Парашютисты японского флота
Шрифт:
Уже не было уверенности в том, что война на Тихом океане приведет к победе Японии. Однако большинство личного состава отрядов "Отори" как патриоты эры Сёва{25} горело желанием своими смелыми действиями сослужить службу будущему поколению поверженной Японии, как это сделали приверженцы сёгуната в последние дни его существования.
В военно-морском флоте Японии обучение проходили под девизом: "Храбрым и смелым может быть только тот, кто имеет высокую выучку". Но какими бы прекрасными качествами и высоким духом ни обладал личный состав отрядов, трудно было в условиях стремительных темпов наступления противника обучить людей должным образом.
В то время мой отряд был разбит на две части, которые находились в разных местах: одна на острове Трук, а другая-в Рабауле. Моральное состояние личного состава отряда было неудовлетворительное. В лучших условиях находился 101-й особый десантный отряд военно-морской базы Куре, сформированный с той же целью. Из-за отсутствия подводных лодок его должны были перебросить в район действий на транспортных самолетах. Этот отряд проходил обучение главным образом в военно-морской артиллерийской школе в Татэяма. В июне 1944 года он был пополнен за счет расформированного 102-го особого десантного отряда военно-морской базы Сасебо, и его численность увеличилась до 450 человек. Личный состав этого отряда, начиная с командира, капитана 3 ранга Ямаока, представлял собой опытных, хорошо подготовленных воинов.
101-й особый десантный отряд военно-морской базы Куре первым из отрядов "Отори" получил боевой приказ о проведении высадки на Марианских островах. Объектами для его действий были избраны бомбардировщики В-29, находившиеся на островах Сайпан, Тиниан и Гуам.
Для доставки отряда на эти острова по всей Японии было собрано 30 средних бомбардировщиков, которые начали подготовку к операции при авиационном отряде Мисава. Здесь же сосредоточился весь личный состав отряда в количестве 450 человек.
В процессе подготовки было высказано опасение, что вследствие того, что фюзеляж и крылья бомбардировщиков В-29 имеют гладкую отшлифованную поверхность, взрывчатка не будет держаться на них. Кроме того, полагали, что из-за высокого расположения крыльев десантникам трудно будет прикреплять к ним заряды. Чтобы облегчить работу подрывникам, были изготовлены специальные присоски к подрывным зарядам, которые позволяли очень быстро прикреплять взрывчатку в любом месте самолета.
Поскольку уровень подготовки летного состава в то время по сравнению с начальным периодом войны был значительно ниже, летчики были малоквалифицированными, поэтому не представлялось возможности всей группе самолетов совершить перелет в район действий темной ночью. Было решено провести операцию при лунном свете, хотя в течение месяца для осуществления операции можно было использовать только несколько лунных ночей.
Сначала вылет был намечен на 14 июля. На каждый самолет предполагалось посадить по 15 человек. Однако в этот день самолеты маневренного оперативного соединения противника совершили массированные налеты на районы Тохоку и Хоккайдо, в результате которых были уничтожены почти все транспортные самолеты, подготовленные для переброски десантников. В связи с этим командование перенесло проведение операции на 19 августа.
Снова с огромным трудом было собрано и подготовлено 60 средних бомбардировщиков. Таким образом, вопрос обеспечения отряда самолетами был решен.
Однако события развивались с необычайной быстротой.
6 августа 1945 года американцы сбросили атомную бомбу на город Хиросиму, а через несколько дней- на Нагасаки. Прошел слух, что самолеты, доставившие эти бомбы, взлетели с аэродрома, находящегося на острове Тиниан. Необходимо было как можно быстрее вывести этот аэродром из строя. Но перед тем как наступила долгожданная лунная ночь, был объявлен императорский указ о прекращении военных действий. Это случилось как раз за четыре дня до намеченной даты проведения воздушно-десантной операции, получившей кодовое название "Кэн" (Меч).
Если бы лунная ночь наступила четырьмя днями раньше, возможно, из личного состава 101-го особого десантного отряда военно-морской базы Куре не осталось бы никого в живых.
У парашютистов моего отряда, часть которого находилась на острове Трук, осталось в памяти от подготовки к предстоящей операции всего лишь то, как они тогда носили аккуратно причесанные с помощью кокосового масла на косой пробор длинные волосы.
Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Счастье и несчастье ходят вместе.
Судьба человека предопределена раз и навсегда, и узнать ее невозможно. Законы природы вечны и неизменны. Хотелось бы, чтобы такой же неизменной была и любовь к нашей родине ее сынов.
Парашютный отряд на острове Сайпан
Боевые товарищи погибли
Парашютный отряд, оставшийся на острове Сайпан, погиб в ожесточенном бою.
К счастью или к несчастью, я за три месяца до высадки противника на этот остров вылетел в Рабаул. То ли благодаря резкому изменению военной обстановки или по воле судьбы - я остался в живых.
Переводы военнослужащих из одной части в другую приводят, как считал покойный командующий соединенной эскадры Ямамато Исороку, к снижению боеспособности. Поэтому до самого окончания войны никаких перемещений среди личного состава парашютного отряда, за исключением раненых, не производилось. В результате того, что в военное время повышение в звании происходило быстро, в составе моего 101-го особого десантного отряда военно-морской базы Сасебо еще за год до прекращения военных действий не осталось никого ниже унтер-офицера.
В других подразделениях военнослужащие, получившие унтер-офицерские звания, не привлекались к выполнению таких неприятных работ, как дежурство по кухне, чистка отхожих мест и т. п. В моем отряде этого осуществить было нельзя. Новоиспеченные унтер-офицеры, на долю которых выпадала такая работа, только иногда выражали недовольство ею.
В военно-морской флот я пошел ради парашюта. Поступая в военную школу, я предавался всевозможным мечтам и надеждам. У личного состава парашютного отряда была примерно такая же судьба. Все, начиная от командира отряда и кончая рядовыми, любили парашют. Во время войны мы спали под одной крышей, питались из одного котла и вместе переносили трудности и лишения. Среди личного состава установились близкие, почти родственные отношения. Мне особенно трудно забыть тех, кто был на Сайпане, и особенно дорогих мне товарищей, вместе с которыми я начал испытывать парашюты.
Заместитель командира отряда Мураяма, окончивший военную школу в одно время со мной, был смелым и энергичным, к которому я питал чувство глубокого уважения. Он очень завидовал мне, когда я уезжал в Рабаул для проведения операции в тылу противника. Занимаемая им должность заместителя командира отряда не давала ему свободы действий, и мне особенно хорошо было понятно его душевное состояние от вынужденного бездействия накануне высадки противника на остров Сайпан.
Перед выездом из Японии Мураяма должен был жениться. Он обратился ко мне за советом, как найти наилучший предлог, чтобы отказаться. В конце концов он как-то вышел из этого положения.