Чтение онлайн

Кедеэрн щелкнул пальцами, открывая дверь в свои покои. Постель была небрежно застелена покрывалом. Пак спрыгнул с высокого подоконника, на котором сидел, как на жердочке. Кедеэрн замер у двери.

– Не возражаешь?
–  Пак одернул шелковую рубашку, извлеченную явно из сундука. Запертого, надо заметить, сундука с личными вещами принца.
–  Мою одежду ты в лоскуты порвал, а другой не оставил.

Рубашка была ему велика и потому напоминала женское платье. Рукава Пак закатал до локтя, по талии стянул своим поясом, но вырез ворота то и дело норовил сползти с плеча.

– Носи, - хрипло ответил Кедеэрн. Это была его любимая рубашка, но сейчас он еле удерживался, чтобы не порвать и ее тоже.
–  А пояс я тебе другой дам. Этим придется пожертвовать. Тебе что-нибудь нужно для колдовства?

– Что, уже сегодня?
–  Пак почесал в затылке.
–  Нет, ничего особенного не требуется. Нож разве что. Бронзовый или кремниевый!
–  поторопился он уточнить.

– Где же я тебе кремниевый возьму?
–  Кедеэрн озадаченно нахмурился.
–  Ты что, совершенно не переносишь железо?

– Оно лишает силы, - Пак содрогнулся.
–  Как твои кольца.

– У меня где-то был бронзовый, - Кедеэрн понял намек, снял перстни и сложил в шкатулку на столике. Присел возле сундука, подивившись, что следов взлома незаметно. В его вещах Пак не копался, просто взял лежавшую сверху рубашку.
–  Как ты открыл замок?

– А разве он был заперт?
–  глаза Пака расширились.

Кедеэрн засмеялся.

– Когда-нибудь ты мне всё-таки объяснишь свою магию.

– Когда-нибудь, - согласился Пак.
–  Нашел?

– Держи, - Кедеэрн выудил со дна сундука небольшой бронзовый нож в форме листа.
–  Я знаю, что Оберон тоже не любит железо, но ведь есть сиды, которые спокойно относятся к нему. Отчего это зависит?

– От времени рождения. Те, кто родился позже, когда на Земле начало властвовать железо, менее восприимчивы к нему, - Пак хмыкнул.
–  А на полукровок вообще мало что действует. Взять хоть тебя. А ведь твоя мать, госпожа Лесных озер и туманов, получила бы ожог, притронься она к холодному железу.

– Не упоминай ее имя, - с тихой угрозой сказал Кедеэрн и встал. Глаза его потемнели.
–  Я не желаю ничего о ней слышать.

– Почему?
–  Пак оторвался от куклы, которую сворачивал из своей одежды.
–  Разве ты ее не помнишь, Эрни? Не помнишь ее песни?

– Замолчи!
–  Кедеэрн подскочил к нему, схватил за плечи и затряс.
–  Никогда не смей даже заикаться о ней! Это приказ, слышишь?! Ненавижу ее!

– Что?!
–  Пак зашипел, как разъяренный кот.
–  Да как ты смеешь! Она была самой лучшей на Земле! Она...

– Я сказал - замолчи!
–  Кедеэрн швырнул его на постель.
–  А иначе...

– Что иначе?
–  Пак недобро прищурился.

Кедеэрн сжал кулаки.

– Я на тебе живого места не оставлю!

Пак настороженно прислушался к чему-то.

– Не успеешь, - неожиданно спокойно сказал он.

В дверь постучали - почтительно, но настойчиво. Кедеэрн дернул штору, отгораживающую кровать. Метнулся к двери и распахнул ее так резко, что стоявший в коридоре начальник замковой стражи отшатнулся.

– Мой принц!
–  он упал на одно колено.
–  Повелитель только что прибыл и желает видеть пленника...

Кедеэрн холодно кивнул.

– Ступай, я сам приведу его.

Он не захлопнул дверь, а спокойно закрыл. И даже не саданул по ней кулаком, хотя очень хотелось.

– Как я мог не услышать?
–  прошептал он.
–  Пак, что же нам делать?

– Дай мне минуту.

Пак соскочил с кровати и быстро развернул незаконченную куклу. Провел ладонью над порванной одеждой. Чинить все прорехи незачем, он здесь не в гостях. Пак переоделся за три секунды. Стянул лохмотья поясом, взъерошил волосы, щелкнул себя по скуле. На гладкой коже расцвел багровый кровоподтек.

– Я готов. И если ты сам себя не выдашь, никто не заподозрит, что ты обошелся со мной непозволительно мягко.

– Ты беспокоишься обо мне?!
–  Кедеэрн с трудом проглотил комок в горле.
–  Пак, ты понимаешь, что он тебя убьет?

Пак встал на цыпочки и обнял его за шею.

– Встряхнись, принц, - строго и ласково сказал он.
–  Я еще не умер. Ты же сам сказал, что убивать меня будут долго.

Взгляд Кедеэрна стал отсутствующим.

– Да, - произнес он негромко. Отстранил Пака и принялся надевать кольца.
–  Да, - повторил он и сунул под подушку одно из них - с бирюзовой вставкой.
–  Пошли.

По дороге Пак несколько раз осторожно косился на Кедеэрна и тайком облегченно вздыхал. Ледяное безразличие сковало глаза принца. Если бы не прошлая ночь, Пак никогда бы не подумал, каким живым и веселым может быть это лицо.

Повелитель Ада ожидал их не в пиршественном зале, а в небольших покоях в западной башне. Кроме него в тесной, скромно обставленной комнате никого не было. Пак с интересом осмотрел сидящего в резном кресле демона. С тех пор, как они встречались последний раз, он сильно изменился.

– Отец...
–  Кедеэрн опустился на колени перед креслом.

– Рад тебя видеть, сын мой, - повелитель Ада потрепал его по щеке.
–  Но я бы порадовался гораздо больше, исполни ты должным образом возложенную на тебя миссию.

Кедеэрн покаянно опустил голову.

– Впрочем, ты всё же отличился. Встань.

Кедеэрн поднялся и отступил в сторону. Желтые глаза владыки Ада в упор уставились на Пака.

– Приветствую тебя, Пак из Древнего леса. Я ожидал, что мы еще встретимся. Чем тебя прельстил Оберон, что ты вступился за его народ?

– Ты интересуешься из праздного любопытства, Вел, или хочешь перебить его цену?
–  Пак насмешливо приподнял бровь.