Чтение онлайн

Эволюция или расширение сознания во времени проявляется через форму и организм индивидуума. Последний, увековечивая себя, лишь преумножает то единство, кое он собой представляет. Адаптации к среде с помощью «борьбы за существование» приводят к многообразию групп особей, классифицированных по расам и видам. Данная классификация производится на основе повышения уровня качеств, от индивидуальных к общим. Это касается и передачи свойств посредством семени индивидуума.

Таким образом, в самом индивидууме следует искать путь развития сознания, за пределами всякого семенного размножения. Нужно пересмотреть возможности к преобразованиям специфических особенностей и форм их передачи. Древний как Мудрость завет гласит: «Одна форма может происходить от другой лишь посредством полного разложения первой на основные составляющие элементы». Второй завет той же Мудрости утверждает: «Всякая вещь и всякое существо содержат твёрдое ядро, каковое не могут разрушить ни гниение, ни огонь». Данные принципы игнорировались нашими биологами, что привело к ошибочным попыткам представить теорию последовательной эволюции, которая, всё же, приуготовлена естественной причиной. Метемпсихоз существует, если оставить в стороне нравственный характер, каковой приписывают душе, рассматривая при этом исключительно психику, являющуюся ощущением – с трудом определяемым – особых качеств. С другой стороны, с принципом метемпсихоза связывается легендарный растительный палингенез, основывающийся на твёрдом остатке, содержащемся в пепле. Каждое тело, растительное или животное, вследствие гниения приводится к двум отдельным состояниям; первое – летучее, второе образует твёрдый остаток. Сия твёрдая часть, высохнув, содержит щелочную соль. Горение разделяет аналогичным, хотя и насильственным образом все растительные или органические тела на летучие компоненты, оставляя пепел, содержащий твёрдую щелочную соль. «Человек, ты прах и в прах обратишься». [158]

То есть, каждая вещь в сущности своей сложна: с одной стороны, она летучая, с другой, твёрдая – этот порождающий принцип излагается теологией фараонов, например, в учении о ба и ка. Если пепел от сгоревшего растения посеять в землю вместе с семечком того же самого растения, [159] то можно усилить его качества или модифицировать типичные для него свойства. [160] Тот же пепел способен воспрепятствовать росту растений, которые являются «комплементарными».

Легендарный палингенез растений, а также сказание о Фениксе суть инициатические предания, свидетельствующие о недоступном для «клеточного» семени способе размножения. То есть, данные трансформации могут свершиться лишь при посредстве того и в том, кто при жизни претерпел глубинное изменение собственного существа. Он должен перевоплотиться, [161] ибо его семя неспособно передать другому существу эти новые свойства. Незнание данного факта приводит к невозможности формулирования исчерпывающего закона наследственности. Твёрдая соль, очень твёрдая и не поддающаяся разрушению даже на уровне хромосомы, является подлинным носителем специфических особенностей индивидуума, сохраняющим личные качества, включая приобретённые в ходе его жизни. Для химика одна клетка равноценна другой, хотя очевидно, что с жизненной точки зрения в органах каждого индивидуума существуют неразличимые в физическом смысле нюансы, каковые и отличают его от других. Один лист дерева никогда не будет идентичен другому, а один человек – и то, из чего он может состоять – иному человеку, исключая некоторые случаи однояйцовых близнецов. Чтобы «реинкарнация» могла произойти, фиксированное ядро психики индивидуума должно слиться с органическим ядром клетки-семени. Равным образом, твёрдое ядро неспособно произвести новое организованное существо, не регрессировав в эволюционную линию для возобновления всего цикла, приводящего к появлению органической жизни. Родство между двумя ядрами, твёрдым минералом и животной либо растительной клеткой, является неизбежным, и метемпсихоз суть история предков данного устойчивого ядра, необходимого для проявления живого существа в его цикле. [162] Это тема таких странных повествований, как египетское предание о Волшебнице [163] или, среди прочих, некоторые сказания кхмеров. В подобном также состоит смысл различных «магических» действий, как, например, поедание глаза покойника, бывшего величайшим охотником, каковое совершает живущий в джунглях молодой негр, дабы обрести остроту и точность зрения. В общем, знание сей тайны психической передачи [164] – а, значит, личных качеств и приобретённых трансформирующих переживаний – есть фундамент всякого колдовства, а также актов подлинной магии, в том числе теологических предписаний относительно способа погребения.

Естественный процесс метемпсихоза проходит через растение, поскольку оно первое поглощает твёрдую соль в ходе своего роста. Через употребление в пищу данного растения сия соль возвращается к индивидууму: носителю семени, каковое восстановит её. [165] В этом следует искать одну из причин мутации гена. У человека абсолютная твёрдая соль его существа формируется в бедренной кости в качестве слоёв и основы физического тела (древнеегипетский men.t). [166] Клетка-семя, растительная или животная, хранит типичные качества каждого вида, включая его приспособляемость; твёрдая соль, с другой стороны, перемещает – через зачастую весьма продолжительные периоды невидимости – сознание, приобретённое индивидуумом, которому необходимо изменить собственную форму, чтобы наделить своё сознание способом самовыражения. Внезапно появившаяся, по-видимому, без переходного состояния, новая форма (мутация гена) в действительности является продолжением эволюции сознания. В данной последовательности необходимо порождающее семя; таким образом, растение остаётся ограниченным в своём царстве, а животное – в своём, минерал не может перейти в растительное царство без предшествования этому.

Теперь, чтобы понять переход между царствами и, следовательно, расширение сознания, нужно учесть два основных принципа: во-первых, передачу сознания посредством перевоплощения, что означает предварительное разрушение некой формы, а затем – энергетическую среду, которая создаёт организм.

Для облегчения изложения этой мысли я пользуюсь словами «твёрдый» и «летучий», представляющими летучий и фиксированный «принципы». В ядерной физике в глобальном смысле говорилось бы о ядре и отрицательных электронах. Твёрдая соль – это нейтральный нейтрон устойчивого ядра. Его щелочной минеральный характер является всего лишь носителем энергетических свойств психики. Её специфика – энергетика, представленная могуществом, которое есть сознание. В ходе разрушения формы твёрдое и летучее разъединяются.

Мы зовём это смертью. Поскольку в процессе данного распада форма больше не является препятствием для энергетических влияний среды (таких как Свет или Звук), то они способны оказывать воздействие и производить впечатление. Возрождение формы требует воссоединения летучего и твёрдого. Фиксированное детерминировано, летучее женственно и недетерминировано, но являет собой всеобщий «ритм», аналогичный ритму определённого звука. Поэтому твёрдое должно найти своё летучее, чтобы могла произойти реинкарнация в любой форме, физической или более субтильной. Твёрдое несёт отцовское, летучее – материнское. Одновременно с восстановлением происходит воссоединение летучего и твёрдого до некоторого состояния. [167] Именно в тот момент начинается воздействие среды для модификации инструмента сознания существа. Таинственный герметический тезис стремится доказать, что витальное разрушение минерала позволяет превратить его в растение, таким образом делая его восприимчивым к питанию и размножению. Сей принцип корректен и поддаётся контролю в растительном и животном царствах, и этого достаточно для того, чтобы поверить в то, на что претендует минерал.

Передача характеристик вида и его сохранение происходит с помощью семени, тогда как связанные с эволюцией трансформация, трансмутация и переход между царствами – чрез посредство ядра или неподвижного центра… Недавние открытия в ядерной физике уже подтверждают принцип перехода видов между собой из-за трансмутации простых тел благодаря группам-ядрам. Нейтрон представляет собой типичную твёрдую соль индивидуума. Поэтому связывать эти уникальные трансформации с количеством ядер было бы впадением в рациональную схематизацию. Модификации электронов, сопровождающие сии перемены, приводят к модификациям «характера». Специфические особенности меняются, и, таким образом, модифицируется «сознание». Именно сознание, метафизическое могущество, руководит всяким преобразованием. Избирательная способность к сродству обуславливает трансформацию».

Кратко можем отметить, что если сей отрывок способен пролить свет на принципы, на каковых основывается палингенез, то он также в достаточной мере тревожен, ибо мы считаем, что точные знания космологического девиантного порядка, чьи следствия научной разновидности, среди прочих, являются отличительным знаком, касающимся физического воздействия, от самого грубого до самого субтильного, могут привести к «контринициации» даже тех, у кого нет явной связи с традиционной формой.

Относительно палингенеза представляется уместным сослаться на два других текста, удивительно дополняющих друг друга и то, что мы уже рассматривали, и благодаря которым нам под силу даже представить довольно полную панораму доказательств с теоретической, а также практической точки зрения, в том числе многочисленные ссылки на авторов более древних, нежели занимавшиеся этими доказательствами.

Первый текст – уже цитировавшаяся работа Антуана Февра Эккартсгаузен и христианская теософия, в которой автор говорит, что «Эккартсгаузен разделяет склонность множества своих современников к науке, популяризованной женевцем Шарлем Бонне. Он даёт ей классическое определение: под палингенезом понимается процесс, позволяющий оживлять разрушенное естественным образом тело, что может относиться ко всем свойствам оного или только к его внешней форме. Теософ напоминает, что для Шарля Бонне палингенез является прошедшим и грядущим состоянием живых существ; в таком смысле можно было бы также определить его как восстановление (Wiedereinsetzung) тела в его древней форме. Классический пример – палингенез розы; в 1687 году палингенетический опыт с этим цветком провёл отец Кирхер. По мнению адептов данной науки, получить образ тела можно после превращения оного в прах. Эккартсгаузен заявляет, что верит своим друзьям, экспериментировавшим с лютиком, розой и даже животными. Сверхъестественный палингенез интересует и Корнелия Агриппу. Вслед за Ксанфом и Юбой, он говорит об арабском растении, называемом пали, кое, как считают, возвращает к жизни мёртвых, стоит лишь коснуться их оным; Чезаре Ванини упоминает случаи людей, вернувшихся к жизни, а каббалисты полагают к тому же, что можно воскрешать тела благодаря свойствам кости позвоночника. Также речь заходит о людях, которые в действительности не были мертвы, но и по этому поводу иногда говорят о «палингенезе» – аналогично данное слово употребляется для обозначения искусственного изготовления тел животных. Кампанелла, цитируя Рази и Альберта, считает возможным создавать человека без участия женщины; сие подтверждают Денстон, Борель, Германн, Теофраст. Последний из упомянутых авторов также занимался палингенезом в собственном смысле данного слова; он рекомендует герметично закрывать в реторте птицу, которая находилась бы там, вылупившись из своей скорлупы, после чего она прокаливается до превращения в пепел, затем сосуд помещается в лошадиный навоз, пока не сформируется вязкая субстанция; сим веществом наполняют скорлупу яйца, кою нужно аккуратно запечатать; данное яйцо созревает в нормальных условиях и из него вылупляется новый цыплёнок. Дигби тоже полагает, что возможно оживить сожжённого до состояния пепла рака; подобные опыты описаны в Универсальном магическом амфитеатре (Amphitheatrum magiae universae) Маурера. Эккартсгаузена, по-видимому, прежде всего, интересует «палингенез тени», каковой позволяет, по его мнению, призывать тень какого угодно животного; для этого достаточно погрузить оное в стеклянный сосуд, превратить в пепел, а затем поместить всё в среду со средней температурой: тогда в сосуде будет виден образ тела животного; он исчезает при охлаждении стекла и появляется при нагревании. Эккартсгаузен полагает, что сей метод близок к тому, что использовался Аэндорской волшебницей для вызывания тени Самуила и теней других людей. Как такое было возможно? Теософ считает, будто наше материальное видимое тело – только оболочка другого тела, обитающего непосредственно в душе; оный Seelenleibchen не является частью нашего я: это простой инструмент, коим пользуется наш дух. По словам Венцеля, воздух и огонь суть компоненты сего тела (Leib), и душа покидает материальное грубое тело (Korper), когда оно подвергается гниению. Поэтому можно представить, что Seelenleibchen отправляется в сопровождении души к иным мирам, где оба они получают новые впечатления. Но какова в таком случае судьба животного, душа которого не может отделиться от тела, заключённого в ходе экспериментов в лёд? Души развоплощённых существ, дабы проявиться в нас, соединяют своё воздушное и огненное, эфирное, тело с нашей грубой материей.

Эккартсгаузен упоминает различные примеры палингенеза. Он приводит формулы Кристофа Хельвига, позволяющие явить спектральное [168] изображение предварительно погубленных растений: гвоздик, лаванды, вьюнков. Кроме того, можно провести простой и зрелищный эксперимент с крапивой.

Если большое её количество прокаливают с корнями и потом погружают в чистую воду, с которой зола крапивы смешивается, то после фильтрации (для очищения от всякой земной материи) полученной таким образом жидкости, можно выставить оную на холод, пока та не замёрзнет. На образовавшемся льду будет формироваться изображение большого количества крапивы белого цвета, настолько естественное, что художник смог бы её нарисовать. Когда вода нагревается, эти идеальные формы исчезают, но появляются опять, когда она снова замерзает. По словам Якоба Шоу, он способен проводить такой же опыт с раками и наблюдать форму яблока в замороженном яблочном соке, а, кроме того, из пепла раков и скорпионов может получать новые виды животных… Похожие эксперименты проводились с мошками и, как заявляет Кирхер, со змеями. В 1800 году в своей статье в журнале Reichsanzeiger Эккартсгаузен утверждал, что видимое есть плод незримого; он объясняет, как формируются элементы, слагающиеся в единый принцип, содержащий количество, качество и форму, являющуюся тленной, и как механическая разделённость приводится к нетленности существ. Этот текст тем более важен, что является последним, в котором наш теософ изъясняется вполне определённо относительно палингенеза. Он указывает на возможность получить спектр [призрак] растения с «самыми яркими и живыми цветами, словно в состоянии воскрешения». Вывод фундаментален: сей грубый мир имеет своим основанием мир органических светов. Изначальная природа, хотя и вторичная по отношению к божеству, не подлежит никакому изменению; её сроком будет вечность. Нынешняя природа без устали трудится, чтобы вновь обрести первичное проявление, этот мир органического света. По данной причине тела могут оставить грубые оболочки, облик коих мы воспринимаем, и отказ от последних никоим образом не изменит их сущностное устройство». [169]

Второй отрывок позаимствован из Великой книги природы Дюшанто: [170]

«Истинному философу известно о палингенезе, называемом иначе растительным фениксом. Сие курьёзное воскрешение приводит к возрождению животных и трансмутации металлов. Я хотел бы рассмотреть кое-какие детали этого насущного знания. Некоторые духовные авторитеты утверждают, что палингенез не может быть совершён, но нельзя сомневаться в нём после опытов истинных философов и искусных химиков. Кокс из Англии предпринял крайне занятные попытки его доказательства. Дигби познал чудеса палингенеза. Прославленный отец Кирхер много говорил о нём. Дж. Дэниел Мэйджор оставил трактат о палингенезе.