Чтение онлайн

– Мама лучше всех, – объявила Натали, уловив в этих словах критическую нотку. – Она почти идеальная.

Томас скорчил такую гримасу, что девочка звонко расхохоталась.

После обеда они играли в парке и соорудили огромного снеговика, а затем, по предложению Натали, еще и снежную бабу – чтобы ему было веселей.

– Ну вот, – удовлетворенно резюмировала девочка, стягивая рукавички. – А завтра мы слепим им снежных детишек.

Томас со значением взглянул на Катрин.

После прогулки они играли в «монополию», ужинали, а потом Томас читал девочке сказки. Она уже умела читать сама, но по-прежнему очень любила, чтобы Закс садился рядом с ней возле камина и читал вслух. Уложив ребенка, Катрин и Томас поговорили о делах, о решении Закса продать свое издательство.

Неожиданно Томас сказал:

– Мне кажется, Шаци, у вас какой-то измученный вид.

Катрин пожала плечами:

– Много работаю. А может быть, уже возраст сказывается. – Смех ее прозвучал несколько искусственно. – Как вам известно, мне уже тридцать.

– Да уж, возраст преклонный, ничего не скажешь, – улыбнулся он и перевел разговор на другую тему.

Но ненадолго.

– Полагаю, вам нужен спутник жизни. Думаю, вы и сами не раз об этом задумывались, – заявил он безаппеляционно.

Катрин сразу же взвилась:

– Вы такой же зануда, как Жакоб и Лео. Все вы мечтаете только об одном – выдать меня замуж. По-моему, все на свете уже знают, что семья – не самая идеальная форма существования.

Она старалась говорить как можно беззаботнее.

– Я вовсе не имел в виду брак, – негромко ответил Томас и подлил вина в бокалы. – Может быть, просто, как это теперь говорится, «увлечение»?

Катрин фыркнула.

– Да что со всеми вами такое? Если женщина немного бледна, вы сразу думаете, что причина в отсутствии половой жизни. Я вижу, Томас, вы того же мнения. Трахай бабу почаще, и все болезни как рукой снимет – так вы считаете? Вот уж не думала, что вы такой поклонник фрейдизма.

– Ну-ну, Шаци, – успокаивающе поднял руку Томас. – Не нужно реагировать столь бурно. – Он отпил из бокала. – Помните, в самом начале нашей дружбы я сказал вам, что красивая женщина в Америке не должна предавать свой интеллект? Я имел тогда в виду, что она не должна изображать из себя дурочку, чтобы понравиться потенциальному сексуальному партнеру.

Катрин кивнула.

– Сейчас я дал бы вам другой совет. Умная женщина не должна слишком активно защищаться от своей красоты и сексуальности.

Катрин сделала глоток и поднялась, давая понять, что разговор на сегодня окончен.

– Не уходите, Шаци, – остановил ее Томас. – Я вовсе не нападаю на вас.

– Однако с мужчиной так разговаривать вы не стали бы, – с вызовом ответила она. – Не могу себе представить, чтобы вы сказали кому-нибудь из друзей: «Макс, все твои проблемы будут решены, если ты почаще будешь работать пенисом».

– Почему же, – хмыкнул Томас, – это было бы вполне в моем духе. Вы забываете, что я всегда являлся сторонником сексуальных свобод. Вы, молодое поколение, унаследовали эти идею от нас, от Маркузе и прочих моих соотечественников.

– Знаете, Томас, что-то я устала. Пойду спать.

– Сидите, Катрин. И простите старика за то, что сую нос не в свои дела. Просто мне обидно смотреть, как пропадает ваша красота. Давайте я расскажу вам забавную историю, а вы потом повеселите ею своих подружек. Заодно докажу вам, что я не такой уж мужской шовинист. Как-то на днях я разговаривал в издательстве с одной знакомой. Мы сплетничали о моем коллеге. Ему лет шестьдесят. Двадцать лет назад он женился на молоденькой и очень хорошенькой девушке. Больше всего он любил выводить ее в общество и любоваться тем, как на нее пялятся другие мужчины. «Да, он выставлял ее напоказ, как эксгибиционист свой пенис», – заявила моя знакомая. А потом говорит: «Но теперь его жена постарела, и возникли проблемы. Кто станет любоваться на постаревший и сморщенный член?»

Томас весело расхохотался.

– По-моему, это довольно остроумно.

Катрин кисло улыбнулась.

– Как я уже сказала, вы – тайный приверженец фрейдизма. Жакоб был бы очень вами доволен. С вашей точки зрения, и мужчины, и женщины всецело находятся во власти мифа о магическом фаллосе. – Она потянулась. – Во всяком случае, одна из женщин мечтает только об одном – лечь спать.

Катрин встала, поцеловала его, пожелала спокойной ночи.

Но Томас все не отпускал ее.

– Завтра, Катрин, я сделаю вам одно предложение, и хочу, чтобы вы очень серьезно его обдумали, – с непривычной серьезностью сказал он.

– Неужели? – заинтересовалась она.

В этот самый момент в комнату вошла Сусанна Холмс. Ее щеки горели лихорадочным огнем.

– Что еще за предложение? – спросила она, кинув на Катрин враждебный взгляд.

Та остолбенела от подобной наглости. Неужели эта стерва подслушивает под дверью?

Но Томас лишь безмятежно улыбнулся.

– Я не ожидал, Сусанна, что вы вернетесь так рано.

– Как видите, вернулась, – зло отозвалась экономка.

– Вижу-вижу.

– Спокойной вам ночи, Томас, – сказала Катрин, даже не глядя на Сусанну.

Но у дверей обернулся и добавила:

– Если вы полагаете, мисс Холмс, что мистер Закс собирается предложить мне ваше место экономки, – она подчеркнула это слово, – то вы заблуждаетесь.

Она кивнула и вышла. Эту самую мисс Холмс она с удовольствием задушила бы собственными руками.

Как выяснилось на следующий день, Томас вовсе не собирался предлагать ей руку и сердце (а Катрин думала, что речь пойдет именно об этом). Он порекомендовал ей уйти из музея и открыть собственную галерею. Было видно, что предложение свое Томас подготовил давно и все обдумал заранее.

– Хватит вам возиться со старыми бюрократами от искусства, – сказал он. – Они вытягивают из вас все соки. Пора заняться настоящим делом, которое будет приносить подлинное удовлетворение. Откройте «Галерею Катрин Жардин». Я помогу подготовить финансовые расчеты. Уверен, что вы быстро поставите дело на ноги, а я буду вашим партнером, причем вмешиваться в ваши действия не собираюсь. Ну, что скажете, Шаци?

Сначала Катрин испугалась. Не за себя – за Томаса. Она не хотела, чтобы он рисковал своими средствами. Но чем больше они обсуждали эту проблему, тем привлекательнее казалась ей идея Томаса. Собственная галерея! Рискованное предприятие, затеянное совместно с Томасом. Было видно, что Закс увлечен своим проектом всерьез. Он заканчивал свою издательскую деятельность и явно нуждался в каком-то новом деле.

– Почему вы делаете мне столько подарков? – спросила она, когда они пили душистый чай. – Я ведь ничем этого не заслужила.

Закс похлопал ее по плечу:

– Вы для меня – как дочь. Причем дочь весьма интересная. А теперь вы еще и наградили меня чудесной внучкой. – Он взглянул на Натали, рисовавшую что-то на большом листе бумаги. – Этого более чем достаточно.

– Так-так. Снова изображаем счастливое семейство?

В комнату вошла Сусанна Холмс, с неудовольствием огляделась и раздраженно подняла с пола краски и карандаши, разложенные там девочкой.