Падение империи. Путь роз
Шрифт:
Глава 4. Первая гроза
Прошло уже два года с тех пор, как Аргалион поселился у мага. Он совершенствовал свои магические навыки. Теперь исцелить птицу ангелу бы не составило труда. Он даже научился нескольким боевым заклинаниям. Норманн обещал научить его очень сильному заклинанию рассеивания, из-за этого юноша весь день был в возбужденном состоянии, но Лиза, которая должна была помочь с этим испытанием, подошла ближе к вечеру. Она согласилась быть своеобразным тренажером для магических практик Аргалиона. Все трое вновь собрались на поляне перед домом, как в тот первый раз, который ангел все еще помнил, несмотря на то, что прошло уже много времени. Где-то в глубине его души жил этот страх, страх того, что опять может ничего не получиться или получиться не так, как надо.
– Ну что, приступим? – обратился Норманн к присутствующим.
– Конечно, – Лиза, похоже, была настроена самым лучшим образом. Для нее это было вроде игры, забавного эксперимента. Она чувствовала себя героиней сказки, с которой собирались снять заклинание. И к тому же, ей нравился Аргалион. Девушка корила себя за это, потому что не было похоже, что ангел испытывал к ней что-либо большее, чем равнодушие. Да и ей самой, скорее, хотелось, чтобы он просто посмотрел на нее, как на девушку, нежели она бы действительно хотела, чтобы между ними было что-то серьезное. Она нравилась многим, а он был таким холодным – это ее раззадоривало, но уже начинало слегка надоедать.
– Думаю, я готов, – ответил юноша. Он совершенно не представлял, как будет выглядеть это обучение. Книги, которые он читал – это ведь было совсем не то, что в жизни: в книгах всё выглядит намного проще. И эта девушка, от нее можно было ожидать чего угодно.
– Что ж, это хорошо. Тогда я сделаю первый ход – заколдую Лизу, – старик направился к девушке, попутно ведя рассказ, – магия рассеивания очень важна. Она позволит снять как негативную магию, так и позитивную. Может, ты спросишь, зачем снимать позитивную магию? Но ведь и добро можно использовать во вред. Вот, например, если я сделаю так, – Норманн взял руку девушки и поцеловал ее, – то она станет моей.
– Как это? – Лиза перепугано отдернула руку.
– Все легко. Это такое заклинание. Называется связующий поцелуй. Поразительное заклинание. Маг целует свою жертву, не важно, куда. И после этого жертва не сможет оказывать магу сопротивление. Она не лишается воли, нет, но и напасть не сможет, вроде как начинает служить магу. Трудно сказать, хорошо это или плохо. Заклинание незаменимо для «добра» и для «зла», я не могу сказать, позитивная это магия или негативная, все зависит от того, как ее применять. Самая забавная его особенность в том, что заклинание нельзя рассеять никак… Не существует ни единого способа снять заклинание…
– А что же тогда делать? – перебил ангел. Девушка тоже смотрела на Норманна с некоторой растерянностью. Она, конечно, не собиралась на него нападать, но и быть марионеткой тоже не хотелось.
– Ты нетерпелив, мой юный друг. Я еще не закончил. Неужели тебя не учили не перебивать старших? – Аргалион покраснел. Опять несдержанность, – как я уже сказал, не существует ни единого способа снять заклинание, кроме одной хитрости. Нужно поцеловать заколдованного человека вновь в то же место, используя любое заклинание рассеивания.
– Минуточку, а как я пойму, в какое место я должен поцеловать? – поинтересовался ангел.
– Никак, – огорчил старик, – разве что только сам маг тебе расскажет или ты увидишь. В этом вся хитрость заклинания. Ладно, хватит уже болтать. Лучше подойди и расколдуй ее.
– А как я пойму, что заклинание рассеялось?
– А в этом нам сможет помочь лишь Лиза.
– Я? Как? – удивилась девушка.
– Очень просто, – Норманн достал нож и отдал его Лизе, – вот, когда ты сможешь просто замахнуться им на меня, тогда заклинание будет снято.
– А почему сейчас не могу? – она попыталась сделать взмах ножом в сторону старика, но рука не хотела ее слушаться, – вот это да.
– Все, приступаем. Давай, Аргалион.
Юноша собрался с духом и подошел к девушке. Он был в некотором замешательстве, вспоминая все, чему научился, потом взял ее руку и поцеловал, попутно создавая заклинание рассеивания. Потом ангел отпустил руку Лизы, наблюдая, есть ли какой-то эффект.
– Попробуй еще раз, – попросил старик. Девушка вновь попыталась замахнуться ножом. На этот раз получилось.
– Вот это да! – повторила она удивленно. Она усмехнулась про себя: ведь можно было так же попытаться с поцелуем в губы. Правда, не очень бы хотелось, чтобы Норманн целовал ее. Какие глупости, о чем это она думала?
– Очень хорошо, Аргалион, – оценил старик. Юноша и девушка удивились – он ведь ничего не видел. Как он все понимал? – потренируемся еще пару раз.
Во второй раз Норманн поцеловал Лизу в щеку. Ей было не слишком уютно – он был не самым привлекательным представителем мужского пола. Но она не хотела обижать человека, которого очень уважала. Ангелу стало немного неловко оттого, что пришлось поцеловать девушку в щеку – старик, что, издевался? Трудно было сказать, что там творилось в его седой голове. Однако, и в этот раз Аргалион прекрасно справился с заданием.
– Ты молодец, быстро учишься, – подбодрил Норманн, – а теперь будет самое сложное испытание. И на него уйдет больше времени, может даже намного больше. Теперь ты не увидишь, куда я поцелую Лизу, ты должен будешь сам понять, что это за место.
– Но как?! – воскликнул юноша, – вы же сами сказали, что это место никак определить нельзя.
– Да, я так и сказал, ну и что с того? Я вот, например, слеп, но при этом все вижу. Тебе стоит понять, что возможности настоящего мага достаточно широки, он должен выходить за некоторые пределы ощущений, понимания, его сознание должно воспринимать такие вещи, которые не доступны обычному человеку, иначе, чем ты отличаешься ото всех остальных? Я могу взять любого мальчишку, да, он не научится, быть может, всему так же быстро, но пройдет время, и он сможет освоить навыки магии. А маг – это другое, он должен уметь делать то, чего не умеют остальные, чтобы занимать достойное место среди подобных, а не быть просто мелким фокусником.
Аргалион стоял в раздумьях. Он не имел никакого понятия о том, где именно целовать девушку. Можно было, конечно, просто взять и перецеловать Лизу везде, где только можно, но юноша сразу откинул эту идею – ему бы этого не хотелось. Ангел отвернулся в очередной раз. Ему так хотелось подсмотреть, но это ведь было нечестно, да и он был уверен, что Норманн все поймет – у него было какое-то невероятное чутье.
– Вот и все, можешь поворачиваться, – оповестил старик, – а теперь проводи Лизу, пока не стемнело: негоже девушке одной ходить в такое время по лесу.
Юноша и не ожидал ничего другого, хотя он был и не против – легкая прогулка не помешает. Аргалион время от времени по настоянию своего покровителя провожал девушку до дома, но все такие походы были больше похожи на обычную охрану некой важной персоны, нежели на поведение хороших знакомых или друзей. Это несколько печалило Лизу, потому что она хотела немного растормошить его, да и у нее не было близких друзей там, где она жила, а с ним почему-то приятно было разговаривать даже о самых незначительных вещах. Сначала она думала, что это просто потому, что он привлекал ее как мужчина, но это было что-то другое. Он был каким-то загадочным и, вследствие этого, интересным. Ей так хотелось узнать о нем что-то такое, необычное, какую-нибудь тайну, которую он хранил.