Паприка или друзья постельного режима!
Шрифт:
– А разве нужно было? – уточняет он, хитро взглянув на меня. На пухлых губах играет заводящая сексуальная улыбка.
– Ах, так, - я хмыкнув возмущенно отстраняюсь от него и тут же оказываюсь прижата к кровати, игриво смеясь ему в ухо, от щекоток, тая от ощущения его тела, прижатого к моему.
– Я люблю тебя. Очень.
– шепчет парень, касаясь моих губ. – Я говорю тебе это каждый день на протяжении уже нескольких месяцев. И собираюсь говорить это всю жизнь.
Мы наконец вернулись домой. После недели отдыха в Нью Йорке родной ЛА казался таким приветливым, солнечным и теплым. Только вот в аэропорту нас окружили репортеры, что немного разозлило Джастина. Но в итоге все обошлось.
Хотя нет, не обошлось. Теперь репортеры дежурят возле нашего дома. Бибера это нисколько не беспокоит. Да и меня собственно тоже. Меня вообще мало что сейчас беспокоит, все мысли заняты ребенком.
Я открыла банку клубничного джема, высыпая сверху на сладкие блинчики и довольно улыбнулась. Теперь и фильм не скучно смотреть. Джастин уходит куда-то по делам. Я даже знаю куда, у них какие-то дела с Гарри. Они снова общаются. Весьма необычно, учитывая их темное прошлое.
Бибер не особо посвещает меня в курс их общего дела, но я даже и узнать не решаюсь.
– Ты взял документы?- Джастин с телефоном у уха вошел на кухню, мимолетно одарив меня теплой улыбкой.
– Хорошо, значит через 20 минут у тебя.- сказал он и замолчал слушая.- Нет, Гарри, ты не едешь в свой клуб. Ты едешь домой.
– Почему?- усмехнулся Бибер, хотя в голосе особый холод.- Потому что у тебя больше нет клуба.
Я нахмурилась ничего не понимая, но внимательно слушая.
– Как так? Обыкновенно. Я закрыл твой клуб. Продал. Его больше нет. Причину обьясню при встрече.
Джастин убрал трубку от уха, закатив глаза и усмехнулся мне.
– Будь добр, Гарри, перестань материться и заткнись.- спокойно произнес Бибер.- Через 20 минут у тебя. До встречи. –не церемонясь больше он положил телефон в карман спортивной кофты.
– Кушай, малыш.- повернулся ко мне с улыбкой. Да, я забыла есть и слушать одновременно. Я кивнула и улыбнулась.
– Я поехал, котенок. Не скучай. Я скоро вернусь.-парень подошел ко мне и поцеловал в губы. Затем подмигнул и вышел из кухни.
Джастин*
Надо же. Он приехал раньше меня. Похвально. Входная дверь как всегда открыта.
Я вошел в дом. Гарри сидел в своей спальне, усевшись с ногами на кровать. Мне он ничего не сказал, только смерил хмурым взглядом , а потом уперся в бумаги, которые в художественном беспорядке лежали на кровати перед ним. Он почему-то напомнил мне маленького обиженного мальчика.
– Помочь навести порядок? А то, вижу, один ты не справляешься, а твой «помощник», похоже, выходной сегодня.-предложил я, не забыв его подколоть.
– Спасибо, я и сам справлюсь, — кое-как сдерживая гнев, ответил Гарри.
Я подозрительно осмотрел брюнета, задержав взгляд на проступающих напряженных венах на руках.
Странно, что он вообще бумаги не поджег или, наоборот, не разбросал по всей комнате.
– Ты в порядке, Гарри?- спросил я, присаживаясь на кровать напротив него.
Парень поднял голову посмотрев мне в глаза, но так ничего и не сказал. Тонкие сильные пальцы торопливо стали собирать исписанные листы бумаги.
– Я так и не услышал ответ на свой вопрос. – фраза стала какой-то примирительной чтоли.
– Все хорошо.- ровным тоном произнес Гарри.
– Странно, я думал ты упадешь мне в обьятия и разрыдаешься.- усмехнулся я.
– Смейся сколько угодно, Бибер. – его видимо это совсем не задело, он оставался спокоен.
Я вздохнул, понимая, что дальнейшее наступление невозможно из-за отсутствия реакции на провокацию. Обычно Гарри моментально выходил из себя, стоило задеть его самолюбие. Вывод напрашивается один: значит ему действительно уже плохо.
– Сколько ты не употрябляешь? – спросил я, хмуро глядя на задумчивого погруженного в собственные мысли Гарри.
– Два дня.- ровным тоном ответил парень.
– Точно? – переспросил на всякий случай я.
– Точно, Бибер.- фыркнул он.- Твои ребята обыскали мой дом. Охранники не дают и шагу свободно ступить. Ты закрыл мой клуб ко всему прочему. Я как будто под домашним арестом. У меня даже возможности нет принимать наркотики. Можешь быть спокоен. – он вздернул подбородок, высокомерно посмотрев на меня и отвернулся.
Даже не жалуется? Что ж. Похвально вдвойне.
– Это для твоего же блага.- произнес спокойно я.
Два дня значит. Два. С каждым чертовым днем ему будет все хуже и хуже.
– Твои документы на столе в гостиной. Можешь забирать и уходи.- холодно произнес Гарри, вставая с кровати. Он нервничал, это заметно. Впрочем я тоже изрядно нервничал, потому что с самого начала было известно: ответственность ляжет на мои плечи. Гарри будет только дрожать и кричать, кричать и дрожать, и все его силы уйдут на то, чтобы не плакать, ни на что другое, более существенное, его не хватит. А вот меня хватит на все: успокаивать, уговаривать, обнадеживать, объяснять, помочь в конце концов.
– Я останусь.- твердо произнес я, окидывая Гарри внимательным взглядом. Он закусил губу и с трепетом в глазах посмотрел на меня.
– Не обязательно.- в голосе появился холод, его сильные руки задрожали, и он тут же сунул их в карманы низкопосаженных узких черных джинс.
– Можешь не скрывать от меня. – спокойно произнес я .- Мне и так известно, что тебе хреново.
– Тебе нужно отвлечься. Просто не думать об этом.- произнес твердо я.