Падший
Шрифт:
— Я предполагаю, что вы только что взорвали клуб священным огнём, — заявил Мэддокс. — А ещё предполагаю, что вы сейчас гадаете, почему здание не разваливается на части, и почему вы не можете уйти. Правда в том, что… вы попали прямо в ловушку. И если бы я не убил других твоих братьев, они бы рассказали, что использовать священный огонь бессмысленно. Очень жаль. Но, эй, я могу разрядить обстановку. Шутка бы сработала, верно? Она вам понравится. Десять ангелов зашли в бар. — Мэддокс запустил шаром ледяной энергии в носителя нимба перед собой, попав ублюдку прямо в живот. — Я хочу, чтобы хотя бы один из них остался жив, — сказал Мэддокс своим демонам. Затем разразился хаос. Отвратительный. Сумбурный. Анархичный.
Люди уклонялись, уворачивались и изворачивались от шквала адского и священного огня, телекинетической силы и ледяной энергии Мэддокса. Некоторые телепортировались или перебегали с места на место, пытаясь нанести удар по врагам. Стаканы, висевшие над стойкой бара, разбились вдребезги. Столы и стулья трескались или опрокидывались. Колонка рухнула на пол, едва не свалившись на ничего не подозревающего посетителя.
Быстро стало ясно, что нимбоносцам не привыкать сражаться. Они упорно сражались, скрывали боль и не сдавались. Но они сражались с существами, которые испытывали к ним настоящую ненависть; существами, которые хотели отомстить за многих потомков, недавно убитых только из-за чрезмерно амбициозного архангела.
Несмотря на то, что их плоть покрылась волдырями от ожогов священным огнём, демоны Мэддокса безжалостно атаковали незваных гостей. Эта безжалостность вскоре принесла плоды. Ангелы постепенно слабели под натиском, истекая кровью, обгоревшие и покрытые синяками. Тем не менее, двое напали на Мэддокса. Поняв, что священный огонь на него не действует, они сменили тактику. Вскоре Мэддокс стал их чёртовой грушей для битья. Телекинетический удар за ударом обрушивались на его тело — удар кулаком в челюсть, ногой в коленную чашечку, в висок, в горло.
Мэддокс нанёс сильный ответный удар, посылая в сторону ангелов лучи холодной, потрескивающей энергии. Но парочка укрылась за стойкой, так что основной удар пришёлся на неё. Мэддокс зашипел, когда телекинетические кулаки ударили его по рёбрам, лишая дыхания и посылая боль по всему телу. Ему надоело это дерьмо. Мэддокс телепортировался за спины парочки — рискованный шаг, но оправдал себя, потому что они этого не ожидали. Таким образом, они даже не почувствовали разрозненных разрядов холодной энергии, пока не стало слишком поздно и сила не начала разрушать их изнутри.
Оставив их умирать, Мэддокс телепортировался обратно на прежнее место. В нескольких футах от него материализовался ухмыляющийся ангел. Сильный, ошеломляющий удар обрушился на психику Мэддокса, отчего на секунду потемнело перед глазами. Быстро оправившись от удара, Мэддокс телекинетически схватил маленького ублюдка за горло и поднял высоко в воздух.
— Он последний, кто остался в живых, так что, возможно, ты не захочешь душить его до смерти, — предупредил Гектор.
Мысленно выругавшись, Мэддокс бросил ангела на пол и окружил защитным силовым полем.
Незнакомый разум коснулся разума Мэддокса.
«Пожалуйста, скажи, что Рейни с тобой», — сказала Харпер.
Его мышцы напряглись, а волосы на затылке встали дыбом.
«Что случилось?»
«Она была здесь, а теперь её просто… нет. Мы не знаем, где она, и она не отвечает на наши телепатические вызовы».
Проклятье.
Двигаясь очень медленно, Рейни начала отступать, ни на секунду не отводя взгляда от красных глаз. Её сердце колотилось так сильно, что она удивилась, как не выпрыгнуло.
«Мэддокс! Харпер! Джолин!»
Никто не ответил. Как они могли не отвечать, почему она даже не могла коснуться их разума?
Ещё один раскатистый рык эхом разнёсся в воздухе, почти заставив вздрогнуть. Рейни не была беззащитной. Она могла убить, кого бы это ни было. Ни у кого с мозгами не было шансов противостоять психическому адскому пламени. Но никто не мог сказать, какой силы существо; никто не знал, сможет ли оно вывести её из строя до того, как у неё появится шанс… Существо выползло из тени, и она удивлённо остановилась. Это человек, поняла она. Это был человек. Мужчина.
Рейни прищурилась. Она знала это лицо, знала эти глаза — видела, как они блестели от вожделения, когда на парковке у Проклятого он был очарован суккубами… Только тогда в его радужках не было красного свечения. Он был совершенно нормальным. Что ж, теперь это не так. Теперь его глаза не были остекленевшими от вожделения. Нет, в них было что-то ещё. Безумие. Хищнический голод. Звериная проницательность, как будто мужчина был глубоко под тем, что завладело им. Или, может быть, этот человек вообще исчез.
Нет, конечно, если бы парень не смог вернуться из запутанного состояния, Мэддокс уничтожил бы его.
— Отойди, — предупредила она, но демон не отступил. А продолжал приближаться, подкрадываясь к ней, наблюдая, как кобра.
Чёрт, она не хотела убивать одного из демонов своего анкора. Особенно учитывая, что парень, похоже, был не в своём уме. Что-то с ним не так. Если она ударит его слабым разрядом психического адского пламени, это будет ударная волна обжигающего жара, а не вспышка огня. Таким образом, она вырубит его, но не убьёт. Возможно. Она никогда раньше не пробовала. Рейни учили только контролировать силу, а не использовать её по-разному.
Не сводя с него глаз, она продолжала пятиться. Он продолжал приближаться. Рейни подумала о том, чтобы швырнуть в него огненным шаром, но это могло лишь подтолкнуть его к нападению. Лучше всего сохранять спокойствие, не делать резких движений, не предпринимать ничего, что могло бы быть истолковано как вызов. Он остановился, раздувая ноздри, а затем присел на корточки и наклонился, принюхиваясь. А затем — фу! — лизнул землю. Нет, на ней была кровь. Её кровь. Его взгляд метнулся к ней, почти безумный.
Сердце заколотилось о рёбра.
— Стой. Назад.
Он бросился вперёд.
Глава 13
Она отскочила в сторону и метнула в парня шар адского пламени. Тот попал ему в грудь, прожёг футболку и покрыл волдырями кожу. Парень даже не поморщился, а просто снова пригвоздил её взглядом кобры. Рейни сотворила ещё один шар.
— Отойди, чёрт возьми.
Он снова бросился на неё.
Она метнула шар ему в голову и отошла, едва не напоровшись на статую. Скользнув назад, она сильно толкнула её. Статуя упала на пол, пролетев всего в нескольких дюймах от парня. Он не отшатнулся, чтобы избежать удара, словно его внимание было настолько сосредоточено на ней, что он больше ничего не видел. Если он и чувствовал, как адский огонь пожирает его лицо и кожу головы, то никак этого не показывал; он не подавал никаких признаков того, что ему больно.