Чтение онлайн

И тут, как назло, Восьмой телепортируется на крышу.

Шестая шарахается от меня, словно ошпаренная. В этот момент я бы без всякого сожаления запросто мог удавить Восьмого. Я ожидаю, что он отпустит какую-нибудь шуточку, но его лицо предельно серьезно.

— Ребят, вы срочно нужны внизу!

— Что стряслось? — спрашивает Шестая, спеша к Восьмому. — Моги?

Восьмой в ответ качает головой.

— Элла.

Да уж, отец явно ошибся, назвав эту ночь тихой и спокойной.

Восьмой берет нас за руки, и я тут же теряю ориентацию от чувства, будто мир выдернули у меня из-под ног. Не успеваю я глазом моргнуть, как мы уже стоим посреди комнаты, которую занимают Марина с Эллой.

Элла, каменным изваянием лежит на спине в кровати среди разбросанных одеял. Ее глаза плотно зажмурены. Но куда страшнее тоненькая струйка крови, стекающая с уголка рта — Элла до крови прикусила губу.

Марина приседает на колени у кровати и прикладывает ко рту Эллы салфетку. Седьмая без конца шепчет имя девочки в попытке ее разбудить. Элла почти не двигается, лишь сжимает и разжимает кулаки, комкая простыню.

— И давно это с ней? — спрашивает отец.

— Не знаю, — отвечает Марина с паникой в голосе. — Она пошла спать раньше меня. Сказала, что устала после тренировки. Я нашла ее уже в таком состоянии и никак не могу разбудить.

Оглядываюсь в растерянности, не зная, что предпринять. Кажется, остальных обуревают те же чувства. Все с нерешительным видом столпились в комнате или мнутся в дверях.

— Такого ведь раньше не случалось? — спрашиваю я Марину.

— Худшее вы уже слышали, когда она кричала, — отвечает она. — Но раньше она всегда просыпалась.

— Не нравится мне это, — ворчит из дверей Девятый. Берни, кажется, с ним согласен. Стоя у изножья кровати, он принюхивается к воздуху, словно сторожевая собака, учуявшая чужаков.

— А еще она ужасно потеет, — говорит Марина.

— Может, это какая-нибудь лихорадка? — спрашивает Джон.

— Во время моих видений такого не случалось, — говорит Восьмой. — А у вас, ребят?

В ответ Джон с Девятым лишь качают головами.

Марина достает из ящика тумбочки полотенце и прикладывает его ко лбу Эллы. Ее руки так сильно трясутся, что Саре приходится вмешаться.

— Давай я, — говорит она, забирая полотенце.

Как только Марина отходит от кровати, Восьмой ее обнимает и начинает поглаживать по спине. Марина благодарно прижимается к нему.

— Может, попытаемся ее исцелить? — предлагает Шестая. — Наследием или камнем?

— Тут нечего лечить, — отвечает Джон. — Во всяком случае, ничего, видимого глазу. А камень... мало ли что может случиться, он ведь удваивает боль при излечении.

— А вы не пробовали просто тупо открыть ей глаза? — предлагает Пятый. Все недоверчиво уставляются на него, удивляясь такой бесчувственности. Хотя, по правде говоря, это предложение ничем не хуже, чем позволять Элле проходить через все страдания, которые сопровождают ее кошмар. — А что? У вас есть идеи получше?

Отец осторожно приподнимает Элле одно веко. Глаз полностью закатился, виден только белок. Помню, как Марк Джеймс на физре скинул меня с каната, и мне пришлось проверяться на сотрясение мозга. Тогда мне светили фонариком в глаза.

— Джон, может, попробуешь посветить ей в глаза Люменом? — предлагаю я. — Он яркий, вдруг она проснется.

Джон вытягивает руку и, как фонариком, направляет луч прямо в глаз Эллы. На секунду ее тело перестает дергаться, и она как будто расслабляется.

— Кажется, действует, — выдыхаю я.

— Элла, проснись, — просит Марина.

Внезапно рука Эллы взлетает вверх и с поразительной силой хватает Джона за запястье. Похожая сцена была в фильме ужасов, где в маленькую девочку вселился демон. Ее рука светится красным, где она касается кожи Джона.

— Что она делает? — потрясенно спрашивает Сара.

Какой-то миг Джон выглядит ошарашенным, даже порывается что-то сказать, но потом его глаза закатываются, а тело перекашивает, будто по всем мышцам разом прошлась судорога... затем напряжение резко отпускает, и Джон как подкошенный падает на пол рядом с кроватью Эллы.

— Джон! — кричит Сара.

Элла продолжает цепко держать Джона за запястье. Девятый врывается в комнату.

— Расцепите их!

Марина загораживает Девятому путь.

— Стой! Не трожь ее!

Не слушая Марину, Сара нагибается и вырывает руку Джона из цепкой хватки Эллы. Он не двигается и не приходит в себя, даже когда Сара переворачивает его и начинает трясти. Не знаю, что Элла сделала, прикоснувшись к Джону, но очевидно, на людей это не действует, так как с Сарой ничего не случилось.

Шестая подходит посмотреть поближе, и я вижу, как рука Элла тянется к ней, сжимая и разгибая пальцы.

— Смотрите! — говорю я, хватая Шестую за рубашку и оттаскивая назад. Остальные Гвардейцы тоже замечают тянущуюся к ним руку и осмотрительно отходят подальше от кровати. Как только в зоне досягаемости Эллы не остается ни одного Гвардейца, ее рука безжизненно падает обратно на кровать. Теперь Элла снова выглядит, как девчонка, застрявшая в собственном кошмаре. Правда, теперь к ней присоединился еще и Джон.

— Да что за чертовщина!? — вопрошает Девятый.

— Она с ним что-то сделала, — выдыхает Пятый.

Сара бережно кладет голову Джона себе на колени, а мой папа нежно вытягивает руки Эллы вдоль тела и укрывает ее одеялом. Я разглядываю Гвардейцев. Им не в новинку жить в бегах, они привыкли к постоянным физическим угрозам, к тому, с чем можно бороться и уничтожать. Но как им победить или убежать от того, что нападает на них изнутри?

Глава 30

СЭМ

Эта ночь для всех выходит бессонной. Ну, за исключением тех двоих, кто вообще не может проснуться, хотя вряд ли это у кого-нибудь вызывает зависть.

Мы с отцом подняли Джона с пола и уложили на кровать рядом с Эллой. Теперь они лежат бок о бок, периодически подергиваясь во сне. Сара наотрез отказалась уходить. Она сидит, держа Джона за руку, и, мягко ее поглаживая, не оставляет попыток его разбудить. Берни Косар тоже остался. Он лежит, свернувшись калачиком в ногах кровати, и периодически жалобно воет, утыкаясь мордой в ступни Джона и Эллы.