Палач и Черная птичка
Шрифт:
— Тебе не обязательно придумывать какое-то оправдание. Клянусь, он будет рад тебя увидеть. Давай езжай. Даже если это будет просто дружеская встреча чаще одного раза в год. Ты скучаешь по нему, верно?
Господи, да. Я скучаю по его легкому акценту, широкой улыбке и его вездесущим шуточкам. Я скучаю по его милым поддразниваниям, по тому, как легко просто находиться рядом с ним, как приятно сбросить свою маску. Я скучаю по чувству, что я не какое-то отклонение от нормы, а уникальна.
— Да, — шепчу я. — Скучаю.
— Тогда езжай, — говорит Ларк, сворачиваясь калачиком под одеялом и улыбаясь Киану. — Иди и развлекайся. Знаешь, можно делать это больше одного раза в год.
Мы погружаемся в молчание, пока я думаю об этом.
И продолжаю думать.
…Еще три месяца.
И теперь я стою, съежившись, у входа в универмаг через дорогу от «3 в вагоне» дольше, чем, вероятно, сделал бы любой здравомыслящий человек, просто наблюдая за обслуживающим персоналом и посетителями, пока обеденный ажиотаж сменяется затишьем. Как истинный сталкер, я просмотрела все статьи об этом ресторане со дня его открытия семилетней давности. Каждую фотографию, вплоть до конца результатов поиска Google. Сотни отзывов. Я даже нашла чертежи из заявки на получение разрешения на строительство. Наверное, я могла бы обойти это место с завязанными глазами, хотя никогда не была внутри.
Может, пришло время это изменить.
Моя нижняя губа проскальзывает между зубами, я засовываю руки в карманы своего шерстяного тренча и подставляю лицо не по сезону холодному весеннему ветру.
Войдя в ресторан, я слышу звуки модной, но бездушной музыки, встречаюсь с красивой улыбающейся блондинкой-администратором.
— Добро пожаловать в «3 в вагоне». У вас забронирован столик на сегодня?
Нервный спазм прокатывается по моему животу, когда я бросаю взгляд на открытое пространство со столами из темного дерева и кирпичными стенами.
— Нет, извините.
— Это не проблема. На сколько человек?
— Только я.
Пристальный взгляд женщины скользит по моим волосам, перекинутым через плечо, прежде чем встретиться со мной взглядом с огорченной улыбкой, как будто ее застукали за чем-то непристойным.
— Идемте. Вот сюда.
Я следую за администратором внутрь, и прежде чем успеваю попросить конкретное место, она ведет меня к полукруглой кабинке вдоль задней стены, а не к одному из столиков поменьше в центре зала. Она убирает ненужные приборы и направляется на кухню, но входит большая группа людей, поэтому она меняет курс и вместо этого здоровается с ними.
Чудовищность этой глупой идеи просачивается в мои вены, как извивающиеся черви. Я позволила незнакомым эмоциям взять верх. Мной двигало страстное желание. И одиночество. Это как если бы меня бросили в океан, я тонула в волнах, и внезапно поняла, что могла бы расслабить ноги. Я могла бы сориентироваться и подумать о спасении. Все это было всего лишь моим воображением.
Я должна просто уйти. Это глупо. Тупо и назойливо. И не в сексуальном смысле сталкерши. Больше похоже на странное, жутковатое преследование серийной убийцы. Так что мне нужно уходить, прежде чем…
— Здравствуйте, меня зовут Дженна, и сегодня я буду вашим официантом. Предложить вам что-нибудь выпить?
Я откидываюсь на спинку, притворяясь, что двигалась по диванчику в конец кабинки, и поднимаю взгляд на Дженну. Она еще более сногсшибательна, чем администраторша, ее лицо озаряет искренняя, широкая улыбка, а густые каштановые волосы собраны сзади в идеальный конский хвост.
Почему я делаю это с собой?
— Алкоголь… — говорю я.
Дженна сияет, чувствуя мое беспокойство. Это всегда срабатывало в мою пользу. Такая женщина, как Дженна, которая открывает меню коктейлей и предлагает несколько своих любимых напитков, никогда бы не заподозрила, что я способна кого-то убить.
Все, что она видит — это нервную специалистку по обработке данных, сбитую с толку красивой, дружелюбной, общительной женщиной, которая только что посоветовала Маргариту с замороженным огурцом, и твердит, что это ее любимый коктейль. Это правда, я нервничаю и выбита из колеи не только из-за напитка, который, видимо, заказала, но и из-за всей ситуации — я незваный гость в слишком священном пространстве, не созданном для моих одержимых затей.
Может быть, мне нужно напиться. Позитивно мыслить, помнить о своих сильных сторонах и прочем дерьме. Потому что какой бы тихой и испуганной я ни казалась со стороны, я серийная убийца, которая увлекается вскрытием и немного картографией.
И еще мне нравится этот ежегодный конкурс убийц.
Возможно, меня привлекает другой серийный убийца, и теперь я не так уверена, что Ларк ошибалась в прошлом году, твердя, будто я теряю самообладание.
Я пытаюсь ухватиться за рациональные мысли, которые все еще плавают в тревожном бульоне моей головы, как тонущие мухи. Роуэн, возможно, даже не придет сюда. Ладно, вру, я ознакомилась с расписанием ресторана, и он забронировал столик на обед. Ну и что с того, что он придет? Роуэн сейчас на кухне. Если я встану, чтобы уйти сейчас же, он даже не узнает, что я была здесь.
Я перемещаюсь на середину кабинки, где меня прикрывает высокая изогнутая спинка. Требуется минута, чтобы сосредоточиться и прочитать меню, хотя оно короткое и хорошо написано, но к тому времени, когда Дженна возвращается с ярко-зеленым напитком, я уже готова сделать заказ.
А потом сидеть в тишине.
И пить в тишине.
И кушать в еще большей тишине.
Я достаю свой одноразовый телефон и думаю о том, чтобы написать Роуэну, но в итоге убираю его, потому что беспокойство усиливается. Вместо этого я беру ручку и блокнот и перехожу к новому листу бумаги.
Сосредотачиваюсь на том, чтобы перевести образ из сознания на бумагу. Вся вселенная может уместиться на одной странице. Отвлекающие факторы ослабевают, и мои мысли следуют за линиями чернил, все улетучиваются в темных штрихах, нанесенных моей рукой. Даже когда Дженна приносит брюссельскую капусту и кокосовый суп с карри, я едва ее замечаю, не обращая внимания на окружающий мир.
По крайней мере, так было до тех пор, пока дверь не открылась и в ресторан не вошла шумная группа из семи человек. Я поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с мужчиной, которого никогда не видела, но чьи черты безошибочно знакомы.
Темные волосы. Пухлые губы изогнулись в усмешке. Татуировки, которые виднеются на шеи из-под воротника. Его рука лежит на плечах миниатюрной брюнетки, кольца на татуированных костяшках пальцев блестят под ее идеальными кудрями. Он высок и мощно сложен. Даже несмотря на кожаную куртку и толстый свитер, можно понять, что он жутко мускулистый. И темные, хищные глаза, острые, как лезвие, я осознаю, что от него одни неприятности.
Огромная гребаная неприятность по имени Лаклан Кейн.
Я отвожу взгляд, когда Дженна возвращается к моему столу с десертом — Наполеон с инжиром.