Чтение онлайн

Девятый пытается откатиться в сторону, но из-за тяжелой травмы не может полноценно двигаться, и только, заметив, как трава вокруг Девятого прижата к земле, понимаю, что Пятый удерживает Девятого на месте с помощью телекинеза.

Тогда я тоже пробую использовать телекинез и притянуть Девятого к себе, но он не сдвигается ни на йоту — хватка Пятого гораздо сильнее.

Все происходит слишком быстро.

Пятый камнем стремительно падает вниз, выставив клинок перед собой. Девятый скрежещет зубами, не в силах пошевельнуться, вынужденный наблюдать за приближением неминуемой смерти.

Внезапно Восьмой возникает прямо перед Девятым... он телепортировался.

— НЕТ! — кричит Девятый.

Клинок Пятого пронзает Восьмого прямо в сердце.

Пятый в ужасе отшатывается назад, осознавая, что натворил. Глаза Восьмого округляются, на груди разрастается кровавое пятно. Пошатываясь, он отходит от Пятого в мою сторону, протягивая ко мне руки. Он пытается что-то сказать, но с его губ не срывается ни звука. Миг, и он падает замертво.

Я кричу, когда на лодыжке начинает выжигаться новый шрам.

Глава 35

ДЖОН

Я шагаю по разгромленному городу. Иду прямо посередине проезжей части: все равно тут нет движения. Разбитые автомобили свалены в кучи вдоль тротуаров, многие из них представляют собой лишь выгоревшие кузова. Ближайшие здания (те, что еще стоят) все в горелых отметинах и осыпаются. Под кроссовками хрустит толстый слой битого стекла.

Город мне не знаком. Не Чикаго, точно. Я где-то в другом месте. Как меня сюда занесло?

Последнее, что я помню — Элла хватает меня за руку, а потом... это место. Едкий, вездесущий запах гари наполняет воздух. Глаза щиплет от облаков пепла, гонимых ветром по пустынным улицам. Вдалеке слышен треск огня — где-то там до сих пор что-то горит.

Я продолжаю идти вперед по пустынной послевоенной зоне. Сперва кажется, что люди полностью покинули эти места, но затем внутри разоренного многоквартирного комплекса я замечаю горстку чумазых мужчин и женщин, которые, скучившись, греются у горящего мусорного бака. Поднимаю руку в приветствии и кричу:

— Эй! Что здесь стряслось?

Завидев меня, люди в страхе шарахаются и, один за другим, быстро исчезают в темноте здания. Пожалуй, я бы тоже остерегался незнакомцев, если бы пережил то, что здесь произошло. Иду дальше.

Ветер завывает в разбитых окнах и перекосившихся дверных проемах. Я настороженно вскидываю голову — где-то на грани слышимости ветер приносит с собой слова:

«Джон... Помоги мне, Джон...»

Голос тих и далек, но я все равно узнаю его. Элла.

И тут я понимаю, где я — в смысле не территориально, а где я мысленно. Каким-то образом меня затянуло в Эллин кошмар. Он кажется таким реальным... но такими же были и те жуткие издевательские видения, которые посылал мне Сетракус Ра. Я закрываю глаза и сосредотачиваюсь, пытаясь заставить себя проснуться. Бесполезно. Когда я открываю глаза, я все так же стою посреди разрушенного города.

— Элла? — немного неловко спрашиваю у воздуха. — Ты где? Как нам отсюда выбраться?

В ответ лишь тишина.

Ветер швыряет мне под ноги обрывок газеты. Нагибаюсь и поднимаю его. Это первая страница «Вашингтон пост»; так вот, значит, где я. Дата выпуска показывает, что прошло уже несколько лет. Это видение будущего, которое, я очень надеюсь, никогда не сбудется. Напоминаю себе, что именно так Сетракус Ра играет с нами. Всё это — его рук дело.

Но, даже зная это, у меня все равно перехватывает дыхание от фото на первой полосе: армада могадорских космических кораблей зависла под облаками над Белым домом. В заголовке лишь одно слово заглавными буквами:

«ВТОРЖЕНИЕ».

Заслышав грохот, отбрасываю газету и бегу на звук. Темный военный грузовик медленно едет по улице под сопровождением могадорских солдат. Я резко торможу и на всякий случай ныряю в ближайший переулок, но моги и так, кажется, меня не замечают.

За грузовиком тянется толпа народу. Это люди — бледные и изможденные, в рваном тряпье, грязные и голодные, многие ранены. Они бредут мрачным строем с опущенными головами и угрюмыми лицами. Их сопровождают вооруженные пушками могадорские воины с черными татуировками на гордо поднятых головах. В отличие от людей, моги все улыбаются. Что-то происходит... какое-то важное событие, которое могадорцы хотят продемонстрировать людям.

Снова порыв ветра: «Джон... сюда...»

Я смешиваюсь с толпой и, опустив голову, шагаю вместе с людьми. Украдкой, быстро оглядываюсь. Впереди тупым зубом торчит Монумент Вашингтона, половина верхушки отсутствует. Живот скручивает от ужаса. Таким станет будущее, если мы проиграем эту войну.

Толпа продвигается к Мемориалу Линкольна. На площади перед ним уже толкутся люди в ожидании начала какого-то извращенного могадорского представления. Флаги США, всегда висевшие над Мемориалом, сняты, вместо них развеваются черные полотнища со зловещим красным могадорским символом. Еще хуже валяющиеся вдоль дороги крупные каменные глыбы... то есть, так мне кажется в начале. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что это вытесанное лицо Линкольна, через лоб к носу тянется широченная трещина. Могадорцы выломали статую с трона и сбросили вниз.

Я продираюсь в первые ряды. Кажется, никто из людей не жаждет находиться впереди, так что меня пропускают без проблем. У нижних ступеней стоит кордон из воинов могов, чтобы приглядывать за этими подавленными людьми — их пушки нацелены на толпу.

Сетракус Ра в небрежной позе восседает на троне, который раньше занимало изваяние Линкольна. Его крупная фигура одета в черную униформу, сплошь увешанную эполетами и медалями. На коленях покоится здоровенный могадорский меч в изукрашенных узорами ножнах. На шее болтаются семь лориенских кулонов, ярко-голубая поверхность лоралита сверкает в лучах полуденного солнца. Черные глаза лениво скользят по толпе... и прямо по мне — я вздрагиваю, готовый бежать, но, кажется, он меня не узнает.

«Джон... ты меня видишь..?»

С трудом подавляю судорожный вдох — рядом с Сетракусом Ра, на троне поменьше, сидит Элла. Только она старше и бледнее. Волосы выкрашены в смоляной цвет и заплетены в тугую косу, переброшенную через плечо. На ней столь роскошное платье, что кажется, будто оно специально надето в издевку над лохмотьями людей, взирающих на нее с благоговейным ужасом. На лице Эллы застыло каменное выражение, словно она уже очень давно стала невосприимчива к таким жестоким сценам, как эта.

Сетракус Ра берет ее за руку.

Я едва сдерживаю порыв рвануть вверх по ступеням и попытаться убить его, вовремя напомнив себе, что все вокруг — иллюзия. А даже если б это было по-настоящему, у меня бы все равно не было шанса. Между мной и Сетракусом Ра стоит целая армия могадорцев.

Толпа раздается в стороны, пропуская к ступеням Мемориала Линкольна военный грузовик, который я видел на улице ранее. Задняя дверь грузовика открыта, и я вижу внутри двух съежившихся пленников — их головы опущены, на руках наручники. В них есть что-то неуловимо знакомое.