Чтение онлайн

— На барана ты совсем не похож. Вот на медведя — да! Они все такие. Мордашка милая, славная, а подойдет тихо и считай, что ты уже в ином мире, — спасибо тебе, кариньо, утешила.

— А кого ты хотела видеть на моем месте? Ангела? Взял тебя на руки, и, махая крыльями, унес бы к маме и папе? Ты, Пакита, сказок начиталась. Вроде взрослая девочка… — я убийца, но не хочу, чтобы она мне об этом говорила.

Только не она!

— Вот теперь ты настоящий баран! — ну вот, снова.

— Повтори, — я сказал тихо и двинулся на нее.

Вокруг нас была ночь, ароматная и теплая. Волны, следуя малому ходу яхты, колыхались нежно и тихо за кормой. Звезды в большом количестве и беспорядке, рассыпались по небу, которое цветом своим напоминало бархат темный, чернильный. Фонарик под навесом теплым светом окутывал меня и ее. Но, даже эта умиротворяющая картинка не остудила ее темперамента, и моей бесноватости, которая проявлялась только рядом с тиби.

— Я сказала, что ты- баран! У меня такое ощущение, что говорим мы на разных языках! Стива, я хотела сказать, что ты опасный, сильный. Суперарэ! Это, болван ты солдафонский, был комплимент! В следующий раз перед тем как сказать, буду давать намек, типа — Стива, сейчас скажу приятное, или Стива, сейчас поругаюсь на тебя, — она ни грамма не испугалась моей звериной морды.

В том, что она была звериной (злой) я не сомневался, ибо злился.

Она продолжала.

— Я знаю, кто ты и, поверь, ни капли не сожалею, что спасать меня приперся именно ты, а не тот ангел, которого ты живописал! Сколько нам до Гудали? — все как обычно!

Аленины мысли свернули в иное русло и я злость свою унял. У нее есть что сказать мне?

— Четыре дня.

— Тогда, я могу тебя «прочесть»? Я могла бы и без разрешения, но учитывая твою нежнейшую и обидчивую натуру, спросить обязана! — эк ее проняло, натуру мою она изучила и уже вся такая умная!

Ладно, получай в ответ, тиби!

— Перебьешься, кошка. Еще раз включишь «всезнайку», получишь в ответ список животных, на которых похожа ты. И «курица» будет самым безобидным из всех. Не смей говорить со мной таким тоном. Уяснила? — я не полыхал, я просто замораживал льдом.

— Ты… Ты… — тиби снова впала в ступор.

— Я. И что дальше? Уже проходили это, кошка. Снова придушить тебя? — я совсем не хочу тебя обижать, paloma, но сесть себе на шею, даже если у меня от тебя крышу сносит, я не позволю!

— Я пойду спать! И утром на завтрак не рассчитывай! Жуй свои шлепки! — она резко развернулась и ушла.

Я услышал, как Пака треснула дверью каюты… И все стихло вокруг. Но, не внутри меня.

— Вот и сиди там один! И жуй тапки свои! Смотрите, какая цаца! Слова ему не скажи! — я носилась по каюте и сдирала с себя сарафан.

Опять поругались. Сколько это будет продолжаться? Я так рада была нашему краткому перемирию. Стива смеялся, по-настоящему. Живо и весело! А я любовалась его лицом, потеплевшими серыми глазами.

Когда он расслаблен, то непередаваемо сексуален. Такие плечи широкие… Руки большие, сильные. Узкая талия…широкая спина. Прямо натуральный мачо! Очень хочется узнать, что там у него под футболкой? Сосчитать кубики на прессе… Они точно там есть! Хочется потрогать спину. Провести ладонью по ней и почувствовать ее тепло. Ну и всякое другое….

Так, стоп! Он жуткое хамло! И я тоже…

От понимания этого, я сдулась и плюхнулась на кровать.

— Дурища! Вот кто за язык вечно тянет?

Я говорила сама с собой и это совсем плохой знак. Так я себя вела, когда была влюблена в Отто без памяти!

Снова кольнуло под левой грудью. Совсем я расклеилась.

Потом решительно тряхнула головой, отгоняя мысли о Стиве и направилась в ванную, принять душ. Позже, уже лежа в постели, поняла, что мы оба неправы. И еще, та самая муть, что между нами и странности, неспроста. Надо «прочесть» его духов, быть может, это поспособствует взаимопониманию?

— Ладно, Стива, прости. Утром приготовлю тебе завтрак. И не ты баран, а я….баранка!

С тем и уснула.

Спала плохо, кошмары одолевали. Вот Стива, полыхая, отворачивается от меня и уходит! Так страшно… Я никогда его больше не увижу. Во сне плакала и проснулась в прескверном настроении. Вокруг солнце, море…осточертело! Снега хочу!

Умылась, заставила себя причесаться. Натянула шорты, которые купила Нита, маечку в полоску, и пошла к Стиве. Вдруг он уже проснулся? А я не могла уже терпеть вот эту очередную нашу ссору, желая помириться как можно быстрее.

Выскочила на палубу и столкнулась со Стивой в узком проходе. Мы оба зацепились взглядами друг за друга и я не выдержала первой! Когда такое было-то?!

Бросилась ему на грудь и обняла так крепко, как только смогла. Парень замер, но быстренько пришел в себя и сам сграбастал меня в объятия. Вот и не надо мне говорить после этого, что ты не медведь, Стивка! У меня даже ребра хрустнули. Откуда в тебе столько силищи? Но, так приятно….ммм….

Стива подошел мне идеально…. Сейчас попытаюсь объяснить. Я стояла, прижавшись к нему крепко, голова моя лежала на его груди и именно в том месте, где была, ну выемка или плавный изгиб, назовем это так. Было очень удобно. А все тело мое как — то гармонично прилепилось к нему, войдя…нет…не войдя, а… короче, пазл удачно вошел в пазл. Вот!

— Стива, — я бубнила ему куда-то в район груди, ткнувшись носом в футболку с надписью «Sepultura», — Не сердись. Ты не баран, ок? Но, и я совсем не курица!

Ой, Пака, лучше молчи, ладно? А то снова пойдет-поедет!

Стива положил мне подбородок на голову и гладил по волосам, очень нежно. Это волновало и удивляло. Откуда в этом злобном солдафоне нежность? Может, я ему нравлюсь?!!! Ой, это же здорово!!! Спросить? Нет! Я сама хочу понять. Ну, я конечно, жуткая Пака, но все же женщина… Да? Пойму?

— Paloma, я был груб. И, знаешь, сам не знаю с чего? Поверь, на курицу ты похожа меньше всего, — он улыбался, я почувствовала, хотя и не могла видеть.

— Ты мне столько прозвищ придумал, что как-то обидно называть тебя в ответ просто «Стива», — я сама улыбалась, слушая, как бьется его сердце.

— Кариньо, ты и сама обзывалась знатно. «Кочерыжка», «солдафон», «Стивятина», «баран», «медведь»… Дальше перечислять? — он готов был засмеяться и я не могла пропустить такое зрелище!

С трудом отлепившись от его крепкого тела (охренического, кстати, с запахом яблок…кажется) я посмотрела на него. Такого лица я на Стиве еще не видела! Довольное, спокойное и…восхищенное? Я не ошиблась?