ЖАНРЫ

Пампушечка – душечка, или как стать любимой!
Шрифт:

— Чем я могу помочь? — спросил дух, а Сильвестор виновато посмотрел на Шульца. Они ведь специально не стали ему ничего рассказывать. Однако Шульц был спокоен и внимателен.

— Я могу проникать в помещение, не повредив его защиты, соответственно, меня никто не сможет обнаружить. — похвастался Ральф, он понимал, что это очень ценное свойство.

— Возможно, так мы быстрее обнаружим место нахождение Арнольда и Лизы. Я уверен, что она у него. Он сразу ей заинтересовался! — предположил парень, приподнимаясь в постели чуть повыше, чтобы было удобней. Сильвестор быстро подошёл и помог ему.

— Да, это отличный шанс. Тем более, что есть парочка таких мест недалеко от Хостингема. Хотя, если бы на месте Харвика был я, то я бы не стал появляться в этих местах самостоятельно, а послал бы туда кого-нибудь вместо себя. Лучше проверить все сомнительные места.

— Согласен. — поддержал его вольтер. — Особняки которые сдают, которые совсем недавно пустовали, или были проданы.

— Но чтобы составить такой список, потребуется ещё немало времени! — Шульц явно был против такого расточительства, однако он тоже понимал, что они правы.

— Предлагаю осмотреть те особняки, рядом с Хостингемом, о которых вы говорили. А вам предстоит пообщаться с властями города и достать список таких особняков. Если Арнольда похитили в Хостингеме, то искать надо точно либо в самом городе, либо в области. Враг бы не стал рисковать и тащить его через портал, или путешествовать с ним на большие расстояния. — после этого Ральф посмотрел готовый список и отправился исследовать особняки, а майор и Гас отправились за новым списком. Шульцу же ничего не оставалось, как просто дожидаться результата и молиться всем Богам, чтобы с его друзьями всё было хорошо. Как не крути, а в опасности оба, как Арнольд, так и Лиза.

* * *

Лиза медленно приходила в себя. Голова трещала так, как будто она хорошо ей приложилась об твердую поверхность, а жажда была ещё сильней. Наверно именно так себя чувствуют любители выпить во время похмелья. Благо, что руки у неё сейчас не тряслись, да перегаром не пахло.

— уммм… — застонала она, когда попыталась встать, не открывая глаз. Последнее для неё было просто непосильной ношей. Тут же прохладная рука коснулась её лба, и она опустилась обратно на постель. — Блаженство! А можно её вот так и оставить? И водички ещё дать.

— Хм. — ухмыльнулся незнакомец. Но девушке сейчас было всё — равно. Она не помнила, что случилось, и вообще не могла сейчас толком соображать. Эта головная боль путала все мысли и не давала возможности здраво мыслить. А когда ей помогли приподняться и дали возможность напиться прохладной водички, сознание снова решило её покинуть.

— Долго…

— ТШ! — шикнул Харвик на Литисию и продолжил убирать волосы с лица снова спящей девушки. Она сейчас выглядела такой спокойной, безмятежной, с легкой улыбкой на губах. Что же ей интересно снилось?

— Значит, ты решил променять меня на неё? — уже более тихо спросила его бывшая любовница. Теперь она точно была бывшей, однако он понимал, что оставлять её просто так нельзя.

— Ты плохо себя вела. — ответил ей мужчина, как капризный ребёнок.

— А она, значит, хорошо? Харвик, ты же мне обещал. — крикнула она, от чего Лиза поморщилась и перевернулась на другой бок, потянув за собой прохладную руку главнокомандующего. Мужчина дернул свободной рукой за веревочку возле кровати, и в дверь тут же вошли его подчинённые. Ещё один взмах, небольшое заклинание, и Литисия больше не сможет пошевелить даже пальцем.

— Увести её и закрыть. Проследите, чтобы она вела себя тихо. Извини Лити, но ты слишком ревнива, вспыльчива и глупа. Ты будешь только мешать.

Хоть девушка не могла говорить, но всё и так было понятно по её взгляду. Она сейчас ненавидела и жутко ревновала этого мужчину. Он её возвысил, и он же её предал. Такое не прощают, и она обязательно найдёт способ ему отомстить. Литисия будет не Литисия, если у неё ничего не получится. Харвик это видел. Он это понимал, но ему сейчас было не до этого. Он смотрел на спящую Лизу и был сильно удивлён тем ощущениям и чувствам, что она дарила. Никто и никогда так не делал, как делала сейчас она. Пусть во сне, пусть неосознанно, но она держала его руку, нуждалась в ней, в нём, как в живительной влаге, которую пила с таким упоением несколько минут назад.

— Я и не думал, что из-за такой мелочи может быть так хорошо… Кто же ты, Лиза Король? Что ты за создание? Эти Байронсы тебя не получат. Они и так забрали у меня всё, но ты им не достанешься. Ты останешься со мной! Я уничтожу этого сопляка! Заставлю ощутить боль, побыть хотя бы частично в моей шкуре. — тут он достал небольшой медальончик из под рубашки, открыл его, посмотрел на портреты молодого мужчины и женщины в нём, грустно усмехнулся и так и лег с ним рядом с Лизой. — Всё теперь будет иначе!

Его мать была жива и даже относительно здорова. Если бы не она, то он наверняка наложил бы на себя руки. Сколько вторая жена деда измывалась над ней тоже, но она была сильной и никогда не сдавалась. Он всё терпел ради матери. А эта контрабанда, которой он занялся? Ему срочно хотелось предоставить матери отдельный дом. И он это сделал! Пусть так, пусть на горе других. Но какое ему дело до других? Разве другим было до него дело?

Как он заснул, и сам не помнит, но проснулся от ощущения того, что цепочка на его шее натянулась. Харвик не стал спешить и выдавать своего пробуждения. Он ждал, что же будет дальше. Лиза же тем временем стала рассматривать родителей главнокомандующего. Он был похож на отца, но у него была мамина улыбка, когда он искренне улыбался. И всё же женщины, по большей части, милосердны и жалостливы. Не все конечно, но…

Всё, что было накануне, Лиза вспомнила, и с большим облегчением обнаружила, что приворот не подействовал на неё. Только то болезненное состояние. Видимо тут их связь с Сильвестором хорошо сработала. В конце концов Люциус, тогда, путём нескольких экспериментов, смог показать им, что магия на них не воздействует. Значит и зелье поэтому не сработало. По крайней мере, желание зацеловать Харвика у неё не возникло. Только этот мужчина не должен этого заметить, а значит, ей придётся играть влюблённую дурочку! Вот же!..

— Моя огненная малышка, может, ты уже перестанешь тянуть на себя мой медальон? — наконец мужчина перестал притворяться спящим, и открыл глаза. Дурацкая однако ситуация. Руку его она, конечно, с себя убрала, и даже немного отодвинулась, пока не заметила медальон и не придвинулась обратно, чтобы его посмотреть. Ещё одна дурацкая черта — любопытство. Из-за него она сейчас снова была прижата к мужскому телу, а на её талии лежала его рука. Как же ей хотелось отодвинуться, но она заставила себя не просо остаться на месте, но и положить свою руку поверх его. Он не был ей противен, нет. Просто понимание того, что Сильвестору было бы больно, давило.

Поделиться с друзьями: