Чтение онлайн

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

Он смеется и откидывается назад, чтобы расстегнуть ширинку на брюках.

— Что такое…

В то же самое время, когда он лезет в штаны, чтобы вытащить себя, он скользит рукой в мои волосы и грубо хватает меня за голову.

— Давай. Найди хорошее применение своему хорошенькому ротику?

Не заботясь о том, что он вырвет половину моих волос, я отталкиваю его руку и, даже не думая, сильно бью его по лицу.

— Убери от меня руки!

Он сидит с ошеломленным видом, закрыв лицо руками. Я хватаю свой топ и выхожу, давая всему танцполу бесплатное вип-шоу, пока мчусь через клуб, пытаясь снова его надеть. Мое сердце бьется так сильно, что кажется, будто меня вот-вот вырвет. Адреналин скачет по венам, и к тому времени, как я добираюсь до Маркуса и Бекки, мои руки трясутся. Я толкаю дверь, и она ударяется о стену позади меня.

— Ты сказал этому мудаку, что я буду сосать его член? — кричу я, переводя взгляд с Бекки на Маркуса. Они оба молчат. Должно быть, я выгляжу сумасшедшей с растрепанными волосами и красной помадой на подбородке. — Сколько я стоила, Маркус, а? Сотню? Сто пятьдесят? Какова нынче ставка на минет в «Blush»?

Маркус на мгновение замолкает, наблюдая за мной с другого конца офиса.

— Триста.

У меня отвисает челюсть. Триста долларов.

— Садись, Скарлет, — приказывает он.

— Пожалуй, я постою.

Маркус слегка приподнимает голову и смотрит мне прямо в глаза.

— Сядь.

Бекка мягко кладет руку мне на плечо и ведет в кресло напротив него. Он на мгновение прижимает пальцы к вискам, делает глубокий вдох и снова поднимает глаза.

— Как давно ты здесь? Шесть месяцев? Семь?

— Почти восемь, — огрызаюсь я. Я все еще горю, но чем дольше я сижу здесь, ожидая, что Маркус скажет свою речь, тем больше мой гнев начинает превращаться во что-то темное.

Маркус скрещивает руки на животе и откидывается на спинку кожаного сиденья.

— Каковы твои карьерные цели? Где ты видишь себя через два года?

Карьерные цели? Не работать здесь, это уж точно.

— Я не думала так далеко вперед.

— Ты не видишь, что зарабатываешь больше? Больше, чем в закусочной.

Я смотрю на Бекку, чувствуя себя сбитой с толку, как будто они собираются устроить мне засаду.

— Ну и…

Маркус кивает.

— А что, если я скажу тебе, что сейчас ты можешь заработать вдвое, даже втрое больше? Что бы ты сказала?

Я провожу пальцами по волосам, внезапно занервничав.

— Я бы спросила, в чем подвох.

Маркус одаривает меня одной из своих редких очаровательных улыбок.

— Умная девочка.

— Ты хоть представляешь, Скарлет, сколько запросов мы получаем? — спрашивает Бекка, слегка подавшись вперед со своего места.

Я медленно пожимаю плечами.

— Ты популярна, — отвечает она. — Наверное, самая популярная девушка. Но ты и сама знаешь.

Бекка смотрит на Маркуса, который наклоняется вперед в своем кресле, сцепив руки и положив их на стол.

— «Blush» гордится тем, что может воплотить в жизнь очень специфические фантазии, Скарлет. У нас есть самые привлекательные, талантливые девушки, самая богатая среда, и способность дать мужчинам именно то, что они хотят. Однако есть люди, очень богатые, с очень хорошими связями, у которых есть определенные… склонности, скажем так, выходящие за рамки приватного танца.

Как будто все замедляется.

— Какие склонности? — спрашиваю я сквозь стиснутые зубы.

Маркус снова улыбается.

— Такие, за которые готовы платить хорошие деньги.

Мой разум спешит зафиксировать связную мысль. Мой рот открывается и закрывается, когда я смотрю на них в шоке.

— Скарлет, у тебя невинный вид котенка, которого все хотят. Ты выглядишь молодо, и никто не узнает, что ты вытащила ребенка из своего тела. Ты — милая маленькая сладость, от которой они все хотят кусочек, и я думаю, что ты могла бы заработать серьезные деньги на этих парнях.

Вдруг вся эта история с парнем в VIP зоне обретает смысл — на ум приходит воспоминание о Бекке на коленях, а потом все щелкает. Конечно, Маркус знает, что она трахается с парнями из-за денег.

— Ты что, издеваешься?

— Это будет безопасно. В плане здоровья. Бекка проверяет мужчин.

Я фыркаю.

— Ты хочешь сказать, что она проверит их кошельки? Тот, кто больше заплатит, трахнет меня?

— Не надо сердиться, — тихо говорит Бекка, настороженно глядя на Маркуса. — Просто у нас возникла идея. Мы не давим на тебя.

— Тебе не надоело зарабатывать тридцать долларов за танец? — спорит Маркус. — Ты хоть представляешь, какие деньги можешь сюда притащить?

— Спать с мужчинами за деньги? — я плюю. — Быть проституткой?

— Ты не хочешь хороших вещей для своего сына? — тихо говорит Бекка, и я открываю рот, мои глаза сужаются, кровь практически кипит. — Велосипед на день рождения? — она продолжает, игнорируя мой ненавистный взгляд. — Хорошая школя? Хорошая одежда?

— Квартиру получше? — говорит Маркус. — Что-нибудь получше той дыры, в которой ты сейчас живешь.

Я смотрю на Маркуса, мое горло сжимается от нервов и гнева. Мой голос срывается, звук его выдает водоворот эмоций, кружащихся во мне.

— Откуда ты знаешь где я живу?

Его глаза сужаются.

— Не задавай глупых вопросов. Я знаю о тебе все, Скарлет Рейнольдс.

Внутри сильное желание убежать. Дрожащими ногами я встаю.

— Я не могу сделать это. Извините. Ответ: нет.

Бекка кладет руку мне на плечо.

— Подумай.

Я вырываю свою руку из ее хватки и отступаю назад, оставляя некоторое пространство между нами, чтобы не схватить ее за горло.

— Не прикасайся ко мне. Никогда.

Подняв глаза, я сосредотачиваю всю свою энергию на том, чтобы не кричать.

— И если ты еще раз упомянешь моего сына, клянусь, я вырву тебе глотку.

Дверь хлопает так сильно, что я чувствую вибрацию на спине.

Я хочу вырваться. Прыгнуть в машину, и уехать, не оглядываясь. Но у меня дома лежит просроченный счет за аренду, и еще стопка таких же.

Все, что я могу сделать, это жить со своим гневом.

К тому времени, как я заканчиваю в пять тридцать, меня измотало напрочь. Я просто хочу убраться отсюда к чертовой матери. Я хочу уехать далеко-далеко, оставив все это дерьмо позади.