Распутина к политическим делам.

Председатель. — Вот эти вещи, где они у вас отобраны?

Лахтина. — Это все у меня в монастыре, в моей келье.

Председатель. — Теперь тепло, почему вы одеты?

Лахтина. — Извините, у меня тут образ, мне не хотелось с ним расстаться.

Председатель. — Но ведь вы там снимали?

Лахтина. — Я пришла, немножко вспотела и сняла.

Председатель. — Где ваши дневники?

Лахтина. — Все отобраны.

Председатель. — Кем?

Лахтина. — Кто меня арестовал.

Председатель. — А за прошлые годы где ваши дневники?

Лахтина. — Я не всегда вела.

Председатель. — А в прошлом году вы вели дневник?

Лахтина. — Я сейчас вспомню. Все, что записано, у меня отобрано. У меня нет больше помещения. Все что было, все взято.

Председатель. — Вы не ответили на мой вопрос. В прошлом году вы вели какой-нибудь дневник?

Лахтина. — Я теперь не припомню хорошенько. То, что взято, то и было.

Председатель. — Но в этих бумагах нет ваших дневников?

Лахтина. — Это все и есть мои записки. Тут записано какой год. А больше у меня нет. Я, правда, не помню, какой год.

Председатель. — Вы в Петрограде теперь с какого времени?

Лахтина. — С воскресенья.

Иванов. — А последнее время вы где были?

Лахтина. — Я, арестованная, жила в Верхотурье в женском монастыре.

Председатель. — Мы сейчас уезжаем. Вас допросит следователь. Вы ему расскажете правду, которую знаете. Как вам быть с едой?

Лахтина.— Я уже обедала в тюрьме. Меня нарочно верно покормили раньше.

Председатель. — Но к вечеру вы опять захотите?

Лахтина. — Если мне дадут стакан чая, я могу ограничиться.

Председатель. — Скажите пожалуйста, старые дневники, которые у вас кто-то из старых властей отобрал, возвращены вам?

Лахтина. — У меня никто не отбирал.

Председатель. — Вы их кому отдали? Вы их отцу Илиодору отдали, а у него отобрали?

Лахтина. — Этого я не знаю.

Председатель. — Вы не читали книгу Илиодора о Распутине?

Лахтина. — Нет, я не видала.

Председатель. — Вы к Распутину как относитесь, хорошо или плохо?

Лахтина. — Он меня исцелил.

Председатель. — Так что вы теперь хорошо относитесь?

Лахтина. — Да.

Председатель. — От какой болезни он вас исцелил?

Лахтина. — У меня была неврастения кишек, я пять лет лежала в кровати.

Председатель. — Вы считаете Распутина каким человеком?

Лахтина. — Я его считаю старцем.

Председатель. — Что это значит?

Лахтина. — Старец, который опытом прошел всю жизнь и достиг всех христианских добродетелей.

Председатель. — А вам неизвестны дурные вещи — по крайней мере с общелюдской точки зрения — по отношению к Распутину? Мы все думаем, или многие думают, что он развратный человек, скверный, что его жизнь была не духовная.

Лахтина. — Я не знаю его с этой стороны.

Председатель. — Но вам может быть говорили?

Лахтина. — Я верю только себе. Я знаю, что так со мной было.

Председатель. — Но если вам хороший человек скажет правду?

Лахтина. — Я на себе испытала силу его святости, так что для меня теперь уже все закрыто. Я два раза ездила заграницу, никто мне помочь не мог, была калека.

Председатель. — А вы знаете, что Распутин лез в такие дела, в которые старец вряд ли должен лезть? Вот вы говорите старец, который прошел жизнь, а в дела политические он лез.

Лахтина. — Я за него не могу говорить. Я знаю, что ему это приписывали.

Председатель. — Например, вы помните эту телеграмму, которую он послал и которую вы записали в своем дневнике: «Миленькаи папа и мама! Вот бес то силу берет окаянный. А Дума ему служит; там много люцинеров и жидов. А им что? Скорее бы божьего помазаннека долой. И Гучков господин их прихвост, — клевещет, смуту делает. Запросы. Папа. Дума твоя, что хошь, то и делай. Какеи там запросы о Григории. Это шалость бесовская. Прикажи. Не какех запросов не надо. Григорий».