Чтение онлайн

– Люпин!
– странно было слышать неуловимые Малфоевские нотки, звучащие в голосе юной Беллатрикс.
– Ты это специально подстроил!

– Ну что вы, мисс Блек, вы же сами себе зелье выбирали, - ответил донельзя довольный Ремус, обернувшийся в младшего Лестранжа - Рудольфуса.

– Нам не больше семнадцати, - проговори Фенрир, принявший облик старшего брата Рабастана.
– Но откуда у Сириуса эти волосы?

– У Беллы собирал, когда она приходила к ним в гости. А братьев Лестранж… - Ремус-Рудольфус лукаво усмехнулся и посмотрел на Малфоя, который уже начал понимать, что к чему.
– Это уж нужно спросить у нашей мисс "с кем они тогда собирались напасть на гриффиндорскую старосту Лили Эванс".

– Проклятье, - только и смог выдохнуть разгневанный Люциус.

– Но зачем Блеку нужны были волосы слизеринцев?
– уточнил Нотт, не совсем понимая, зачем нужно было так рисковать. Узнав о такой коллекции гриффиндорца, представители зелёно-серебристого факультета могли бы начать на него настоящую охоту.

Люпин тем временем протянул каждому из участников будущей вылазки соответствующие их образам пакеты с волосками и взял свои два флакона с зельем.

– Сириус начал собирать волосы змеек, как только его брат поступил в Хогвартс. Проникая с их помощью в вашу гостиную, он мог доставлять некоторые неприятности ученикам, которые пытались обидеть Регулуса, - спокойно ответил оборотень, словно говорил о самой естественной вещи в мире. Потом он подошёл к вожаку, взял его за руку и спросил: - Мы отправляемся?

– Да, не будем терять времени, - сказал Сивый, обняв Люпина за плечи.
– Иди сюда, Люциус, не хочу потерять тебя по дороге.

Маги исчезли, а Нотту ничего не оставалось, как направиться в Хогвартс к себе в комнаты.

– Думаю, нам надо поговорить, - раздался тихий голос сразу же, как только Гевин вышел из камина.

Среда часть 22

Северус Снейп начинал беспокоиться. Время уже близилось к ужину, а ни вестей от Малфоя с Ноттами, ни их самих пока не было. Нет, профессор, конечно, понимал, что проникнуть в поместье Лестранжей даже с помощью оборотней было делом весьма непростым, однако период неопределённости переходил уже все разумные рамки. За это время Снейп уже успел перенести информацию о гриффиндорцах со всех пергаментов на доску и несколько раз перечитать полученные данные. Однако даже после этого сделать какой-либо вывод профессор не мог. Слишком разительные были отличия между реальными львятами и теми образами, которые они столь мастерски создавали для публики. И, даже имея перед глазами всю информацию, декан слизеринцев не мог всё-таки с уверенностью сказать, кто именно является лидером у ало-золотых.

Снейп встал и прошёлся в комнату к Нарциссе, желая ещё раз удостовериться, что с ней всё в порядке. Конечно, зельедел знал, что ведьма спит под влиянием зелья, однако несмотря на это нужно было периодически проверять состояние спящей. При таком магическом истощении пускать дело на самотёк было нельзя.

Леди Малфой лежала на широкой кровати, укрытая по самую шею тёплым одеялом. Дыхание ведьмы было глубоким и ровным, однако её лицо, тем не менее, выражало скорбь. Поражённый увиденным, Снейп на несколько мгновений застыл, рассматривая тонкие черты женщины. Маг никогда не воспринимал Нарциссу как объект желания. Нет, зельвар ценил спящую за другое. За то, что она, будучи внешне холодной и чопорной аристократкой, на самом деле была любящей и верной женой Люциусу, нежной и доброй матерью Драко и радушной и приветливой хозяйкой по отношению к самому профессору. И пусть недавние события показали, что при всём при этом у Нарциссы был сильный характер, неимоверное самообладание и воля, которой могли бы позавидовать многие мужчины, Северус не сомневался, что решение, принятое сегодня по отношению к Белле, далось ведьме нелегко. Леди Малфой, и в этом Снейп тоже был уверен, ещё нескоро оправится от последствий проведения насильственной трансфигурации.

Внезапно зельедел подумал о кузене Нарциссы, Сириусе Блеке. Принял ли тот укрепляющее зелье, промелькнула у мага мысль. Будучи анимагом, Блек должен был пострадать меньше, чем леди Малфой, однако если женщину обследовала медведьма и окружали маги, готовые о ней позаботиться, то Блек был в гораздо худших условиях. Остаться самому в поместье с одним домовым эльфом после фактически ритуального убийства… Такого профессор не пожелал бы и врагу.

Последняя мысль просто ошеломила мужчину. Он больше не считает Блека своим врагом… Это открытие, абсолютно простое и в то же время ужасающее в своей ясности, было подобно ведру холодной воды, вывернутого за шиворот. Оказывается, общая цель, несколько вполне цивилизованных бесед, пара совместных ритуалов - и вот Северус уже вполне терпимо относится к анимагу, на которого раньше без ярости и посмотреть не мог…

А учитывая, что сотрудничать с Блеком Снейпу придётся ещё долго, то существовала большая доля вероятности, что они ещё научатся вполне мирно сосуществовать. Однако данная перспектива почему-то не обрадовала профессора, а скорее огорчила.

Размышляя над этими неожиданными для него переживаниями и выводами, зельедел вернулся в гостиную, где уже сидел поджидающий его крестник. При этом младший Малфой внимательно читал всё, что было написано на досках, стоящих в комнате.

– Профессор, - заговорил младший Малфой, прежде чем декан начал говорить.
– Я выполнил ваше распоряжение и проверил слизеринцев. Почти весь факультет кроме детей упивающихся временно затаился, ожидая, как же будут далее развиваться события. А дети упивающихся считают, что назначение лорда Нотта и моей матери - признак того, что Лорд скоро захватит Хогвартс.

– Кто тебя впустил?
– тихо спросил Снейп, опускаясь в кресло.
– Дверь была заперта.

– Добби, сэр, - ответил Драко, понимая, что профессор, прежде всего, переживает о безопасности его матери и сохранности обсуждаемого в этой комнате. То, что информация важна, слизеринец убедился, прочитав, что написано об учениках на досках.
– К тому же, у меня, как у сына временного декана гриффиндорцев, есть доступ в эти покои.

Снейп только кивнул. Конечно, он слышал о том, что родственники преподавателей, пришедшие в Хогвартс, могли беспрепятственно попасть в занимаемые этими преподавателями комнаты. Исключение было только в том случае, когда хозяин сам накладывал дополнительные охранные заклятья на свои апартаменты. Но то, что декан забыл об этой особенности, было неудивительно. Фактически, все нынешние профессоры, и он в том числе, были одинокими людьми, которых никто не посещал. Внезапно зельевар представил образ своей комнаты, в которую он зашёл и которую к его приходу уже украсили согласно его вкусам. Профессор представил степенную чайную церемонию в соответствии со всеми традициями Японии, которую он мог бы разделить с…

Маг прервал это крамольное размышление. Его одиночество было осознанным выбором, и ничего менять в своей жизни он не собирался. А эти приступы несвойственной ему сентиментальности стоило прекратить раз и навсегда.

– Что скажешь?
– зельевар внимательно посмотрел на крестника, который в это время с нечитаемым выражением вглядывался в доску со схемами, символизирующими организацию упивающихся, Ордена Феникса и тайный кружок гриффиндорцев.

– Вы пытаетесь определить, кто является лидером в ало-золотой группе?
– когда Малфой заговорил, преподаватель услышал в его голосе едва различимые нотки горечи.

– Да, - кивнул Снейп, понимая, что сидящий перед ним парень может пролить свет на некоторые несоответствия, поскольку он как никто другой теперь знал Поттера.
– А ты как считаешь, кто у них руководитель?

Драко ещё несколько секунд посмотрел на схему, а потом достал палочку и наколдовал ещё одну доску.