Чтение онлайн

Эта информация всплыла случайно, однако, когда Мирин попытался вмешаться в это, его дочь сбежала с рыцарем, и отправленные в погоню солдаты смогли поймать рыцаря, который прямо сейчас находится в темнице дворца.

Виктор не знал, насколько можно доверять письмам, якобы написанных рыцарем, но наличие живого рыцаря в плену, давало возможность проверить сказанное графом и не удержавшись, лорд попросил о встрече с ним.

Вся эта история тянула, как минимум на написание целого любовного романа, и ему действительно был интересен человек, который провернул такое и смог так глубоко внедриться в стражу графа, чтобы стать одним из рыцарей.

Граф Мирин не стал отказывать и после того, как они пообщались ещё около получаса, Виктора сопроводили в темницу, где он нашёл закованного в цепи мужчину.

Само это место было ужасным и никак не соотносилось с тем, как выглядел дворец. Оказавшись здесь, Виктор почувствовал сильное чувство тоски по солнечному свету и начал задыхаться, как если бы ему на грудь положили огромный камень.

Чувство безысходности и желание уйти отсюда, одновременно навалилось на него, и это было самым неприятным чувством, которое он испытал в этом мире.

С трудом поборов себя он дождался, пока открыли железную решётку и смог войти в камеру заключённого.

Мужчина сидел на каменном полу, а его закованные над головой руки, не позволяли ему занять любую другую позицию, что по мнению лорда, было крайне жестоким испытанием.

На самом деле, Виктор в душе предпочитал убить человека, чем вот так пытать его. Он даже для себя желал смерти, если у него будет стоять такой выбор, потому что боялся боли.

Это чувство никуда не делось с момента перехода. Лорд мог легко ввязаться в драку, так как драка могла закончиться быстро и легко, будь то победа или поражение, но пытки могут длиться долго, а из истории он знал, насколько ужасными и изощрёнными они были.

— Проснись ублюдок, к тебе гости — пнув ногой мужчину, произнёс стражник, сопровождавший Виктора.

— Оставь нас — приказал лорд стражнику и тот послушно отсалютовав покинул камеру.

Виктор осмотрел помещение в поисках места, где он мог бы сесть, но тут не то, что сесть негде, даже находиться было противно. Отбросив эту идею, он присел рядом с мужчиной на корточки и толкнув его, начал расспрашивать о том, что с ним случилось.

Чтобы заинтересовать рыцаря, лорд сообщил ему, что Шона сейчас находится в безопасности и он может передать ей послание через него.

Только теперь мужчина поднял голову, и Виктор мог видеть его отвратительную улыбку. У мужчины не хватало нескольких зубов, был сломан нос и всё лицо в незаживших шрамах.

Он хриплым голосом заговорил с лордом.

— Маленькая сука сбежала, оставив меня тут гнить, хе-хе, жаль, я её не придушил — произнёс мужчина.

— Так это правда? Ты действительно работаешь на графа Кристан? — спросил Виктор, однако мужчина не соизволил отвечать и, снова опустив голову, делал вид, что не слышит его.

«Чёрт, в этом мире все врут, что ли? Я уже столько раз повёлся на болтовню людей, что не знаю, кому тут верить».

Виктор был сбит с толку, так как за время общения с аристократами, он столько раз ошибался и с каждым разом путался всё больше. Не было ни одного случая, чтобы всё было однозначно и просто начиная с Сильвии и заканчивая его братом.

Не желая больше оставаться в этом месте, он покинул камеру и, только оказавшись во дворе дворца, смог вздохнуть свободно.

Граф уже отправился спать, а Виктор был последним человеком, который ещё не лёг, прогуливаясь по двору, он вышел ко входу во дворец и заметил мужчину стоящего у стеклянной двери.

Дворецкий, который, наконец, дождался его, встретил Виктора у входа в гостиную и поклонившись пошёл через комнаты, указывая гостю дорогу в его покои.

Мужчина проводил лорда на второй этаж, где горничные подготовили ванну, и счастливый Виктор на ходу разделся и прыгнул в неё.

За время похода было ощущение, что он стал тяжелее на пять килограмм, только из-за грязи.

Откинув голову на спинку ванны и раскинув руки, он закрыл глаза и отмокая почти засыпал в наслаждении, когда почувствовал женские руки на своей груди, спускающиеся к животу.

Виктор даже не сразу сообразил, что это не сон и, открыв глаза, увидел слева от себя Линею, в одной полупрозрачной ночной рубашке.

— Ты почему здесь? — спросил он, хоть и был уверен в ответе.

— Когда мы были в Морине, я испугалась… не умереть, а того, что мы так и не были вместе — ответила девушка и склонившись стала целовать его, попутно забираясь в ванну.

Горячая ванна и девушка в мокрой рубашке, сквозь которую чувствовалось её упругое тело, в один момент разгорячили Виктора.

Как это ни странно, но мокрая рубашка, делала эту обстановку более будоражащей, чем если бы девушка была абсолютно голой, и он долго не снимал её с Линеи, продолжая ласкать грудь и плоский живот своими грубыми руками.

Чувствуя, что в ванной они не смогут продолжить, Виктор встал во весь рост и, подняв девушку, понёс в кровать, где, разорвав одежду на ней, разглядывал идеальное во всех отношениях тело.

Линея была высокой, с фигурой как песочные часы и грудью, которая идеально ложилась в его руку.

Лёжа вот так на кровати, она своим подтянутым телом, могла соблазнить бога и заставить даже женщину возбудиться от одного взгляда на неё.

Девушка хоть и смущалась, но не отрывала от него взгляд, рассматривая его мускулистое тело и своими тонкими ручками скользя по рельефу груди и пресса, ожидая продолжения.

Каждое прикосновение Виктора отдавалось тихим стоном девушки, которая впервые оказалась в этой ситуации.

Он, в свою очередь, старался быть, как можно нежнее, лаская её тело, целуя шею, спускался ниже к груди, покусывая аккуратны соски. Через непродолжительное время спустился ещё ниже, целуя упругий живот, от чего девушка выгибалась тяжело дыша, запуская свои тонкие пальчики в волосы Виктора…

(тут было десять тысяч слов, и они уснули только через два часа).

***

Проснувшись рано утром, первым делом Виктор посмотрел вправо и, не обнаружив там девушку, привстал в поисках Линеи, но не обнаружив её, даже подумал, что это был сон. Однако царапины на груди и воспоминания говорили о том, что всё это было на самом деле.