Память героя
Шрифт:
– Белоголовый орел. Отличительная черта - у взрослых птиц белое оперение головы. Птица хищная, редко встречается в природе. Моногамная, живет с одним партнером всю жизнь и очень заботится о птенцах. По-моему, очевидно, что другого хозяина у такого Патронуса даже быть не может. Скорее всего, у старшего Малфоя была связана с этой птицей какая-то история.
Тео во все глаза смотрел на гриффиндорку. Она не только определила, чей это был Патронус, но даже догадалась, что у отца Драко была история возникновения такого Патронуса. Тео знал, что, когда Люциус был маленький, он нашел на территории поместья раненую птицу, неизвестно откуда взявшуюся. Он выходил ее, и она до сих пор проживает в зверинце замка. Эта птица - единственное немагическое существо в питомнике Малфоев. Позже, в школе, Люциус увидел, что его Патронус приобретает форму спасенной им когда-то птицы.
– К тому же, – продолжала староста, будто её не перебивали, - после появления орла профессор ушел, даже не выпив кофе. Он так делает только в случае срочного дела. Значит, его присутствие понадобилось в Мэноре.
Тео посмотрел на гриффиндорку и задал давно волнующий его вопрос:
– Почему ты помогаешь мне? Ведь Драко всегда плохо к тебе относился. Ты не должна испытывать к нему позитивных чувств.
– Я и не испытываю. Но мне не хочется, чтобы кто-то пострадал, – гриффиндорка снова неопределенно пожала плечами.
– Но мне кажется, что профессор ошибся. Ни один сирота с младших двух курсов не мог бы причинить Драко такого вреда.
– А кто бы это мог быть? Как ты думаешь? – опасность, которая угрожала слизеринскому старосте, заставила его задать вопрос львице.
– Не могу сказать. Без симптомов состояния Драко я не могу сделать каких-либо выводов.
– Я могу рассказать тебе то, что я видел и слышал, если ты дашь слово никому этого не рассказывать.
– Я так и думала, что это ты нашел Драко. Хорошо, я согласна. Только клятву будешь давать и ты. Возможно, тут замешан кто-то из наших.
После соблюдения всех условий Тео рассказал во всех подробностях о состоянии Драко, когда он нашел его на восьмом этаже. По мере рассказа стало заметно, что гриффиндорка тревожится все больше и больше.
– Ты что-то знаешь? – спросил Тео, глядя на задумавшуюся старосту. – А что насчет вашего знаменитого сиротки? Не его ли встретил Драко в эту ночь?
– Нет, Гарри ночью не выходил из спальни, я проверяла, - тихо ответила львица.
– Как ты могла проверить?
– На втором курсе я на очки Гарри прикрепила следящие чары с последующей фиксацией его передвижений и встреч в специальной книге. Я обновляю эти чары каждый год.
– Зачем?
– Тео казалось, что он попал в какую-то новую реальность, настолько странно звучало все, что говорила гриффиндорка.
– Гарри тогда подозревали в нападениях на магглорожденных. Это был хороший способ доказать его невиновность. У нас были неоспоримые доказательства, что он этого не делал.
– И ты без его ведома навесила на него следилку? – слизеринцу не верилось, что сидящая перед ним девушка способна на такую подлость. – Ты втихаря отслеживаешь жизнь своего друга?
– Конечно, нет! Гарри прекрасно знает об этом заклятии. И смотрю я записи без его разрешения только в самых крайних случаях. Таких, как сегодняшний. И нет, я не знаю, куда он перенесся из лабиринта. Слишком большое расстояние.
– А на каникулах?
– На каникулах мне приходится снимать это заклятие, чтобы Гарри не обвинили в использовании магии вне школы. Он живет у магглов, там любые чары будут нарушением распоряжений Министерства.
– Как у магглов? Полукровка не может жить у магглов, они не смогут научить его контролировать стихийную магию.
– Этот вопрос не ко мне, а к нашему уважаемому директору. А теперь мне пора.
– Ты ничего не сказала о состоянии Драко.
– Мне надо ещё немного подумать и кое-что узнать. Свои выводы я завтра озвучу вашему декану.
– Мне надо будет сообщить ему информацию, которую я сегодня узнал, – Тео окликнул девушку уже в дверях.
– Можешь сделать это, – ответила гриффиндорка, немного подумав.
– Она безопасна и для меня, и для Гарри. За обстановку комнаты не переживай, она приобретет прежний вид, как только ты закроешь дверь. И да, пять баллов за нарушение режима и прогулки после отбоя со Слизерина.
– Если бы ты была чистокровной, ты бы училась на нашем факультете, – пошутил Тео в ответ.
Фраза гриффиндорки, сказанная уже из-за двери, окончательно ввела Нотта в ступор:
– А кто сказал, что Шляпа не предлагала мне учиться на вашем факультете?
часть 10 (12)
В комнате Драко зельевар опустил палочку и, достав из кармана флакончик, напоил зельем крестника. Подождав несколько минут, профессор начал накладывать диагностические заклятья. Наблюдающий за его действиями Люциус не знал, что и думать. В жестах его друга проскальзывала усталость и какая-то неуверенность. Последними зельевар наложил сигнальные чары и, посмотрев ещё несколько секунд на лицо спящего подростка, вышел из комнаты.
Люциус проводил его удивленным взглядом и подошел к кровати сына. Тот успокоился и расслабился, казалось, впервые за весь день. На лице его застыло выражение человека, пережившего большое потрясение. Отец поправил упавшую на лицо сына прядь и поклялся сделать все возможное и невозможное для того, чтобы помочь ему. После этого Люциус направился в библиотеку - искать зельевара.
Тот стоял неподвижно, обхватив себя руками и смотря в окно ничего не видящим взглядом. Казалось, что он разом постарел на десяток лет. Люциус внутренне содрогнулся. Таким своего друга он видел только после смерти Лили Поттер. Малфой терялся в догадках, что увидел Северус в сновидении Драко такого, что могло его так уязвить.