Чтение онлайн

Лаура молча кивнула. Во что она ввязалась? Кэролин нагнулась к ней.

– Знаете, было бы просто замечательно, если бы вы могли иногда брать ее с собой на прогулку, – сказала она. – Разумеется, когда станет теплее. Саре это очень понравится.

Лаура тут же представила себе Рэя, кипящего от возмущения в своем кабинете только от того, что она поехала в Мидоувуд.

– Я не знаю… Я с ней даже незнакома.

– Вы также очень поможете Саре, – продолжала Кэролин, словно не слышала ответа Лауры, – если просто выслушаете ее. Пусть предается воспоминаниям о прошлом. На этой стадии болезнь Альцгеймера проявляется в том, что она кое-что путает и на короткое время теряет память. Все, что случилось с ней много лет назад, она отлично помнит. Видите ли, Сара любит поговорить. Но, как я уже сказала, ее некому выслушивать, кроме меня, а у меня есть и другие пациенты.

– Поймите, я всего лишь хотела…

– Сара до сих пор играет в бинго и обожает фильмы. – Кэролин уже было не остановить. – Она проводит очень много времени у себя, сидя перед телевизором. Это неправильно, то есть для других пациентов это подходит, но Саре нужно нечто большее.

– Что ж… – Лаура подняла руку, чтобы остановить женщину, – как я уже сказала, мы с ней незнакомы. У меня есть своя семья, я работаю. Я всего лишь хотела узнать, где и как познакомился с ней мой отец. Только и всего.

Это была ложь. Отец просил ее совсем о другом, и Лаура прекрасно об этом помнила.

– Хорошо, – Кэролин встала, явно разочарованная. – Идемте со мной.

Лаура прошла за ней по длинному коридору, куда выходили бледно-голубые двери, одна не похожая на другую. На первой справа были приклеены фотографии, на ручке другой висел плюшевый мишка, а еще на одной – пара балетных туфель.

Кэролин остановилась у двери с изображением черного кинопроектора.

I . – Это квартира Сары, – пояснила она. – Миссис Толли любит старые фильмы. Мы специально по-разному украшаем двери, чтобы пациенты не путали их. Но Сара пока не настолько плоха. – Кэролин нажала на кнопку звонка.

Спустя минуту дверь распахнулась, и перед ними предстала высокая пожилая женщина. Она тепло улыбнулась Кэролин:

– Входите, дорогая.

Лаура прошла следом за Кэролин в маленькую гостиную, уютно обставленную современной мебелью. Обивка на пухлых подушках дивана, кресел, такие же цвета пшеницы занавески, дубовые низкие столики.

– Сара, это Лаура Брендон, – представила ее Кэролин. – Она приехала вас навестить.

– Как мило, – Сара улыбнулась Лауре.

Сара Толли оказалась выше Лауры ростом. Серебристые волосы были аккуратно причесаны. В ее лице и фигуре любой заметил бы небольшое сходство с Элеонорой Рузвельт. Сара была безупречно одета: блузка в белую и бежевую полоску, бежевая юбка, чулки, бежевые туфли. Единственным признаком ее нездоровья были неправильно застегнутые пуговицы на блузке. И отчего-то при виде этой несуразности в облике достойной женщины у Лауры появился комок в горле.

Кэролин взглянула на часы.

– Я вас оставлю, чтобы вы получше познакомились, – сказала она.

После ухода помощницы Сара усадила Лауру на диван.

– Не хотите ли кофе или лимонада? Мне кажется, в холодильнике он еще есть. – Женщина направилась к крохотной кухне, но Лаура остановила ее:

– Нет, спасибо, не нужно. – Она смущенно уставилась на свои колени. – Мне бы хотелось объяснить, почему я здесь.

Сара присела на диван и внимательно посмотрела на свою гостью.

– Я полагаю, что вы знали моего отца. Его звали Карл Брендон. – Выражение лица пожилой женщины не изменилось. – Он умер несколько недель назад. Перед смертью он попросил меня навестить вас и убедиться, что у вас все в порядке.

Сара Толли в замешательстве смотрела на Лауру.

– Как мило с его стороны, – сказала она. – Но я совсем его не помню. Знаете, сейчас у меня стало плохо с памятью. Как, вы сказали, его имя?

– Карл Брендон.

– И откуда я его знаю? Лаура улыбнулась.

– Не могу вам сказать. Я надеялась, что вы поможете мне ответить на этот вопрос. Отец ничего не говорил мне. Я полагала, что вы старые друзья. Он оплачивал ваше пребывание здесь. И разумеется, деньги по-прежнему будут поступать на ваш счет, – торопливо добавила Лаура, не желая волновать свою собеседницу. – Отец оставил вам изрядную сумму в своем завещании.

– Неужели! – воскликнула Сара. – Я думала, что все оплачивается из моей страховки. – Она прижала пальцы к вискам. – Я определенно теряю рассудок. Я совершенно не помню вашего отца. Где мы с ним познакомились, вы сказали?

– Я не знаю, миссис Толли. Отец родился в Нью-Йорке в 1918 году. Он переехал в Бруклин в возрасте двенадцати лет и прожил там до двадцати. А вы жили когда-нибудь в Нью-Йорке?

– Я выросла в Байонне, штат Нью-Джерси, – ответила Сара.

– Значит, в Нью-Йорке вы с ним не встречались. А как насчет Филадельфии? Он переехал туда в двадцать четыре года и работал в «Аллен Текнолоджис». Он был физиком. У него была страсть к астрономии, и все об этом знали. На моей матери он женился в сорок лет. Она умерла, когда я была ребенком, но папа больше не женился. Я даже не знаю, встречался он с кем-нибудь или нет. Возможно, вы познакомились с ним в те годы? Может быть, вы вместе проводили время?

– Нет-нет. В моей жизни был только один мужчина. – Сара взглянула на рамку со старой пожелтевшей фотографией красивого молодого человека, стоявшую на столике у дивана.

– Вот этот? – спросила Лаура. Сара кивнула.

– Джо Толли. Мой муж и единственная любовь моей жизни.

Лаура почувствовала по ее интонации, что с фотографией была связана долгая история, а у нее не было времени ее выслушивать.

– Значит, у вас не было романа с моим отцом. Может быть, вы вместе работали?

– Я была медсестрой, – ответила Сара, – и никогда не жила в Филадельфии. Большую часть жизни я провела в Мэриленде и Виргинии.

– Настоящая загадка. – Лаура улыбнулась, пытаясь скрыть разочарование. – Если вы работали медсестрой, возможно, мой отец был вашим пациентом. Перед смертью он болел некоторое время. У него был рак, и он часто лежал в больнице. – Лаура тут же поняла, насколько странно было предположить, что Сара Толли в свои семьдесят с лишним лет могла ухаживать за ее отцом. – Нет, это, конечно, ерунда.

– Я выросла в Байонне, – повторила Сара, и Лаура поняла, что это проявление болезни Альцгеймера.

– Да, – сказала она.

– Я работала медсестрой на круизных теплоходах. – Миссис Толли встала и протянула Лауре еще одну фотографию. На ней Саре было лет пятьдесят, и она стояла под пальмой. Вдалеке виднелось огромное круизное судно. – Остров Сент-Томас. Или Сент-Люсия? Я всегда предпочитала Аляску.

– Какая замечательная работа, – согласилась Лаура. – Вы посмотрели мир.

– Иногда по телевидению идет «Аляска-шоу». – Сара взяла со столика иллюстрированный журнал с телепрограммой и принялась листать его. Лаура почувствовала себя неловко. Она вспомнила о Рэе, мрачно уставившемся в окно своего кабинета, об играющей в комнате наверху Эмме. Взглянув на часы, Лаура увидела, что прошло уже намного больше часа.

Она встала.

– Я должна идти, миссис Толли. Сара удивленно взглянула на нее:

– В самом деле?

– Мне жаль, что мы так и не сумели разгадать загадку вашего знакомства с моим отцом.

– Вы сказали, он был врачом?

– Нет, он был физиком и астрономом-любителем. На лице Сары появилось такое выражение, словно она не вполне понимает слова Лауры, но все-таки она кивнула.

– Приходите ко мне еще, моя дорогая, – пригласила она, провожая Лауру к двери.

Лаура лишь улыбнулась, не желая давать никаких обещаний. Она так и не смогла понять, почему отец попросил ее заботиться об этой женщине. Встреча с Сарой Толли ничего не прояснила.