Чтение онлайн

– Вы кто? Инопланетяне?
– спросил я, совершенно точно понимая, что никакие они не пришельцы из космоса и ощущая с каким трудом мне даются слова на вполне привычном французском. Говорить на языке Гюго и Рембо, что несколько лет заменял мне родной, было так сложно, словно мышцы управлявшие языком вовсе не были к нему приспособлены. Знание-то никуда не делось, а вот многолетняя тренировка будто бы пропала.

Услышав мои слова люди снова загомонили. Кто-то бесцеремонно указал на меня пальцем. Все притихли, и заговорил этот с указующим перстом в чем-то до боли напоминавшем армейскую форму времен первой мировой войны. Китель синего цвета, а кепи и штаны желтые. Коричневые сапоги. Широкий ремень с массивной квадратной бляхой на поясе. На бляхе изображен какой-то мифический зверь, но какой понять не могу. На воротнике большие красные петлицы с какими-то знаками, на плечах эполеты, на груди аксельбант. Вдобавок какие-то нашивки на рукавах, но никакого намека на оружия.

Судя по украшениям, на форме это был кто-то высокопоставленный, может даже местный генерал. Естественно, что говорил потенциальный генерал, я совершенно не понял.

– Не понимаю, - сказал по-французски и отрицательно закачал головой. Качание кстати вышло так себе. Тело не болело и слушалось, но слушались как-то не очень. Словно неродное.

Мужик в богатой форме снова заговорил и, судя по тональности и манере речи, сменил язык.

– Не понимаю, - я тоже сменил язык. В этот раз был немецкий, но отрицательное качание головой осталось тем же.

Собеседник развел руками во вполне понятном жесте. Его место занял кто-то больше всего напоминавший врача. С понятным эффектом он попытался говорить на ещё каком-то тарабарском языке.

– Не понимаю, - в этот раз попробовал английский.

На смену врачу пришла женщина, или скорей уж совсем юная девушка. Надо сказать, что, несмотря на специфическую внешность и крайнюю молодость довольно красивая девушка. Эта особа была облачена в нечто более всего напоминавшее красный дождевой плащ с рукавами и откинутым назад капюшоном.

– Может, по-русски волочете?
– в этот раз я заговорил первым.

Девушка смутилась, но все же попробовала говорить ещё на одном столь же неизвестном мне языке.

– Не понимаю, - я ругнулся по-русски, по-немецки, по-английски, по-французски и ещё на паре языков, что знал гораздо хуже. Ожидание того что кто-то узнает резкие и совершенно не печатные слова к великому сожалению нисколько не оправдалось.

Попытался сесть, но самостоятельно не смог. Мне помогли. Пара мужиков в чёрных балахонах не без усилий усадила меня, и я понял, что значительно выше всех окружающих. Посмотрел на свои руки и понял, что то были не мои руки. Этими конечностями можно было смело сваи забивать, причём без какого-либо инструмента. Разумеется, грудь и живот тоже были не мои. Лицо я рассмотреть не смог из-за отсутствия зеркала, а ноги и пах скрывала сползшая, но не упавшая простыня.

Как-то сразу вспомнился Господь наш всемогущий, захотелось перекреститься и прошептать молитву, хотя бы совсем короткую. Раньше как-то не замечал за собой особой набожности. С моей прежней профессией и пониманием бренности жизни легко было удариться в религию, но я не ударился. Даже в церкви, ни в православной, ни в католической, лет 20 с лишним не был вовсе. Да и до этого завсегдатаем культовых зданий не являлся. Наверное, многочисленные и тяжелые грехи не пускали. А тут, смотри ж ты, Бога вспомнил.

Пальцы задрожали, но я удержал себя в руках. Нельзя позволить себе лишних нервов и уж тем более паники. Паника может привести к летальному исходу даже в привычной обстановке и уж тем более это может стоить жизни в подобной ситуации. Кто знает, что на уме у этих странных людей.

– Как же с вами объясняться?
– подумал я вслух по-французски. Вот и теперь продолжал шифроваться хоть и понимал что это наверняка ни к чему. Эти люди просто не могли быть какой-то подставой.

Подумав об этом, стал прокручивать в голове происшедшее. Вдруг все же может? А вдруг всё-таки подстава? Точно ли мне вспороли горло? Эти могут быть и в гриме, а руки мои, которые не мои вместе с телом? Наверное, и их можно подделать. Все можно подделать, даже ощущения смерти, но в совокупности это все такой бред, что непонятно для чего он нужен. Я не великий секретоноситель, ни гениальный аналитик и светило науки. Я был хорош в свое время и в своем деле, но и только. Тем более я несколько лет на относительном покое. Кому интересен палач на покое? Разве только мстителям, но такая постановка ради мести сомнительна.

Взмахнул рукой, но только мысленно. Будь что будет.

– Я Владимир, - придя к решению идти на контакт, заговорил на языке родных осин и положил ладонь себе на грудь.

Девушка пристально смотрела мне в лицо и молчала.

– Я Владимир, а ты?
– протянул ладонь к ней, но вовремя остановился, не дотянувшись до ее лица нескольких сантиметров.

Она даже дышать бросила. Остальные тоже замерли и соблюдали такую тишину, что будь в помещении мухи, то можно было бы услышать, как они жужжат. Наконец, кто-то что-то прошептал и юная дама в красном балахоне отмерла.

– Катти, - она осторожно коснулась себя, а потом протянула руку ко мне.
– Влад-и-ме-ар.

– Влад, - упростил я ей задачу. Пусть лучше Владом зовет, чем язык себе вывернет. Можно было укоротить и до Вовы, но не особо любил я подобное уменьшительно ласкательное обращение.

– Влад, - тут же довольно точно скопировала Катти.

– Ну, вот и познакомились, - постарался изобразить улыбку, но не уверен, что получилось как надо.

Тоже место. Несколько часов спустя.

Этот кабинет разительно отличался от места не совсем правильно закончившегося эксперимента, но при этом и походил на него в достаточной степени, что бы предположить, что они находятся в одном здании. В центре довольно просторного помещения стоял квадратный стол, рассчитанный персон на двадцать не меньше. На беленых стенах висели картины с портретами и пейзажами, заменявшими окна, которых не было и тут. Освещение было стандартным, точно таким же, как и в той комнате, и не имело никаких излишеств вроде декоративных плафонов, абажуров или люстр. Пол был застелен нестандартным и недешёвым паркетом из какого-то тёмного дерева, что дополнительно выдавало высокое положение хозяина отдельного и просторного кабинета. У дальней стены стояла пара толстостенных глухих железных шкафов с массивными навесными замками. Эти шкафы были вполне способны неплохо защитить своё содержимое и возможно содержали нечто достаточно ценное. Например, документацию по некоторым тайным экспериментам.

За упомянутым большим, кстати, тоже недешёвым, столом собралось всего трое из ранее присутствовавших при воскрешении измененного тела. Это были собственно хозяин кабинета, он же по совместительству глава исследовательского центра и два непосредственных руководителя проекта с неоднозначным результатом.

– Ну, так что милорды эрлы мы будем включать в ближайший отчёт?
– нарушил гнетущее молчание хозяин центра.

– Прошло всего несколько часов и пока рано что-то утверждать...
– заговорил было старший из руководителей, но был оборван своим подчиненным и заместителем.

– Позвольте!
– вскинулся Лиом Мащ.
– Компетентно заявляю, что с медицинской стороны эксперимент полностью удался. Совершенно точно ранее мертвое тело полноценно ожило и проявляет все признаки разумности. А что он говорит на непонятном языке, так то на чистоту эксперимента влияет мало. Мы получили бойца улучшенного настолько, насколько живого бойца без повреждения психики не улучшить и если психика не подведет, то остаётся лишь обучить его языку и бою.

– Дорогой доктор вы, похоже, не представляете, сколько времени уходит на обучение элитного бойца, - покачал головой Паор Мома.