Чтение онлайн

– Вторые! Вперёд на четыре шага, марш! Держать равнение!

Второй ряд выдвигается, проходит линию первого ряда и останавливается в двух шагах от них. Третий ряд – заслон. Они должны задерживать тех, кто вырвется.

Немного потренировав, отдаю бразды правления командирам отделений и взводов. И теперь мы стоим в середине и наблюдаем, как на нас с двух сторон неумолимо надвигаются ровные камуфляжные ряды. Интервал между ними в каждом ряду два-три метра. Офицеры оценивающе хмыкают и переглядываются. Понимаю их, наглядная демонстрация мобилизационного резерва.

– А ведь это должно подавлять психику противника, – одобрительно глядит на меня капитан ХонБи.

Улыбаюсь в ответ.

– Дальше просто драка и уж этому учить ваших ребят не надо. Но хочу предостеречь. Дело будем иметь с подростками, в основном. Поэтому надо отдать приказ ударную технику применять только в крайнем случае. Отрабатывать захваты, болевые приёмы, конвоирование к месту экзекуции.

Дальше объясняю командирам подразделений.

– Пусть ребята применяют технику взятия в плен. Не возбраняется, а даже приветствуется действовать нескольким против одного, если есть возможность. Геройствовать не надо.

Это последние мои инструкции. Дальше в дело вступает армейская машина. Морпех навсегда морпех. Командиры отдают приказы, над улицей гремят зычные голоса, ветераны быстро выстраиваются и походным шагом направляются до нужного места. Оно недалеко, нет смысла ехать.

28 октября. Одна из окраинных улочек Сеула.

За полчаса до комендантского часа.

На краю тротуара стоит женщина в платке, маске и плаще. В руке портфель-дипломат, рядом двое дюжих мужчин в тёмных костюмах. В назначенное время подъезжает кроссовер, женщина одним движением проскальзывает на заднее сиденье.

– Принесли? – не поворачивая головы, спрашивает мужчина за рулём.

– Да, – ЮЧжин подаёт дипломат.

Мужчина кладёт его на колени, открывает, проверяет все пачки. Деньги в долларах, в вонах в один портфель не уместятся.

– Всё в порядке, мадам.

– Итак, вы исполняете заказ, я выплачиваю остаток. Срок – до 31 января включительно.

– Заказ принят, мадам, и будет исполнен. Вот адрес и время суток, когда мы встретимся через два дня после окончания работы. Дату узнаете из газет.

ЮЧжин внимательно всматривается в небольшой бумажный листок. В руки его мужчина не даёт. После того, как она кивает, мужчина поджигает бумажку и выбрасывает ещё горящий клочок в окно.

Вслед за клочком бумаги машину покидает ЮЧжин. Её немного потряхивает, но в душе воцаряется торжество. Плевать на деньги, скоро, очень скоро с этой тварью будет покончено.

29 октября 9 часов утра.

Агентство FAN, прилегающая территория.

К въезду на территорию, перегороженную канатом, подъезжает БТР. Оттуда выскакивает девушка в камуфляже и кепи, подходит к замершим охранникам, небрежно бросает:

– Пропустить. Это со мной.

Только сейчас охрана замечает синие глаза, которые невозможно спутать ни с чьими другими. И бегом бросается выполнять приказ. БТР заезжает, повинуясь жесту Агдан, разворачивается передом к выезду. Открываются задние двери, оттуда высыпает отделение солдат с молодым офицером.

– Территорию под контроль, – командует, проходя мимо, Агдан, – лейтенант, вы со мной.

За оградой группа молодых людей с транспарантом взрывается приветственными криками. На ходу Агдан машет им рукой.

Кабинет директора, омрачённый тяжкими думами ЮСон сидит за столом. Дверь распахивается, входят двое в полевой военной форме. От изумления директор застывает. Агдан ведёт себя так, будто находится на только что завоёванной территории. Никаких угроз, но готовность к немедленным действиям вплоть до самых крайних считывается в каждом движении.

– Директор ЮСон, – будто спрашивает Агдан.

– Д-да, госпожа… э-э-э…

– Госпожа сангса, – подсказывает лейтенант.

– Я вас слушаю, госпожа сангса, – ЮСон понемногу собирает себя в кучу.

– Армия временно мобилизует ваше агентство. Мне нужна группа «Корона» с выездной аппаратурой и техническим обслуживанием. Мобильная сцена у вас ведь есть?

Машинально ЮСон кивает, потом вскидывается.

– Какая мобилизация, вы что, с ума сошли?! У нас подготовка к турне…

– Не мелите чушь, директор. С подготовкой к турне всё хорошо. Но в связи с последними событиями свяжитесь с японцами и предупредите, что мы опоздаем на два дня…

– Это невозможно! – ЮСон аж подскочил. Что она себе позволяет?! – читалось на его перекошенной физиономии.

– Возможно. В Сеуле введено военное положение. Ведущая солистка, – это я, если не поняли, – на данный момент находится в армии. Какие вам ещё причины нужны для обоснования форс-мажора?

ЮСон берёт себя в руки, садится.

– Я позвоню, но ничего не обещаю. Если что, неустойка за вами…

– … – Агдан молча показывает ему кукиш, ЮСон выпучивает глаза. Лейтенант давит ухмылку.

Спустя час. Общежитие агентства.

Вхожу в расположение группы «Корона», вот ведь как армейская манера речи привязалась. Скоро песни буду сочинять строго в соответствии с уставом. Вхожу вместе с лейтенантом, и нас встречает дружный визг. О, сразу видно, мужчина в доме появился.

– Чего орёте, дуры? Никогда военных не видели? А, это вы от восторга, – «догадываюсь» я.

– Чусан-пурида, мы не одеты! – За Кюри дверь закрывается последней, она, то есть, мы с ней дальше всех живём.

– Располагайтесь, лейтенант, – приглашаю его присесть на кресло. Сам плюхаюсь на диван.

– Что тут за шум? – из кухни выплывает СонЁн. Заметив незнакомца в форме, ойкает, смотрит с огромным любопытством.

Задумываюсь, а почему СонЁн не убегает? Ах, ты ж! Она в халате, а девчонки были в топиках, то есть с голыми плечами. Пропади они пропадом эти идиотские корейские заморочки!

– Знакомьтесь, господин лейтенант, это СонЁн, ведущая вокалистка группы «Корона». СонЁн, это господин лейтенант.

Кажется, СонЁн ещё чего-то ждёт. Вопрошающе смотрю, чего тебе ещё?

– А у господина лейтенанта есть имя?

– Наверное, есть, – пожимаю плечами, – Господин лейтенант, у вас есть имя?

Лейтенант, сначала покрасневший от смущения, еле пришедший в себя снова смущается. Его сил хватает только на кивок.

– Да, СонЁн, у него есть имя, – докладываю я.

– А какое? – не унимается ведущая вокалистка. СонЁн ко мне привыкла, поэтому легко включается.