Чтение онлайн

– Братья, теперь я вас попрошу повторять за мной и на каждом выдохе произносить слово «Таут» так же протяжно, как это делаю я.

Что бы это ни значило, это привело комнату и воздух в ней в состояние легкой вибрации. Луи заметил, что новеньких, помимо него, здесь нет и для всех это было уже привычным делом.

– «Таууууууут», – хоровой звук постепенно нарастал, подключая диафрагму и раскрывая ее возможности. Луи заметил, что с каждым новым повтором протяженность гласных возрастает, а голова его слегка начинает кружиться. Погружаясь в сон, он четко понимал план дальнейших действий: написать Анне, избавиться от ночных проблем, закончить ремонт и вновь быть вместе. Оглядываясь сонными глазами, он заметил, что все уже спят или вот-вот уснут. Единственный, кто бодрствовал, был тот самый старик, что собрал всех под своей крышей, даруя им немного сна. Даже его помощник, словно пес, скрутился калачиком и посапывал неподалеку под вибрирующие звуки своего хозяина. Наблюдая за ним, Луи даже не заметил, как образ его избранницы растаял, а он сам, как и все, погрузился в сон. Дыхание стало глубже, медленнее, тело расслабилось, голова повернулась на бок. Луи спал крепко, однако глаза его по-прежнему были открыты.

В течение недели, с момента первого появления Луи в доме старика, он заметил, что с каждым днем посетителей становилось все больше. Настолько, что накануне ему просто не хватило места для того, чтобы участвовать в медитации лежа. К его сожалению, пришлось сидеть, отчего жутко затекли ноги. Ровно недели хватило Луи для того, чтобы он почувствовал себя лучше и решил, что болезнь отступила, возможно, сказалось воспаленное сознание. А быть может, проблемы с отсутствием места, которые раздражали его больше всего. Неизвестно, что в итоге заставило его отказаться от процедур. Теперь, когда он чувствует себя лучше и проводит ночь в своей комнате, он наконец может написать Анне письмо и утром срочным заказом отправить.

В тот момент, когда Луи занял место за письменным столом в своей комнате, Август в особняке семьи Бруксов прикладывает немалые усилия для того, чтобы Оливию одолел крепкий сон. Норман Брукс в тайне от всех в своем кабинете сидит перед портретом пропавшей супруги, допивая виски, и постоянно повторяет: «Прости». Пока его состояние не вызывает никаких опасений, разве что глаза слишком воспалены, но скорее это от постоянной борьбы, каждый раз, когда предательски собираются в уголках слезы, Норман начинает их усилено растирать кулаком.

Чуть ниже от особняка, по бульвару в сторону пирса, в небольшом доме Старик легко вводит в гипнотический транс уже более тридцати человек. С каждым разом времени на это уходит меньше, а медитация проходит дольше. Единственное, что настораживает, это сон с открытыми глазами у большинства людей. Еще чуть ближе к берегу, пересекая две улицы, мы видим, как очередная семья вешает на дверь амбарный замок и покидает свое насиженная место в надежде решить проблемы со сном. Спустя четверть часа этот дом подвергается нападению Теней Севера – такое название выбрал Капитан, считающий варварские методы взлома искусным ограблением без следов. Амбарный замок, самая большая надежда владельцев дома, задерживает грабителей лишь на несколько секунд, как и в принципе все остальные способы защиты, благодаря чему компания лихо вваливается в дом в надежде поживиться всем, на что упадет взгляд.

Все эти события, постепенно смешиваясь с десятками других историй городка, спустя небольшое время кажутся абсолютно незначительными. Все больше людей страдают бессонницей, все больше домов остаются пустыми, все больше ночных звуков умолкает. Именно в такой момент, за десять минут до трех, когда Август, сам того не понимая, спит, Оливия, вонзив ногти под глаза, истошно кричит ему в лицо, а Луи с петлей на шее делает последний шаг от своей мечты.

После завтрака, во время которого Августу приходилось впихивать в себя каждый кусок, была назначена встреча с мистером Бруксом. Увиденное утром не только сильно отразилось на аппетите Августа, но и шокировало всех живущих в особняке. Вся это гнетущая атмосфера легко ощущалась в воздухе и сказывалась на том, что Августу пришлось ждать графа в беззвучной компании мисс Уолш и Гарпа. Новость мигом добралась до всех жильцов и сильно подорвала моральный настрой.

В привычном для себя графике мисс Уолш спустилась в кухню, где ее никто не встретил, да и следов готовки не было. Сетуя на то, что повар проспал, с другой стороны, радуясь его крепкому сну, она отправилась в его спальню. Повар был в своей комнате, однако узнать его было очень сложно. Лицо молодого парня отекло, синие губы искривились, вывалив потемневший язык, стеклянные глаза стали значительно шире, открывая всем залитые кровью белки. Обе руки его были в петле, словно он в последний момент жизни пытался ее снять, однако этот трюк оказался ему не по силам. То, что было под ним, больше всего расстроило Нору, так как убирать пришлось именно ей.

Первым делом мисс Уолш попыталась найти графа, однако, когда ей это не удалось, она решила найти Гарпа и доктора Моргана, который выглядел так, словно всю ночь провел за изучением местных баров.

Каждый в гостевой сидел и думал о своем. Август прокручивал в голове события ночи, вспоминая безумное лицо Оливии, которое появилось перед ним, стоило открыть глаза. От неожиданности он откинулся назад так сильно, что стул не выдержал и опрокинулся вместе с ним. Спустя мгновение он увидел, как девочку пытается успокоить мисс Уолш, стараясь убрать руки от ее глаз. В этот момент он сделал все, что мог. Сгруппировавшись после падения, за один прыжок Август оказался рядом с Оливией и врезал ей пощечину. Возможно, будь ситуация иная, более спокойная, он рассчитал бы силу удара так, чтобы не навредить и не разбить губу, хотя ударь он слабее, возможно, прием бы не сработал.

Эта пощечина словно вернула девочку в реальность, ее глаза вновь обрели карий цвет, пусть и слабый. Ее тело, избавившись от напряжения, начало вновь подводить, трясущиеся мышцы никак не хотели держать девочку на худых ногах. Благо мисс Уолш вовремя подхватила Оливию под плечи и довела до кровати. Август, не шевелясь, стоял с занесенной после удара рукой, лихорадочно прокручивая произошедшее у себя в голове. Дыхание его походило на дыхание марафонца, только что завершившего гонку, его сознание постепенно собирало картину случившегося и старалось найти решение в данной ситуации.

– Что это было, мистер Морган? – когда девочка была уже в кровати, мисс Уолш наконец начала понимать, что произошло что-то плохое. – Вы видели, что она с собой сделала?

Под глазами Оливии остались маленькие ранки от острых ноготков, которые во всей этой ситуации беспокоили меньше всего. Пока Август думал надо ответом, она аккуратно промывала раны девочки, периодически доставая из них маленькие обломки ногтей.

– Я надеялся, что до этого не дойдет, – Август медленно посмотрел на часы: сон Оливии длился не больше двух часов, поднял свой кейс и достал из него флакон. – Переходим к запасному плану…

– Это что? – волнение Мисс Уолш нарастало.

– Оливия в очень плохом состоянии, если она не поспит эту ночь, возможно, я ей больше ничем помочь не смогу…Никто уже не сможет, – избегая уточнения лекарства, он открыл флакон и вылил половину содержимого в стакан. – Обычно я прописываю меньшую дозу, однако сейчас рисковать не могу, напоите ее.

Он протянул стакан и небольшую воронку, которая выручала в те моменты, когда Оливия отказывалась что-либо пить. Мисс Уолш покорно выполнила поручение Августа, внутри догадываясь о составе этого лекарства и переживая о том, что от такой дозы девочка вообще может не проснуться. Сперва Оливия отказывалась глотать, она просто безвольно смотрела на свою сиделку, а ее рот медленно наполнялся снотворным. Уже казалось, что придется искать другой способ напоить ее, когда Август подошел и нажал куда-то под челюсть, возможно, сдавив слегка глотку, это непроизвольно заставило Оливию сделать глоток.

– Сейчас на часах почти три, я думаю, теперь она проспит до девяти, – мисс Уолш смотрела на доктора, который не отрывал взгляд от поясных часов и что-то, вероятно, считал, потому что его указательный палец слегка кружил в воздухе.

– Насколько это точно? – Мисс Уолш всем сердцем хотела верить в это, однако сильно сомневалась в том, что девочка сегодня уже уснет.

Она смотрела на Оливию и просто не могла узнать ребенка, который еще несколько месяцев назад не давал спокойно жить целому дому. Нора во время каждой уборки говорила, что этот маленький бесенок стоит троих обычных детей и успевает навести хаос сразу в нескольких местах одновременно. В отличие от многих девочек, на свое двенадцатилетие Оливия попросила костюм пирата. Она читала о них много историй и знала, что девочек среди пиратов не было, просто потому что она еще здесь, на суше. Ведь как только она выйдет в море, она станет самым известным пиратом. Грозным и справедливым. Ее даже не останавливало то, что она пока не умела плавать, хотя ее тяга к морю была невероятно сильна. Норман Брукс запрещал кому-либо учить ее плавать, потому что считал это своей обязанностью, хотя вечно откладывал уроки из– за работы. «Я зарабатываю тебе на корабль». – «Пиратский?» – «Пиратский…», и ребенок, счастливый, хватал деревяшку, представляя саблю, и шел брать на абордаж следующую убранную комнату.