Чтение онлайн

За столом сидит Демьян, а по другую сторону мужчина к сорока в очках. Хмурясь, смотрю на них, слыша, как закрывается за мной дверь. Демьян окидывает меня изучающим взглядом и молчит, в то время как второй мужчина, поднявшись и поправив дужку очков, протягивает руку.

– Меня зовут Евгений Борисович, – говорит, когда я неуверенно отвечаю на рукопожатие, – у нас к вам есть разговор, Анастасия Андреевна.

Перевожу взгляд на Демьяна, и душа уходит в пятки. Приходит ужасная мысль: он узнал правду. Вспомнил меня, и теперь хочет забрать Андрюшку! Пока я лихорадочно соображаю, что делать, Евгений Борисович подводит меня к дивану и усаживает. А сам возвращается на свой стул. Перевожу взгляд с одного на другого, пытаясь набраться смелости. Я не отдам сына. Пусть хоть что делают. Но предательский страх расползается по коже, ладони потеют, а сердце испуганно замирает, пропуская ходы.

– Анастасия Андреевна, – начинает говорить Евгений Борисович, – во-первых, хотелось бы сразу сказать, что наш разговор носит конфиденциальный характер и не может быть разглашен никому. Поэтому вам придется подписать вот этот договор.

Мне суют в руки листы, текст на которых я с трудом вижу из-за дрожащих рук и разбегающегося внимания.

– В нем ничего такого нет, – поясняет мужчина, – вы соглашаетесь не разглашать услышанную здесь информацию. В противном случае Демьян Александрович может обратиться в суд.

Я неуверенно усмехаюсь. Что здесь вообще происходит? Что они задумали? Будут мне угрожать, а я должна молчать, чтобы у меня не забрали все, что я имею?

– Там также есть пункт, что информация не должна нести угрозы вашей жизни, – Евгений Борисович словно читает мои мысли. – Поясню, чтобы вы не волновались. Демьян Александрович планирует заняться политический карьерой, и это единственная причина, по которой нам приходится идти на подобные меры.

Несколько секунд я смотрю мужчине в глаза, он кажется безобидным, даже тюфяком, но я сильно сомневаюсь, что он таков на самом деле. Но что они хотят мне предложить? У меня нет ни одной мысли. Точно не работу уборщицей в «Южном склоне».

Я все-таки протягиваю руку, Евгений Борисович вкладывает в нее ручку. Демьян все это время молчит, изучая меня. Ох, не нравится мне все это.

Когда с формальностями покончено, и договор приземляется на стол, Евгений Борисович начинает говорить.

– Давайте начнем с начала. Это, – он указывает на Демьяна, – Демьян Александрович Третьяков, владелец данной гостиницы и еще разной недвижимости на побережье. Он влиятельный и известный на юге человек, построивший свою карьеру сам с нуля. И сейчас собирается заняться политикой. Мы готовим ему предвыборную кампанию, однако нас смутил один момент: Демьян Александрович, скажем так, вел до сих пор весьма свободный образ жизни. Я имею в виду женщин. И для него это большой минус. Мы подумали, что в рамках нашей кампании можно попробовать провернуть некоторый фокус.

Евгений Борисович кидает взгляд на Демьяна, но тот только хмурится и молчит, а я вот напрягаюсь все больше и больше.

– Мы придумали романтическую историю, – продолжает мужчина, – исходя из которой у Демьяна Александровича несколько лет назад случилась история любви, однако девушка сбежала, и он не смог ее найти. И вот, спустя время они встретились, чувства вспыхнули с новой силой. К тому же оказалось, что тогда девушка забеременела, и теперь Демьян Александрович станет не только счастливым возлюбленным, но и отцом.

Ничего не могу поделать, чувствую, как краска медленно сходит с моего лица. Евгений Борисович смотрит таким пронзительным взглядом, что я начинаю думать: вся эта история – просто бравада, и сейчас он прищурится и скажет что-то вроде «так ведь и было на самом деле, да, Анастасия Андреевна»?

«Они не могут знать, не могут», – бьется в голове. Я продолжаю молчать, и Евгений Борисович, снова переглянувшись с Демьяном, произносит:

– Мы предлагаем сыграть вам роль этой девушки. Разумеется, не бесплатно, – берет со стола визитку и пишет на ней что-то, а потом переворачивает написанное ко мне. Я неприлично широко открываю рот. Сумма в евро, и мой мозг, лихорадочно соображая, пытается перевести ее в рубли. Но даже без этого вижу: таких денег нам с Андрюшкой хватит, чтобы беспроблемно прожить пару лет.

– Я не совсем понимаю… – произношу внезапно севшим голосом, Демьян меня перебивает.

– Что непонятно? – говорит с легким раздражением в голосе. – Тебе нужны деньги, мне девушка с ребенком, чтобы сыграть семью на время предвыборной кампании. Гипотетически я мог стать отцом твоего сына, остальное придумают рекламщики. Ты получишь крупную сумму денег за несложную работу. Что тебе не нравится?

Я открываю и закрываю рот, так ничего и не сказав. То, что он не помнит ни меня, ни ту единственную ночь, что мы провели вместе, я поняла давно. А знать, что отец моего ребенка он совсем не гипотетически, ему вовсе ни к чему.

Немного облегченно выдыхаю. Не нужен ему мой сын, ему вообще никакой сын не нужен. У него вон что: политическая карьера. А женщины только ради удовольствия на одну ночь, уж я знаю не понаслышке. Но господи, как вообще можно было придумать подобное? Я поднимаю взгляд на Демьяна, который продолжает смотреть исподлобья. Такое ощущение, что он сам не рад тому, что предлагает мне.

– Но почему я? – задаю вопрос, он отводит взгляд, вздыхая.

– Мы рассматривали разные варианты, Анастасия Андреевна, – включается в разговор Евгений Борисович, – но мало кто подходил по всем пунктам. А тут Демьян Александрович вспомнил о вас, совершенно случайно. Я стал проверять, и… все сошлось. Мы можем быть полезны друг другу, разве нет? Я понимаю, предложение неожиданное, и вам, наверное, нужно время, чтобы все обдумать. Пару дней хватит? И помните о неразглашении.

Я киваю, понимая, что аудиенция подходит к концу.

– Если надумаете согласиться, – продолжает мужчина, – или появятся вопросы, которые хотели бы уточнить, можете смело звонить мне, – он протягивает свою визитку, я принимаю ее, даже не глядя. Настолько растеряна, что не осознаю до конца происходящее. Такое бывает в жизни, серьезно? Такие вот предложения, такие деньги? За то, чтобы сыграть на пару месяцев семью?

А потом я думаю об Андрюшке, о том, что он сможет провести два месяца, ни в чем не нуждаясь, и я буду всегда рядом. А когда мы вернемся домой, я смогу купить ему кучу новой одежды, игрушек, отдать в хорошую студию по рисованию, да столько всего можно сделать… Пока я буду думать, они могут найти кого-то другого, девушку, которая не будет идиоткой, а сразу ухватит удачу за хвост, пока я тут размышляю.

Я сдавливаю карточку в руках так сильно, что она сминается. Бросив взгляд на Демьяна, который теперь не проявляет никаких эмоций, смотрю на Евгения Борисовича. А после произношу тихим голосом:

– Я согласна.

И с чего я решил, что это хорошая идея? Вот сейчас смотрю на девчонку и не разделяю радости Касторина. Малолетняя бродяжка, не иначе. Во что там влюбляться до беспамятства?

Я и предложил ее скорее от безысходности, сдуру. Потому что Касторин за два дня умудрился мне вынести мозг своими вариантами баб. Которые так или иначе не подходили. А потом я вспомнил эту Настю и зачем-то ляпнул про нее. Касторин нарыл нужную информацию и сказал, что это идеальный вариант.

И этот идеальный вариант сидит сейчас на диване в дешевых потертых шмотках и смотрит на Касторина с испугом во все глаза. Он-то и в этом всем умудрился найти плюсы. По его мнению, так даже лучше, любовь, не ведающая преград и социального положения.

– Мы очень рады, что вы приняли такое решение, – заливается тем временем Касторин, – давайте сделаем так, Демьяну Александровичу надо сейчас вернуться в офис, а мы с вами где-нибудь перекусим и все обсудим. Я расскажу вам подробности, и договоримся, как будем действовать.