Чтение онлайн

– Я раньше патологоанатомов только в кино видела, а теперь, спасибо, Анатолий, увидела вживую. Занятно.

– Если быть точным, то я не патологоанатом, а судмедэксперт. Отправляю в последний путь тех несчастных, что умерли насильственной смертью. – сказав это, Родион тут же смутился собственного пафоса, замялся. – Вера Сергеевна, мне нельзя оставлять вас наедине с телом, но я могу отвернуться, попрощаетесь.

– Можно просто Вера. И на самом деле я хотела чуть больше узнать о его смерти. А то следователи считают меня хрупкой барышней, подробностей не расскажут. Даже к опознанию готовили с психологом.

– Да, это обычная практика. Многим нужна подготовка. Так, что вы хотите узнать о его смерти? Мне покойники многое рассказывают. Кого-то не заткнуть.

– И что рассказал мой отчим? У него, наверно, язык заплетался от водки, – девушка усмехнулась, левый уголок губ подпрыгнул и тут же опустился.

– Ваш отчим сетовал, что погиб нечестно. Не будь у собутыльника ножа, он бы навалял ему, – совершенно серьезно ответил Родион.

– Ну конечно! Так я и поверила вам! Анатолий дрался, как плюшевый мишка.

– Значит, соврал.

– Как обычно, – Вера снова пожала плечами. – Приятно было поболтать без надзора следователя, Родион. Но меня ждет неинтересный квест с похоронами. Никогда никого не хоронила. Понятия не имею, что делать.

– Отправлять в последний путь не так сложно. Я многое сделаю за вас. А вам советую обратиться в похоронную службу. Они могут и забальзамировать тело, и грим наложить. Будет, как живой.

– Не хотелось бы хоронить живого. Но спасибо за совет. – Вера кивнула, задумалась, отрицательно мотнула головой невысказанной мысли и направилась к выходу.

“Тепло”. – услышал Родион шепот из холодильников, – “Рядом”.

Родион вспомнил вчерашний вечер. Девушка сама пришла к нему в морг. И от нее так сложно отвести глаз.

– Вера, – окликнул он, – а вы… Вера, вы хотели бы побольше узнать о работе судмедэксперта?

– Вы хотите вскрыть Анатолия при мне?

– Нет-нет… Я подумал, что мы могли бы встретиться еще. Я пойму, если вы откажетесь, я вряд ли завидная кандидатура для досуга, и редко выхожу из секционной…

– Определитесь, приглашаете вы меня или пытаетесь отговорить? – левый уголок губ снова подпрыгнул.

Вера смотрела на Родиона невозмутимо, но с долей заинтересованности, как посетитель картинной галереи на современный соцреализм. Понятный стиль и сюжет полотна, но художник так хочет выразить себя по-особенному.

– Я приглашаю вас.

– Соглашаюсь, если расскажете мне о смерти Анатолия.

– Да-да, расскажу. – Родион почувствовал покалывание в затылке, и эти мурашки расползались по всему телу. – Вы оставите мне свой номер телефона? Или хотите договориться сейчас? Или…

– Во сколько вы заканчиваете работу?

– В восемь.

– Тогда я зайду за вами в восемь, Родион.

Девушка говорила так уверенно, что Родион и не подумал ей перечить. Мол, он будет уставшим, от него будет пахнуть моргом, у него дела. Вера сказала в восемь, значит в восемь.

Было в этой девушке что-то необъяснимо притягательное. И Родион попался, наивная рыбка на мелководье! Он чувствовал, как стальное острие крючка разрывает кожу, впивается в плоть, цепляется глубоко и уверенно. Мужчина сам не понимал, почему настолько осмелел, что пригласил девушку куда-то, кроме морга. Подумать только, живую девушку!

Родион пригладил ладонью волосы, будто прямо сейчас собирался на свидание, но суровый, осуждающий взгляд из-под простыни его остановил. У Родиона остались дела с отчимом Веры.

Родион боялся выйти из морга так, как обычные люди боятся в него зайти. Он был в ужасе. Но оставлять девушку мерзнуть на октябрьских ветрах было еще хуже. Однако для человека, никогда не ходившего на свидания, Родион держался хорошо. Мужчина понятия не имел, как вести себя, о чем говорить (кроме отчима, конечно), и уж тем более, как целоваться. Последний пункт пугал Родиона больше, чем его первый труп в анатомическом театре. Но о поцелуях рано! Он пока даже не вышел из здания. Начать стоит с этого.

Вера ждала его, рассматривая дверь морга, не листала ленту, не переписывалась. И когда Родион вышел, они сразу встретились взглядами.

– Привет!

– П-привет.

– Как рабочий день?

– Вскрыл твоего отчима. Драка не была гладиаторской схваткой. Характер раны не такой, край рваный, удар был неуверенный. Но если честно, Вера, его цирроз подходил к стадии декомпенсации, это в любом случае скорая смерть.

– Я не удивлена, – просто хмыкнула Вера.

– Потом привезли еще двоих. Один – удар тупым предметом в затылочную область, выглядел непрофессиональным и неуверенным. Либо новичок убивал, либо непреднамеренное. Второй – самоубийца. Наглотался таблеток. Рассказал, что боялся боли, потому не вскрыл вены. А с крыши не прыгнул, потому что смелости не хватило. Но умирать от таблеток в собственной рвоте мучительно. Бедняга натерпелся, конечно.

Конец ознакомительного фрагмента.