Чтение онлайн

А ещё степь. Бесконечная от неба до неба. И пустая. Он знал, что во время миграций её должны были заполнять бесчисленные стада диких животных, но то ли сезон был неподходящий, то ли железная дорога их распугала, но в основном ему на глаза попадались белевшие по сторонам кости бизонов, лошадей и мамонтов, да небольшие стада антилоп.

Новый Свет был пуст, чужд и странен. Древний мир, всё ещё живущий по своим законам, не включавшим в себя человека и его железные игрушки.

Какой-то новый шум вывел Гая из размышлений. К станции подъезжал дилижанс. Скорее всего на этой пустой равнине его можно было заметить уже давно, но видимо он слишком глубоко задумался. Гай встал и нетерпеливо ожидал, пока карета остановится.

Дилижанс оказался довольно массивной и грубовато сделанной каретой, выкрашенной облупившейся чёрной краской. Тащили его четыре запряжённые парами лошади. Кучер, видимо тот самый Полтиний, был рослым малым, одетым в свободную фланелевую рубаху и зверски потёртые и когда-то синие парусиновые штаны. Лицо он закрывал от пыли шарфом, отчего верхняя часть, вокруг глаз, казалась бурой, и издалека можно было подумать, что он носит очки-консервы. Кудлатая шевелюра от той же пыли и воздействия солнца приобрела совершенно неописуемый паклевый цвет, а шея сзади – почти шоколадный.

– Э-э-э… - начал Гай.

– Чё? – кучер стянул шарф на сторону и звучно сплюнул в пыль под ногами.

– Мне… э-э-э… в Острог-на-Альвазе. Надо.

– Угу, - кивнул Полтиний, - десять квинаров.

– Конечно, - кивнул Гай, и с некоторой растерянностью огляделся, пытаясь найти что-то напоминавшее билетную кассу, - а платить вам?

– Ну можешь ещё кому, но я тогда тебя не повезу.

Гай суетливо протянул монеты кучеру. Тот покрутил их с разных сторон, попробовал на зуб, и вопросительно глянул на саквояж.

– Это всё?

– Да.

– Тогда лезь прямо с ним, пассажиров мало, а возиться с багажником мне лень.

Гай подобрал багаж и направился к дилижансу. Краем глаза он заметил, что его первый собеседник покинул веранду, как-то исхитрившись при этом не упасть со стула, прихватил по дороге ведро и занялся лошадьми.

По сравнению с пустой, наполненной солнцем и жарой, равниной внутри кареты было тесно, темно и ещё более жарко. Пассажиров действительно оказалось немного. Точнее один.

На переднем сидении располагался худой долговязый человек затянутый как в чехол в узкое чёрное одеяние из тонкого сукна с лиловой отделкой. Через широкий ворот просматривались накрахмаленные воротнички нижних туник. Выбритая до полированного блеска голова была увенчана цилиндрической шапочкой без полей. Лицо у него было длинное, узкое, почти кофейного цвета с крупным, выступающим носом и большими воловьими глазами. В руках он держал небольшой дорожный томик в кожаном переплёте.

– Добрый день, вежливо поздоровался Гай со священнослужителем.

– Да будет на тебе благословение, друг мой – произнёс тот неожиданно глубоким баритоном, - Сертий Птепс моё имя.

У него был восточный акцент, но довольно лёгкий и быстро перестававшийся замечаться.

– Гай Нердий... Гай Нердий Коналла, к вашим услугам, - свою фамилию Гай недолюбливал за неблагозвучие, провинциальность и довольно заметный намёк на сомнительность происхождения, при том, что никаких варваров или вольноотпущенников в семейных записях не числилось, - еду в Острог-на-Альвазе.

– По коммерческой надобности, полагаю? – осведомился Сертий.

– Почему вы так решили?

– На первый взгляд вы не производите впечатление человека, зарабатывающего на жизнь, топором, киркой или винтовкой. Так что методом исключения я предположил, что вы зарабатываете на жизнь с помощью денег.

– Вы чуть ошиблись. Я служащий. Телеграфист. Мастер-телеграфист. Представляю Центральную Телеграфную Компанию. Меня назначили ответственным за контору в Остроге.

– Вот как? – в больших тёмных глазах Сертия мелькнуло что-то похожее на сожаление, - Какая жалость. Вы так ещё молоды…

– И что? – ощетинился Гай, - я вполне могу справиться со своими обязанностями. Более чем могу. Вот увидите.

– Нет, нет. Вы неправильно меня поняли… я совсем не это имел в виду… совсем не это, - всплеснул руками Сертий, - ничуть не сомневаюсь, что Компания очень тщательно выбирала кандидатуру на этот пост. Очень тщательно…

– Конечно. Меня утвердил сам генеральный директор в Новом Аврелианке. Он сказал, что я наиболее подходящий из претендентов.

Сертий окинул Гая оценивающим взглядом.

– Несомненно генеральный директор очень разумный и предусмотрительный человек. И весьма экономный…

Гай откинулся на спинку. Судя по звукам и вдрагиванию экипажа, они должны были вот-вот отправиться.

– Да – спросил он у собеседника, - а что случилось с моим предшественником? Я слышал он внезапно умер. Вы его знали?

– Конечно же знал. Острог – небольшой город. Все всех знают. И уж тем более все знали старину Аллия. Очень жизнерадостный был человек. Прекрасный рассказчик. Знал массу историй. К сожалению… кхм… зачастую недостаточно благочестивых и нравоучительных. А иногда даже очень… кхм… недостаточно благочестивых.

– А что с ним случилось? Вы в курсе?

– Я? Несомненно. Ведь мне приходится готовить всех горожан, когда наступает их время. И Аллия тоже… да.

– Так как он умер? От чего.

– Умер как умер. Обычное дело. От пули. Трёх пуль. Беднягу застрелили. Из револьвера. В упор. В голову. М-да. Я вам говорил, что мне пришлось… м-да.

Птепс сокрушённо покачал головой.

– Набег туземцев? – Гай нервно поёжился.

– Нет. Что вы. В наших краях их почти что и нет. Не то, что в горах. Острог-на-Альвазе очень спокойное место. Мирное. Даже цивилизованное. Именно. Цивилизованное.

Он замолчал. Дилижанс тронулся.

Не выдержав молчания, Гай спросил.

– Альваза это река?

Сертий кивнул.

– А почему она так называется? Это что-то значит?

– По-каламберийски это значит «река». Просто река. Ну точнее река будет ал-вадджо. Но шемеканцы все страшно шепелявят. Поэтому говорят «альвадза».

Гай снова поёжился. Город без имени на реке, называющейся «река», в глубине континента, символом которого может быть слово «пустота». Прекрасное начало карьеры…