Чтение онлайн

… – Давайте, здесь довольно просторно, – Жан забрал фонарь и боком втиснулся в щель…

«Дура! – с тем же накалом обрушилась на себя Этьена, – нашла время и место для воспоминаний!»

Пытаясь успокоиться, она поднесла руку к лицу и чуть ли не до крови прикусила кожу.

Боль помогла. В таких случаях боль всегда помогает. Только теперь она поняла, что осталась одна, потому что мужчина уже протиснулся вглубь штольни, унося с собой фонарь и оставляя её один на один с липкой непроглядной темнотой – этим безруким и безголосым чудовищем, голодным зверем, бдительно стерегущим каждый её вдох.

Этьена рванулась вперед, попыталась вдавиться в отверстие, застряла, попыталась сжать плечи и выбросить вперед руки, но почти сразу уперлась ладонью в ткань и вцепилась пальцами в рубашку.

– Успокойтесь, – зажатый стенами голос гулко отразился откуда-то сверху, – повернитесь боком и идите за мной. Идете?

– Да, – кляня себя за всё сразу, Этьена развернулась и, всё ещё цепляясь за его локоть, втянула себя внутрь.

– Порядок? – всё также, не поворачивая головы, осведомился Доре.

– Да.

– Тогда пошли.

Для худенького женского тела здесь, действительно, было довольно просторно, по крайней мере, проталкиваясь боком, можно было помогать себе руками. Мужчине приходилось гораздо труднее.

– Давайте, – Этьена потянула на себя ремень сумки.

– Не надо…

– Надо, – она перевесила сумку себе на плечо.

– Здесь не так уж и далеко… Как вы там?

– Нормально.

Время замедлилось и растянулось. В закупоренном пространстве стало трудно дышать, и оба обливались потом.

– Ещё немного…

Жан освещал дорогу перед собой. Этьена протискивалась в темноте.

«Плохо, – отстранено, словно бы и не о себе, подумала Этьена, – раз начались такие эмоциональные скачки, значит, идет активная утечка энергии…»

– Придется возвращаться, – после короткой остановки, которую она даже и не заметила, с сожалением произнес мужчина.

– Застряли?! – задохнулась Этьена.

– Нет, – Жан повел фонарем вверх, – мы уперлись в завал. Видите?

– Да-а…

Впереди, примерно на расстоянии вытянутой руки дорогу перегораживала глухая наклонная стена камней.

– Вы думаете?… – её глаза невольно метнулись к потолку.

– Нет, – скорее угадав, чем увидев её движение, успокоил Доре, – наш ход крепкий. Мы уперлись в коридор и эти камни оттуда. Честно говоря, я не ожидал, что завал может быть таким длинным. Ладно, ничего страшного. Дойдем и так.

Упираясь локтями в противоположную стену, Этьене удалось повернуть голову назад. Казалось, темная щель ещё больше сузилась, стало труднее дышать, холодные камни давили сильнее и сильнее… где-то послышался подозрительный шелест…

«А если завалит выход? – ей показалось, что шелест усилился, – если нас здесь!!!.. – стараясь удержать безумный истерический вопль, буквально раздирающий ей гортань, Этьена до хруста сжала челюсти, – прекрати!.. – чувствуя, что зубы начинают дрожать и разжиматься, она осторожно выпрямила руку, согнула, вцепилась пальцами себе в волосы и безжалостно рванула, – немедленно прекрати!.. – резкая боль немного развеяла паническую одурь, – дура!.. Истеричка!.. Береги силы! Силы!.. – теперь ей показалось, что на виски плеснули крутым кипятком, – я разбалансирована после переноса, поэтому начались такие дикие скачки эмоций. Я пренебрегла элементарными правилами безопасности. Нет, не пренебрегла, а забыла…»

Новая волна шелеста накрыла с головой.

Этьена охнула и панически рванулась вперед.

Шелест превратился в звук трущейся о камень ткани, потом громко звякнул металл, и тоннель перед ней осветился.

«Вселенная! Да это же… – обессилив от внезапно наступившего облегчения, Этьена судорожно сглотнула и, пытаясь удержать приступ то ли смеха, то ли плача, до боли уперлась затылком в камень, – какая же я дура…»

Доре поднял над головой фонарь, переменил руки.

Теперь, когда тьма впереди превратилась в хаос теней, паника окончательно схлынула. «Хватит!.. хватит слез и соплей», – Этьена несколько раз глубоко вздохнула и, таща за собой сумку, полезла обратно.

– Ничего… страшного… – рывками подтягивая себя вперед, просипел Доре, – вернемся… обратно… дальше… будет… ещё… Наконец, бесконечное протискивание закончилось.

Пытаясь удержаться на ногах, Этьена вцепилась пальцами в выступ стены, но ноги подогнулись, и она осела на пол. Жан упал рядом. Какое-то время оба по-рыбьи хватали раскрытыми ртами воздух..

– Фу, я думал, эта щель меня уморит, – отдышавшись, мужчина сел, машинально откинул со лба волосы, – надоели!

– Почему вы их не острижете?

– Почему?… – похоже, вопрос поставил его в тупик, – не знаю… может, когда-нибудь и остригу…. Вы считаете, что стоит?

– Нет! – с жаром воскликнула Этьена, но, заметив удивленно вздернутую бровь, смущенно осеклась и отвернулась.

– Если вы считаете…

– Я ничего не считаю! – Этьена попыталась встать, наступила коленом на подол платья и неуклюже рухнула обратно, – Я ничего не считаю! Меня абсолютно не волнуют ни ваши волосы, ни вы!

«Дурак, – стараясь скрыть обиду, мужчина опять провел ладонью по волосам и как от огня отдернул руку, – сам напросился, вот и получил. Павлин несчастный».

(Такую прическу с падающей на глаза прядью, ещё в самом начале карьеры ему посоветовал старик-постижер. Он же обучил и жесту. Небрежному кивку, придающему его излишне мужественному облику легкий налет мальчишеской непосредственности.)

«Остригу, к чертям!.. Она тоже хороша! – никому на свете (а уж себе – тем более!) Жан ни за чтобы не признался, насколько задели его эти слова, – сама ни рожи, ни кожи… черт знает что! На такую ни один мужик не оглянется! Грымза!»

Ещё секунда, и он выложил бы ей всё, а потом бы волоком потащил дальше, но… наткнулся глазами на руки, судорожно мнущие подол платья, заметил мучительно покрасневшую щеку, сам неизвестно от чего покраснел и отвернулся.

– Может быть, привал?

– Нет, – девушка тщательно расправила помятое платье, оперлась ладонью на стену и встала, – куда теперь?

Доре подавил вздох и тоже поднялся.

– Придется сделать крюк. Мы выйдем туда же, но позже… Вы не замерзли?