Чтение онлайн

«Странные они все какие-то сегодня», – подумала я, присаживаясь на стул.

Просидела я таким образом минут двадцать и уже собралась спросить, долго ли ещё сидеть, как дверь кабинета распахнулась, и из неё вышел какой-то мужчина, видимо, посетитель. Секретарша оторвалась от монитора и, впервые взглянув на меня, равнодушно сказала:

– Проходите.

Я с облегчением поднялась со стула, направилась к двери, открыла её, вошла и только после этого подняла глаза на хозяина кабинета.

К счастью, на ногах мне устоять удалось, но шея мгновенно покрылась испариной, ладони сделались холодными и влажными, и я очень порадовалась, что не имею склонности терять сознание.

Он поднялся мне навстречу.

– Вы?! – выдохнула я.

– Вы?! – эхом повторил он и вышел из-за стола.

Передо мной был господин Селиверстов Георгий Александрович собственной персоной.

Боже, как долго он шёл по кабинету! Наконец подойдя почти вплотную, потянулся к моей руке, потом мягко взял её обеими ладонями и поднёс к губам. Совсем как в тот день.

Уши заложило так, словно самолёт только что оторвался от взлётной полосы и начал стремительно набирать высоту. Со мной происходило что-то, в чём я не участвовала и чего абсолютно не могла контролировать.

– Так вот оно как! Значит, это вы и есть большая любовь Поланского? – произнёс он без улыбки, продолжая неотрывно смотреть мне в глаза. – Бог мой, как причудлива жизнь, право слово, – добавил он и, не отпуская моей руки, повёл вглубь кабинета. Усадив меня на белый кожаный диван, он опустился рядом.

– Так, значит, это вы и есть неуловимый шеф, владелец нескольких фирм, которого никто никогда не видит? – брякнула я, не придумав ничего умнее.

Селивёрстов рассмеялся и отпустил мою руку.

– Не так уж я неуловим. Просто этот месяц я был в Лондоне. – Он провёл рукой по волосам, уже знакомым мне жестом пытаясь откинуть непослушную прядь. – Вы удивительно изменились за это время, просто трудно узнать. А знаете, я думал о вас… Даже чаще, чем мог предположить, – добавил он после некоторой паузы, не сводя с меня глаз. – Я прилетел только вчера и, честно говоря, собирался вам позвонить, но не знал, насколько это удобно… А кстати, как поживает моя спасительница? Эльза, если не ошибаюсь?.. – прервал он сам себя, откидываясь на спинку дивана и поправляя манжет белоснежной сорочки с вдетой в него золотой запонкой.

Я уловила едва слышный аромат запомнившегося мне одеколона «Платиновый эгоист» и слегка поёжилась.

– А как ваша подруга Валентина? – вновь подал голос Селивёрстов.

– Спасибо. У неё всё в порядке. – Я чувствовала, что веду себя слишком натянуто, но, хоть убей, ничего не могла с этим поделать.

– Я заметил, что она очень привязана к вам и принимает ваши проблемы близко к сердцу.

Я сразу подумала о том, что знаки, которые мне делала Валька во время визита Селивёрстова, не прошли мимо его внимания, и начала мучительно краснеть. От этого я, как всегда, разозлилась и стала искать глазами пепельницу. Георгий немедленно встал, подошёл к стенке и откинул крышку, за которой виднелся бар. В нём стояли бутылки, среди которых я узрела «Гордоне», «Хеннесси» и несколько вин, а также пачки сигарет. Взяв в руки одну из них, он вернулся и, пододвинув пепельницу, положил сигареты передо мной на овальный стеклянный столик.

– У вас на редкость хорошая память, – сказала я хмуро и вытянула из пачки коричневую сигарету.

– Должен ли я сделать вывод, что ваш муж забывчив, коль скоро вас это удивляет? – улыбнулся Селивёрстов, щёлкнув зажигалкой.

– К моей великой радости, вот уже месяц, как эта проблема тяжким грузом легла на плечи некоей гражданки Соединённых Штатов по имени Джудит, в связи с чем я и желаю ей здоровья и долголетия, – изобразила я подобие улыбки, чувствуя, что моё напряжение начинает несколько рассеиваться.

– Вы хотите сказать, что вы… то есть что ваш муж…

– Именно это я и хочу сказать, к немалому моему удовольствию. Мой брак нельзя было назвать удачным, и теперь мне кажется, что даже солнце по утрам всходит совсем иначе, если вы сможете понять, о чём я говорю.

«Не сошла ли я с ума, что говорю ему такие вещи?» – с ужасом подумала я.

– Никто бы не понял вас лучше, – серьёзно сказал Георгий, – ведь именно это явление я отмечаю про себя последние восемь месяцев. Вы очень точно подметили насчёт солнца, с ним явно происходит что-то подобное, можете мне поверить.

«Он свободен! – возликовало где-то в районе желудка. – О чём ты думаешь, идиотка?!..Но его губы так возмутительно близко… Какие, к дьяволу, rvfihpl»

– В таком случае примите мои поздравления, – промямлила я, стряхивая в пепельницу столбик пепла.

– Благодарю, – чинно склонил голову Селивёрстов, – однако, не означает ли это, что я в свою очередь должен направить поздравления моему другу Льву?

– Лёвику? С какой стати? – удивилась я.

– Видите ли, мы с ним однокурсники. Его привязанность к вам хорошо известна мне с тех самых времён. Вы тогда ещё были не замужем. А ещё помню, он здорово напился накануне вашей свадьбы, едва ли не впервые в жизни. Мы в ту пору подсмеивались над ним, а теперь… теперь, пожалуй, меня это не так удивляет, знаете ли. Так он снова полон надежд?

Я пожала плечами.

– Мы просто друзья. Я очень люблю Лёвика, но…

– …но странною любовью, – блеснул цитатой Селивёрстов. – Вряд ли влюблённого мужчину это может порадовать.

Я несколько поёжилась, и он обвёл меня пристальным взглядом. Оказывается, он знал о моей жизни гораздо больше, чем я предполагала, и это меня отчего-то нервировало, но, тем не менее, взяв себя в руки, ответила довольно спокойно:

– Думаю, что вы преувеличиваете значение сего факта, Георгий Александрович. Так или иначе, между мной и Лёвиком всё ясно и определённо уже много лет. Кроме того, воздух свободы оказал самое благотворное влияние на мои лёгкие, и сама мысль о… – …о новой клетке наводит на вас ужас, – с улыбкой договорил он.

– Именно, – кивнула я.

– Очень хорошо вас понимаю. Совсем недавно я думал то же самое. Однако… – он кашлянул, – это проходит, и к тому же быстрее, чем можно себе представить. Как ни странно… – закончил он и, снова взяв мою руку, прижался губами к ладони.

Сердце как бешеное заколотилось под рёбрами, так и норовя выпрыгнуть из горла, и мои ледяные пальцы отчётливо дрогнули в его горячих ладонях. Он сжал их чуть крепче и, подняв голову, смерил меня задумчивым взглядом.

В эту самую секунду дверь приоткрылась и показалась голова секретарши.

– Георгий Александрович, – начала она, глядя по направлению стола, но, никого не обнаружив, повернула голову и, узрев сцену на диване, поперхнулась и забормотала торопливо:

– Звонил Голованов, спрашивал, будете ли вы завтра на совещании, и ещё насчёт презентации… извините…

– Я занят, Оксана, – спокойно сказал Селивёрстов, продолжая держать меня за руку.

– Да-да… – И голова моментально исчезла.

– Мне лучше вернуться на своё рабочее место, – сказала я, мягко освобождая руку, – к тому же у этой дамы язык без костей, и вовсе не следует давать повод для ненужных…