Чтение онлайн

Черт, я ведь не могу сейчас полететь за ней, надо закрыть Севастополь, потом уже только. Надеюсь, в неделю все документы будут подписаны. Неделя. Семь дней без нее и Андрея. Зачем-то снова звоню ей, абонент вне зоны действия, что неудивительно. Набираю Касторина, вчера он не объявлялся, да и его можно понять, на подобные косяки он не подписывался. Вот ведь обрадуется Настиному отъезду. Думаю, нашу рекламную кампанию можно считать закрытой.

Это я и сообщаю ему, когда Борисыч отвечает. Он молчит некоторое время, потом спрашивает:

— Разрешите вопрос, Демьян Александрович, а почему она уехала? Или это личное?

Усмехаюсь, правда, мысленно. Знал бы я сам ответ на этот вопрос.

— Думаю, ей просто все надоело. Такая слава не для нее. Деньги она, кстати, оставила.

— Честная, – усмехается Касторин. – Ну да это было сразу видно. Хорошая девчонка, жаль, что так вышло. – Он замолкает, чувствую, о чем-то думает, потому жду. Наконец, Борисыч, продолжает: – Извиняюсь еще раз, но вы не думали о том, чтобы съездить за ней?

Хлопаю глазами в полной растерянности. Это он сейчас к чему? Или то, что я влюбился, как пацан, заметно настолько?

— В каком плане? – спрашиваю по возможности отстраненно.

— В плане нашей рекламной кампании. Я понимаю, вчера наговорил много лишнего, но я не люблю сдаваться, Демьян Александрович. Тем более такой позор ляжет на мою репутацию. Предлагаю вам спасти нашу кампанию.

— Каким образом? – спрашиваю бестолково.

— Ну как же, – слышу, что Касторин уже воодушевлен. – На самом деле, все складывается идеально, даже более остро, чем мы могли бы придумать. Настя уезжает вместе с сыном, потому что видит видео с вами и той девушкой. Собирает вещи и молча улетает, чувствуете накал? А вы летите следом просить прощения, возвращать. Настя девушка мягкая, уверен, вы уговорите ее доиграть этот акт.

— А дальше-то что? – усмехаюсь. – Она сюда не поедет, а я там сидеть не буду, вы же понимаете? И в итоге будет еще один мыльный пузырь.

— Побудете там недельку, потом вернетесь один, почему один, мы придумаем. А там две недели, и выборы. Все это время будем нагнетать обстановку, уверен, электорат будет в восторге.

А все-таки не зря он свой хлеб ест, а, как ловко обыграл сложившуюся ситуацию. Только вот основная проблема в том, что я действительно полечу к Насте, но совсем по другим причинам. И мне совершенно не хочется, чтобы это была очередная рекламная кампания. Мне хочется, чтобы это были просто я, Настя и Андрей. Не знаю, как это будет, но попытаться я обязан.

— Нет, Евгений Борисович, – произношу в итоге, – не обессудь, но я предпочитаю закончить эту кампанию. Всю неустойку оплачу.

Он некоторое время молчит.

— Ну что ж, – говорит в итоге, – выбор ваш, Демьян Александрович.

— Спасибо.

Мы прощаемся, минут десять я лежу на кровати, разглядывая потолок. А потом понимаю, что нужно ехать на работу, чем быстрее разберусь с важными делами, тем быстрее уеду.

В машине меня застает звонок от Светланы.

— Скоро буду, – отвечаю сразу.

— Тут Соломонов, – шепчет девушка, – и он в ярости.

— Понял. Спасибо.

Так, что еще успело случиться? Определенно москвичи засветились, только не знаю, каким образом.

Вхожу в приемную, Соломонов встает с дивана, киваю в сторону кабинета, делая Свете знак, чтобы не мешала. Она кивает в ответ, понимая с полуслова. Как только за нами закрывается дверь, мужчина резко хватает меня за грудки.

— Ты что же, подставить меня решил, Третьяков? Ты знаешь, что я с тобой за это сделаю?

Аккуратно снимаю его руки, пройдя за стол, сажусь и говорю:

— Давайте остынем, Иван Алексеевич. Сядьте и спокойно объясните, в чем вы меня обвиняете?

Он смотрит внимательно, тяжело дыша, качает головой.

— Знаешь, как тебя называют, Третьяков? – говорит вдруг. – Честный делец. И я сам так считал до этого момента.

— Подробнее, – хмурюсь, сцепив руки в замок.

— Подробнее заключается в том, что мне начали перекрывать кислород. Объекты уплывают сквозь пальцы, партнеры начинают валить. Скажешь, не твоих рук дело?

Вздыхаю.

— А зачем мне это, Иван Алексеевич?

— Ты же обещал неприятности.

— Я не обещал. Только сказал, что мне есть чем ответить, если вы решите действовать. В нынешней ситуации я ни при чем. Более того, действовать первым против вас мне бы и в голову не пришло. Я предпочитаю решать дела мирно. И честно, – добавляю, словно подтверждая его слова. О прозвище мне известно, и оно вполне оправдано, я всегда стараюсь держаться стороны закона и не пренебрегаю человеческим фактором. Некоторым это претит, некоторым симпатизирует, но главное, что позволяет мне находиться в миру с самим собой.

Соломонов снова смотрит внимательно, словно пытается понять, говорю ли я правду или уверенно вру. Наклонившись вперед, продолжаю:

— Вы бы лучше не на меня грешили, а подумали, кому вы могли перейти дорогу настолько, что человек начал войнушку. Влиятельный человек, замечу вам. С севастопольским проектом не связывали?

— Откуда ты... – начинает мужчина, но замолкает, усмехнувшись. – Что, решил сам туда влезть?

— Вовсе нет, – отвечаю равнодушно, – хотя скажу честно, предлагали. Некто Олег Баринов очень хочет скинуть вас, Иван Алексеевич, с этого проекта, и человек он явно непростой. Подумайте, стоит ли переходить ему дорогу.

Соломонов качает головой.

— Если мы будем стоять в стороне, эти москвичи у нас весь бизнес отожмут, Демьян.

— Весь не весь, наш кусок останется при нас. А сейчас вы рискуете все потерять.

— Умный какой, – снова усмехается мужчина. – Мальчишка ведь еще, а умный, зараза. Что знаешь о проекте?

Рассказываю, не называя имен, он кивает.

— Значит, не вписался, – говорит в итоге задумчиво. – Смотри, а то Баринов вполне способен и тебе карьеру перекрыть. Политику я имею в виду.

Усмехаюсь. Я и сам вроде неплохо справляюсь с тем, чтобы ее запороть. Да и вообще что-то не уверен в последнее время.

— Зато если пролезешь, – продолжает он, – сможешь потеснить их с нашей территории.

— Посмотрим, – пожимаю плечами, – у меня пока нет четких планов на будущее.

Кивнув, Соломонов поднимается.

— Ладно, Демьян, ты меня извини, вспылил. И насчет Лизы тоже. Уж больно она просила надавить, замуж за тебя хочет. Не передумал насчет нее?

Молча качаю головой. Он кивает, протягивая руку. Пожимаю в ответ, поднявшись.