Чтение онлайн

– Какой вы настойчивый… – Собеседница аккуратно убрала длинную прядь волос, повисшую перед левым глазом, и заправила её за ухо. – Давайте я уже приму ваши извинения и мы сможем поговорить о чём то ещё.

Плотно сдвинув ноги и растянув рубаху на максимум длины, девушка плавно поднялась в положение "сидя" и развернулась немного боком. Плечи расправились, грудь выдалась вперёд, а спина, бедро и голень образовали замысловатую линию, как будто обладательница позировала портрет художнику очень специфичного жанра. На буйный поток женственности парень отреагировал как настоящий мужчина, напрочь вырубив мозг, что тут же выразилось в непристойном взгляде, однако других проявлений бестактности не допустил, доказывая глубокую инстинктивность аристократического поведения. Вырвавшуюся эмоцию метко подметила первая красавица комнаты и, несколько секунд подождав ответа, продолжила сама:

– Знаете, похоже с вопросами я поторопилась. Ответы так очевидны. Даже немного неловко, что спросила… Судя по следу от стремени на подошве, в каретах вы почти не ездите, а, учитывая бренд, материал и цену, не ездите совсем.

– Воистину так, мадемуазель! – Хозяин внешне оживился и воскликнул сдержанно с неширокой искренней улыбкой. – Прошу, рассуждайте дальше.

– На спинке вашего кресла я заметила фрагмент герба. – Девушка продолжила тем же приятным голосом, артистично варьируя интонацию, как будто рассказывала интересную историю. – Не сильна в геральдике, но почти уверена, что такой же видела на карете самого влиятельного герцога. Логично предположить, что мы находимся во владениях семьи Фестарх. Шум реки, хвойный запах – западная резиденция. А вы тот, кого мечтает остановить каждый дорожный жандарм, чьих коней жаждут все цыгане страны, с кем хотят состязаться самые лихие всадники столицы…

Неожиданно звучащий одой голос незнакомки поник, и она добавила совсем застенчиво:

– На этом, к сожалению, мои познания о семье Фестарх заканчиваются, и я всё ещё не готова назвать вашего имени.

– Трилак! И давайте вы не будете расстраиваться. Способность извлекать информацию из ничего до щекотки удивительна. Как вы это делаете?

– Очень приятно, Трилак Дилмесович.

– Можно просто "Трилак".

– Крайне непросто объяснить работу собственного мозга даже самому себе. Когда я посмотрела по сторонам, немало деталей нашли ассоциации с тем, что я раньше знала и слышала. Некоторые из них переплелись с сиюминутным интересом и использовались для построения логических выводов. Не припомню, чтоб обладала такой способностью всегда. Да и прошлых событий почти не помню. – Полный грусти взгляд девушки опустился откуда-то сверху, и она добавила потухшим голосом. – Лошадь сильно пострадала?

– Фатально. К счастью, он не мучался. А могу я поинтересоваться вашим именем? К моему стыду, не могу проделать столь великолепный анализ: обуви на вас нет, а на кровати опять герб моей семьи.

– Парадоксально, но своего имени я вспомнить никак не могу, поэтому месье Трилак может звать меня как ему заблагорассудится.

С мягким шорохом соприкосновения голой кожи мадемуазель скользнула правой голенью на левую, плавно скрестив ноги в районе колен. Давно выдающаяся кочка на штанах молодого человека издала звук, с которым стрела пробивает надутый парус, и развернулась высоким шатром. Однако, не смотря на все признаки кипящей как лава страсти, в целом месье Трилак продолжил вести себя воспитанно, в рамках общественных приличий.

– Времена крепостного права сто лет как прошли, и вы не моя собственность, чтобы я мог вас называть.

– А вы представьте, что я ваша, и всё-таки попробуйте.

– Хорошо. Могу я обращаться к вам "Эмеральдия"?

– Мне очень нравится. Так пафосно. Полагаю, этому имени я обязана зеленым глазам. Но звучит как-то длинновато. Боюсь увидеть седину на молодых висках к тому времени, когда вы закончите произносить это во второй раз. Как насчет "Эмми"?

– "Эмми" – достаточно лаконично. Оно подчеркивает вашу молодость и невинность. И если мы заговорили о молодости, может имеет смысл перейти на "ты". Это сэкономит некоторое количество букв при общении, что весьма кстати для моих висков.

– Если месье не желает консервативных формальностей, то я с радостью приму это предложение. Не могу не отметить вашу доброту… – Беглая речь девушки запнулась, но через мгновение ангельский голос продолжил. – Немного неловко себя чувствую, от того что ты окружил меня такой заботой и вниманием, а я в нынешнем состоянии, в благодарность даже реверанс сделать не могу. Месье не побрезгует принять один поцелуй? Такая мелочь позволила бы мне спокойней осознавать всё хорошее, что для меня сделали в этом доме.

– Только если мадемуазель так будет спокойней.

Не стесняясь бурлящих чувств, вытянувшись в полный рост, Трилак приблизился к источнику физиологического вдохновения и наклонился вперёд. Ненадолго молодые люди застыли, любуясь лицами друг друга, она поцеловала правую щеку, левую, соприкоснулись губы, языки, его рука обхватила талию, другая легла на щёку, пара стройных ножек обвила благородные ягодицы, полные страсти прижались тела, а рты слились в одном бесконечном поцелуе.

В это же самое время на другом конце поместья из борьбы за жизнь служанки выбыл молодой маг: мозг вырубил сознание физически измотанного тела сразу после заклинания, восстанавливающего суставы. Юношу переместили в покои симпатичной в меру горничной. А фея после небольшой сцены ревности и напоминаний о клятве Гиперкрата со всей доступной аккуратностью приступила к регенерации нервных соединений. Нелёгкая работа завершилась только по прошествии двух часов, подарив пострадавшей новый позвоночник и несколько мелких улучшений здоровья, инициированных доктором, в рамках дозволенного Мифет. После, поредевшая на треть команда спасения поспешила в палату наречённой "Эмми" и, зайдя в комнату, застала картину весьма деликатного характера: предварительные ласки давно закончились, и во всю кипела любовь в самом материальном её проявлении, с полным набором сопутствующих звуков.

– Что происходит? Зачем он цинично трахает всё, что мы так скрупулезно лечили? – Фея закричала панически, будто совершенно неожиданно заметила пожар на пороховом заводе.

– Ну почему же цинично? Посмотрите на амплитуду, послушайте шлепок, а учитывая вагинальный характер…

– Какой ещё вагинальный характер? – Игнорируя активную фазу интима страстной пары, интеллегентный шёпот доктора прервал громкий и медленный вопрос Мифет.

– Проникновения, коллега! – Бонман вставил быстро и, видя, как оппонентка набирает воздух, инстинктивно зажмурился.

– У меня, может, тоже вагинальный характер! И после просмотра постельной сцены я тоже хочу амплитуду и шлепки, а буду целовать фалоимитатор, потому что моя вторая половина лежит без сознания, потратив все силы на восстановление дырочки с хриплым голосом.

– Позвольте, судя по стону, голос предельно мелодичный. И эти ваши подробности…

– Да какая разница! Маг из десятки сильнейших отдал последние силы, чтобы скрыть интрижку этой солистки с двумя футбольными командами и стадионом зрителей. А она уже во всех смыслах пролюбила вторую девственность.

– Коллега, если вам от этого будет спокойней, девственность всё равно была подарком не ей, а ему. За то что всех так здорово собрал и позволил всласть полечить, к тому же у вас, насколько помню, поездка довольно романтичная выдалась.

– Чтоб заработать своего мужчину, – фея зачем-то завертела головой и сильно понизила громкость, – моей невинности пришлось отдуваться куда больше. А тут член герцогской семьи со второй попытки, да ещё с такой эрекцией.

– Похоже, не только наша подлечимая стадионы собирала… – На фоне двух страстных голосов доктор пробормотал еле слышно, однако всё равно привлек внимание феи.

– Что?

Губы Бонмана застыли, когда пара замедлилась и, не прекращая движения, перевернулась так, что девушка оказалась сверху. Бёдра её медленно закачали тело вверх-вниз, время от времени задерживаясь в нижней точке траектории. Такие моменты ловил партнёр: спуская руки до поясницы и приподнимая свой таз, он сильно прижимался к противоположной стороне полового акта и делал полный удовольствия выдох. Затем, кисти возвращались обратно и покрывали три четверти обнажённой груди.

– Выглядит так, что наша пациентка полностью выздоровела и даже следующим поколением озаботилась. – Не смотря на более чем почтенный возраст, ортопед и травматолог заговорил, скорее, как мужчина.