Чтение онлайн

Случилось так, что номинация, ради которой и был командирован на фестиваль Пётр Максимович, стояла чуть ли не в самом конце всей церемонии награждения. К тому же номинации перемежались частыми выступлениями эстрадных коллективов, так что ждать ему пришлось часа три. Полковнику было нестерпимо скучно и дабы развеять тоску, он регулярно наведывался в буфет опрокинуть рюмку-другую коньячку. В результате к моменту объявления его номинации, Кудрицкий был уже довольно тёпленький.

Бодрым шагом поднявшись на сцену, Пётр Максимович торжественно зачитал текст от имени главы ведомства. В заключении он добавил пламенные благодарности от себя лично создателям фильма и организаторам фестиваля, крепко обнял и расцеловал миловидную ведущую и с чувством выполненного долга отправился было обратно в зал. Однако от избытка эмоций бедный полковник забыл о довольно крутых ступенях, по которым следовало спуститься со сцены, и, промахнувшись, полетел вниз на глазах у всего зала. Свежеполученная хрустальная статуэтка, естественно, выскользнула у него из рук. И ехать бы Петру Максимовичу с позором на ковёр к генералу, не окажись у подножья сцены Борьки Кахидзе, который в те времена не только писал тексты, но и делал фоторепортажи с целью подработки. С далеко не присущей ему ловкостью и грацией Боря бросил фотоаппарат и кинулся за статуэткой. Этому эпическому прыжку позавидовал бы даже его любимый Джиджи Буффон!

За чудесное спасение своей офицерской чести Пётр Максимович щедро угостил молодого журналиста в том же буфете и, прощаясь, взял с него обещание звонить ему без всяких стеснений в случае возникновения каких бы то ни было проблем. Через пару лет Кудрицкий перебрался в Москву и со временем дослужился до звания генерала российского МВД. Несмотря на то что год назад он вышел на пенсию, связей и влияния у него по-прежнему хватало. Все эти годы Борис не особенно докучал Кудрицкому, но поддерживал с ним связь, скрупулезно поздравляя того со всеми календарными и семейными праздниками. И вот настала пора обратиться с серьёзным вопросом.

Боря вкратце рассказал генералу о странном происшествии, случившимся с его другом, сделав упор на недвусмысленные угрозы, высказанные «этим негодяем», и объявленный трёхдневный ультиматум. Убедив Кудрицкого, что угроза вполне реальна, он попросил вычислить звонившего. Генерал ответил, что на это потребуется пару часов.

– Кабы не выходной, справились бы быстрее, но суббота, сам понимаешь. У кого рыбалка, а у кого и палка. Жди, Кахидзе, наберу, – хохотнув, завершил разговор Кудрицкий. На самом деле за год на пенсии он порядком заскучал и был рад даже такому простому делу.

Прошло три часа, и после некоторых раздумий Борис решил всё-таки позвонить Мише. Произошло это как раз в тот момент, когда Бану Гарда поднял бокал с морсом и представился. Брыльский вопросительно взглянул на него. Тот кивнул, и молодой человек ответил на звонок:

– Да, слушаю.

– Ну как ты, Миш?

– Нормально, пообедал вот. А ты как? Соскучился уже?

– Хм, соскучился… Знаешь, я сейчас общался с генералом Кудрицким, – озабоченно произнес Борис.

– Да? Ну и что с того?

– Рассказал ему про твой утренний телефонный разговор с тем твоим «поклонником». Попросил его пробить по своим каналам, кто это так развлекается. И знаешь, какая странная штука?

– Какая? – Брыльский побледнел, почувствовав по тону друга, что ничего хорошего тот сейчас не скажет.

– А такая! Выяснилось, что никто тебе не звонил. Более того, и не мог позвонить, так как твой номер вот уже девять месяцев как отключён за неуплату.

Миша качнулся, но усидел на стуле. Он даже забыл о своем невероятном госте, который, попивая морс, вежливо ожидал завершения разговора.

– К-как это не звонил? – запинаясь, спросил он. – А с кем же я тогда? Как отключён? Погоди-ка, минутку!

Брыльский бросился в гостиную. Трубка от стационарного аппарата лежала на журнальном столике перед разобранным диваном. Миша схватил её и нажал на кнопку включения. Тишина. Он начал судорожно нажимать на кнопки, набирая наугад разные номера. Но и это не помогло. Последняя надежда – проверить подключена ли база к сети. Всё было на месте, и телефонный кабель, и сетевой. Брыльский понуро побрёл обратно в кухню и взял мобильный со стола.

– Князь?

– Миш, тебе нужна помощь. Давай я сейчас приеду, и мы с тобой съездим в клинику? У меня есть знакомый доктор, как раз по этой линии. Я уже звонил ему, готов принять нас сегодня же.

– Нет-нет, не приезжай! – воскликнул Миша, посмотрев на крокодила. – И по какой ещё «этой линии»?

– Брыльский, у тебя классические симптомы белой горячки. Неужели ты этого не понимаешь? Делириум тременс! – он и тут не упустил возможности вставить фразу из Гайдая.

– Боря, я вчера выпил всего двести граммов виски и пинту пива. Это тебе может подтвердить бармен из «Сан-Ремо». Я всё прекрасно помню, и если я говорю, что мне звонили на домашний, значит, так оно и было. И задрал ты уже со своими афоризмами! – перешел практически на крик Брыльский, чем вызвал удивленный взгляд Бану.

– Миш, ну постой, не кипятись. Хорошо, не хочешь в клинику, давай просто встретимся и прогуляемся. Смотри, какое солнце за окном. Вот уже и весной запахло.

Помолчав некоторое время, Брыльский всё-таки ответил.

– Ладно, давай встретимся. Только я сам к тебе подъеду. Прогуляемся у тебя там на Патриарших.

– Вот и замечательно! Буду ждать, – радостно воскликнул Борис.

Брыльский вопросительно уставился на крокодила и тяжело вздохнул. «И чем я всё это заслужил, господи? Почему я?» – пожалел он себя в уме.

– Заслужил, Михей, даже и не сомневайся. За Силу надо платить. Рано или поздно, но надо, – посочувствовал Бану.

Глава 6

В зверинце трое негритят

Забрались в клетку льва.

Растерзан насмерть третий брат,

И братьев стало два.

Топили двое негритят

В ненастный день камин.

В огонь один свалился брат,

И уцелел один.

С.Маршак

Заварив крепкого цейлонского чая, Брыльский и его гость уютно устроились в гостиной. Диван был уже собран, кресло придвинуто поближе к журнальному столику, а по телевизору шло что-то типа National Geographic.

Просто поразительно, насколько сильна адаптивная функция человеческого мозга. Скажи вчера кто-то Мише, что завтра он будет распивать чаи в собственной квартире с крокодилом, он бы лично сопроводил такого чудака в клинику, подобную той, в которую ему предлагал прокатиться Кахидзе. Сегодня же его разум, немного посопротивлявшись для приличия, переварил новую реальность без видимых повреждений.

Брыльского уже даже не особенно удивила очередная метаморфоза во внешнем виде его гостя. Теперь на крокодиле красовался фиолетовый велюровый халат в ретро-стиле с оторочками из золочёных ниток, желтый в черный горошек шейный платок из натурального шёлка, голубые пижамные штаны в вертикальную белую полоску и огромные мягкие тапочки в форме розовых поросят. Видимо, по мнению Бану данный наряд был наиболее уместен для домашнего чаепития. Причём «переоделся» он за те мгновения, пока они переходили из кухни в гостиную.