Чтение онлайн

— Что это ты делаешь?

Дернулась и резко повернулась на звук голоса.

— Сонька, напугала! Нужно тебе обувь купить такую, чтоб я слышала твои шаги. Двигаешься, как кошка.

— Нервничаешь? — она улыбнулась и выразительно посмотрела на меня в зеркало, у которого я крутилась.

— Репетирую. Жаль, что на актерское мастерство я не ходила. Мне бы это здорово помогло сейчас.

Улыбается. Я знаю, Соня любит меня, как дочь. И она держит в тайне ото всех некоторые мои секреты. Наши разговоры остаются только между нами. Доверяю ей, как себе.

— Соня, как ты думаешь, какой я человек?

— Ты? Избалованная девица.

Женщина принялась поправлять мою причёску, что всегда у неё отлично получалось. Она это умеет, изобразить какую-нибудь вычурную плетеную укладку.

— Я серьезно спрашиваю. Ты же меня любишь. Не ясно только, за что.

— Ты же моим внучкам подарки делала. Вон сколько вещей им подарила.

Да, разгрузила шкаф от лишнего барахла. Дверцы уже не закрывались.

— А почему тебя не любить? Ты красавица у нас, вон какая. Правда, с характером беда. А все папенька ваш. Уж я ему сколько раз говорила, что пороть тебя, козу, надо! А он всё: «Это негуманно, ничего-то ты не понимаешь в воспитании». Да я бы тебя вмиг воспитала, без всяких университетов.

— Соня, что это ты такое говоришь? — я от возмущения аж зарделась.

— Избаловали тебя, говорю, — женщина принялась скалывать волосы шпильками, но, перехватив мой взгляд в зеркале, сменила гнев на милость и улыбнулась. — Но у этой девицы есть добрая душа, которую она усердно прячет. Надеюсь, в твоей жизни найдется человек, которому ты захочешь ее открыть.

— Ну, нет. Пусть эта дверь будет заперта. Ты же знаешь, как я сквозняков боюсь. Меня устраивает та жизнь, которая у меня есть, и я ничего не хочу менять. Ты знаешь, что отец удумал? Замуж меня сплавить.

— Видела его. Статный такой и симпатичный. Чем этот кандидат тебе не угодил?

Выгнула бровь. Что ещё за разговоры?

— Где это ты его уже видела?

— У нас в гостиной. Он с родителями явился. Тебя ждут.

Посмотрела на часы. Но ведь рано ещё! Отец говорил, что гости будут не раньше, чем… Вот папочка! Специально меня запутал, чтоб не смылась никуда к этому времени.

— Принесла дьявола нелегкая, — зашипела и скрипнула зубами. — Поможешь одеться? Я должна блистать.

— Если замуж за него не хочешь, зачем стараешься? — женщина улыбалась и смотрела на меня, как на дитя малое.

— Много ты понимаешь. Я всегда должна быть красивой, и если ухожу от мужчины, он должен грызть ногти.

— Логики ноль, — она фыркнула и поплелась к шкафу.

Я остановила свой выбор на платье бирюзового цвета, оно так здорово оттеняло мою кожу слоновой кости и подчеркивало глаза.

«Павел уже здесь. Жду тебя» — быстро отправила сообщение Найку и спрятала телефон в карман юбки-солнце.

Как только я вышла из спальни, тут же услышала громкие голоса. Они всё еще в гостиной, меня ждут. Хотя, я знаю, отец приказал разжечь мангал и он самолично решил приготовить шашлык и овощи на гриле. Сегодня была удивительно-тёплая, по-настоящему весенняя, погода. Спустилась по лестнице, гордо высоко вздернув подбородок. Хорошо, что обула туфли-лодочки, иначе точно бы пересчитала ступеньки попой.

— Здравствуйте, — кивнула мэру и проигнорировала его сыночка.

Павел сегодня постарался. Выглядел он, нужно сказать, отменно. И причёска не зализана. Если бы я не была ранее знакома с его высочеством, возможно, и заинтересовалась бы его личностью.

— Златочка! — Антипов-старший расплылся в улыбке и с трудом оторвал тяжелую тушу от дивана. — Красавица какая выросла. А ведь я помню тебя совсем юной. Помнишь, Платон, как она пела у меня на дне рождении? Маленький ангелок.

Хорош себе ангелок. Мне тогда было лет пятнадцать, не меньше. Расстраивать старика с прогрессирующим склерозом не хотелось, поэтому я просто вежливо улыбалась.

Мать Павла держалась в тени собственного мужа. Она туманно улыбалась, совершенно не понимая, что здесь делает. Можно попробовать не понравиться ей. Интересно, К её мнению кто-нибудь прислушается?

Отец предложил пройти в сад и расположиться там. Я тут же воспользовалась возможностью проскочить первой и засеменила в сторону двери. Придется надеть плащ, хотя сегодня и солнечно, но ещё не жарко. Павел попытался помочь мне одеться, но я отвергла его помощь.

— Не будь букой, — он едко ухмыльнулся. — Ты же знаешь, что сама виновата.

Я очень-очень хотела, чтоб его слова долетели до ушей отца, но, увы. Мужчины о чем-то оживленно беседовали, игнорируя нашу парочку.

— Я знаю, что тебя не должно быть в моей жизни. И тебя не будет.

— Упрямая? Я тоже.

— Целеустремленная, а ты просто осёл. Причем, трусливый. Накинулся на моего друга, хотя тот вдвое меньше тебя.

— Как тебе вообще пришло в голову привести с собой этого карманного щенка?

— Не называй его так.

Никто не смеет мне указывать, что делать и с кем водиться. Даже если Найк и парень не моего круга, я могу делать то, что пожелаю. Принципиально буду его защищать.

— Он хороший парень, не побоялся замочить штанишки и спас меня, а ты — зажравшийся тюлень, который дальше своего носа ничего не видит.

Это было лучшее сравнение, которое пришло в голову сиюминутно. Выплюнула его в лицо парню, тот даже не поморщился. Ну, ничем его не проймешь! Свин толстокожий.

Часы медленно отсчитывали время, нервы натягивались, словно струна. Телефон молчаливо маячил в кармане, воздух не колебал приятный тембр голоса Найка, что лично меня беспокоило. Я не собираюсь всё спускать на тормозах. Мне нужна информационная бомба, слёзы, драма.

А сейчас, я смотрю, как мой папочка мило общается с Павлом, и на душе противно царапаются кошки. Он поверил ему. Ему! Не своей любимой дочурке, а малознакомому вруну, пусть и сыну друга. Нужно во что бы то ни стало вывести самодовольного пингвина на чистую воду.

Мужчины готовили в своё удовольствие и говорили о совершенно неинтересных вещах. Я сидела в беседке рядом с женщинами. В их разговор тоже не вникала. Меня угнетала эта слишком семейная картина.

— Златочка, — Соня подошла ко мне и шепнула на ухо, — там девушка какая-то пришла. Говорит, ты её ждешь. Пустить?

— Что? Какая ещё девушка?!

Отмахнулась. Никого не приглашала. Соня пожала плечами и пошла к выходу, но меня только осенило. Черт, она, наверное, приняла Найка за мою подружку. Стрелой влетела в дом и приготовилась отчитывать парня за опоздание. Но я только и успела открыть рот, а закрыть — увиденное не позволило. Это горе стояло посреди гостиной и разглядывало семейные фотографии над камином. Руки в карманах куртки, за спиной гитара. Вроде, ничего необычного. Но его лицо. Лицо! Я замерла, как статуя. Глаза четко и жирно подведены обводкой и тушью. Волосы диким шухером торчат во все стороны, словно он только что отсоединился от розетки.