Падение Пятого
Шрифт:
— Возможно, — говорю я, подозрительно оглядываясь. Нигде не видно ни единого признака жизни, за исключением нас и парня у статуи. Если могадорцы где-то прячутся и выжидают, то у них это очень хорошо получается.
— Может, ему просто повезло, — шепчет Сара. — В смысле, ему же удавалось оставаться незамеченным гораздо дольше, чем большинству из вас.
— Но как мы поймём, что он тот, за кого себя выдаёт? — не успокаивается Шестая.
— Есть только один способ это выяснить, — говорю я.
Отпускаю руку Шестой и начинаю переходить улицу.
Я не пытаюсь скрыть своё присутствие, и парень замечает меня сразу, как только я отхожу от Шестой и вступаю в жёлтый круг света от уличного фонаря. Он роняет бутерброд и, быстро вскочив на ноги, тянется к карманам. Долю секунды я ожидаю, что он вытащит и наставит на меня какое-нибудь оружие, и ощущаю, как в ответ загорается мой Люмен. Но потом он достаёт два маленьких шарика: обыкновенный резиновый попрыгунчик и стальной шарик от шарикоподшипника, и начинает перекатывать их в ладони, напряжённо следя за моим приближением. Похоже, это что-то вроде нервного тика.
Я останавливаюсь в нескольких метрах от него.
— Привет.
— Ну, привет, — отвечает он.
С такого расстояния я, наконец, могу хорошенько разглядеть нашего предполагаемого Пятого. Примерно моего возраста, только ниже и коренастее, не сказать, чтобы пухлый, но всё равно какой-то бочкообразный. Короткие, по-военному подстриженные каштановые волосы. И ещё одна из тех дурацких футболок с Болотным Монстром и мешковатые джинсы.
— Не меня ждёшь? — спрашиваю я, не желая напрямую интересоваться, лориенец ли он. Мало ли, вдруг это просто деревенский чудак, которому нравится в одиночку хомячить по ночам бутеры.
— Не знаю, — отвечает он. — Покажи мне свою ногу.
Секунду я колеблюсь, затем нагибаюсь и задираю штанину. Он вздыхает с облегчением, рассматривая мои шрамы, и тоже задирает свою штанину, демонстрируя точно такую же картину. Ловким отработанным движением отправив шарики в карман, Пятый идёт мне навстречу, протягивая освободившуюся руку.
— Я Пятый.
— Четвёртый, — отвечаю я. — Но для друзей просто Джон.
— Людское имя, — говорит он. — У меня их было слишком много, все и не упомнить.
Мы пожимаем руки. Его хватка похожа на тиски, так он взволнован. На миг меня пронзает тревога, что он не отпустит мою руку. Я покашливаю и стараюсь ненавязчиво освободиться.
— Прости, — говорит он, неуклюже отпуская мою руку. — Я просто переволновался. Извёлся от долгого ожидания. Я ж точно не знал, увидел ли кто-нибудь моё сообщение. Знаешь, как тяжело делать круги на полях? На второй раз меня бы точно не хватило.
— Да уж, идея была не из лучших, — говорю я и снова настороженно оглядываюсь, по-прежнему ожидая внезапного появления могадорцев. Поблизости стрекочут сверчки, вдали, на трассе, шумят машины. Ничего подозрительного, но я всё никак не могу избавиться от ощущения, будто за нами наблюдают.
— Плохая идея? — с жаром выпаливает Пятый. — Но ты же нашёл меня! Значит, сработало! В чём же я накосячил?
Кажется, Пятый так стремится понравиться, что воображает, будто я кинусь хвалить его за трюк с выжиганием кругов. Словно ему и в голову не приходило, что его действия могут привлечь нежелательное внимание, что, на мой взгляд, говорит о его наивности. Может, я сужу о нем слишком строго, но мне он кажется слишком мягким. Домашним. Хотя, возможно, я просто слишком много времени провёл рядом с такими закалёнными личностями, как Шестая и Девятый.
— Забей, — говорю я ему, — всё пучком. Нам лучше уйти.
— Ой, — бормочет он, с вытянувшимся лицом оглядываясь кругом. — А ты пришел один? Я надеялся увидеть всех остальных.
Как по сигналу позади меня появляются Шестая и Сара. Пятый пятится и чуть не спотыкается о свой рюкзак.
Шестая выходит вперёд.
— Я Шестая, — как всегда сухо произносит она. — Джон слишком вежлив, чтобы сказать тебе, что твои круги на полях могли тебя прикончить. Глупее не придумаешь. Тебе повезло, что мы успели сюда первыми.
Пятый хмурится, переводя взгляд с меня на Шестую.
— Вау! Простите, я не хотел создавать неприятности. Просто... ничего лучше мне не придумалось.
— Проехали, — говорю я, кивая на его пожитки. — Хватай рюкзак. Поговорим в дороге.
— Куда поедем?
— Мы отвезём тебя к остальным, — говорю я. — Теперь мы все вместе. Пора сражаться.
— Вы собрали всех вместе?
Я киваю.
— Ты последний.
— Вау, — несколько смущённо говорит Пятый. — Простите, что опоздал на вечеринку.
— Пошли, — говорю я, в очередной раз кивая на рюкзак. — Нам, правда, надо торопиться.
Пятый нагибается за рюкзаком, а потом обращает внимание на до сих пор молчавшую Сару.
— А ты какой номер?
Она мотает головой.
— Я просто Сара, — с улыбкой говорит она.
— Союзник человек, — выдыхает Пятый, качая головой. — Всё, мой мозг официально взорван.
Шестая посылает мне недоумевающий взгляд. Я и сам офигеваю. Может, сказывается то, что нас уже потрепало не в одной битве и мы не раз находились на волоске от смерти, и поэтому Пятый кажется нам таким легкомысленным. Мы давно должны быть в дороге — подальше от этих мест, а Пятому хочется просто стоять на одном месте и чесать языками.
— Всё, — грубо отрезает Шестая, — хватит тут торчать и трепаться. А то сюда нагря...
Шестая прерывается на полуслове от внезапного громкого рёва над головой. Ни одна земная машина не способна издавать такие звуки. Мы одновременно задираем головы, и в тот же миг серебристый могадорский корабль включает прожектора, мигом ослепляя нас. Пятый прикрывает глаза и взирает на меня.
— Это ваш корабль? — спрашивает он.
— Могадорский! — кричу я ему. С корабля уже спускаются тёмные фигуры, первая волна могадорских воинов на подходе.
— Ой, — растерянно моргает Пятый, глазея на корабль. — Так вот они какие.
Глава 13
ДЖОН
— Брось мне ситарис! — кричу я Шестой. — Если мы все станем невидимыми, то успеем улизнуть.
Она начинает копаться в сумке в поисках камня, но вытаскивает его слишком поздно.
Не успевает она что-либо предпринять, как воздух прорезают вспышки бластеров — первая волна могов открыла по нам огонь.
Мой браслет вовремя увеличивается, отклоняя пару выстрелов, нацеленных прямиком мне в грудь.