Чтение онлайн

На губах трещит ответ, и я не сдерживаюсь:

— Держу пари, ты жалеешь, что не выбрал Анну, — даже не уверена, почему сказала это вслух.

— Она бы не швыряла в меня яйца.

— Она бы не знала, что с ними делать.

Весь разговор, кажется, уходит не в ту сторону.

— А ты знаешь?

— На что ты намекаешь?

— Это простой вопрос.

— Конечно, я знаю, что делать. Яйца — это просто, — лгу, стиснув зубы. Я не умею готовить. Вообще.

— Да? Что ж, я на больничном, тогда приготовь мне омлет с тостами.

— Это довольно просто! — нет, я в ловушке. Делаю вид, что я вполне способна справиться с такой задачей, а внутри бьет тревожный звоночек.

— Хочешь, чтобы я попросил о чем-нибудь сложном?

— Хочу, чтобы ты ни о чем не просил. Я похожа на твою прислугу?

— Теоретически, я плачу тебе, и ты работаешь на меня. Не имеет значения, в чем заключается задача. Кроме того, ты моя девушка. Сделай своему любимому парню обед.

— Отлично. Я буду твоей гребаной прислугой.

Надеюсь, Артем отравится, а это означает, что отстанет от меня, и я смогу сбежать.

— Поторопись.

Молча кривляю его, и открываю холодильник, выискивая оставшиеся яйца и молоко. Я умею готовить. Я умею готовить. Это легко. Если верить в себя, то все получится, да? Так, взять миску, осторожно взбить яйца.

— Ты уверена в том, что делаешь? — подначивает Артем.

Ой, да к черту его! Разбиваю яйцо, кусочки скорлупы падают в миску. Я могла бы закрыть глаза на этот момент и аккуратно достать их, но вместо этого решаю сыграть на нервах Артема.

— Для вкуса, — объясняю и злорадно наблюдаю за выражением ужаса на лице моего «парня».

Это самая катастрофическая идея с готовкой. Когда дело касается кухни, я — живое воплощение кулинарного Армагеддона. Меня нельзя подпускать к плите ближе, чем на километр. Даже когда я просто шучу о готовке, уже можно объявлять пожарную тревогу.

— Значит, ты решила поджечь мою квартиру?

— Не преувеличивай, — закатываю глаза, — я готовила, и оно пригорело.

— Ты ужасный повар, Мила.

Наш спор основан на случайном происшествии — сковорода, которую я собиралась использовать для омлета, случайно начала брызгать маслом, а потом случайно загорелась. К счастью, Артем вовремя среагировал и все потушил, но все равно отказывается позволить мне продолжить.

— Слушай, я приготовлю тебе поесть. Просто подожди.

— Или ты подаришь мне новую болезнь.

Бросаю на него свирепый взгляд и отворачиваюсь. Убираю старую сковороду в раковину, достаю новую и оставляю ее нагреваться, пока взбиваю новую порцию яиц. Я смогу все исправить. Пусть готовка мне и не поддается, но я из настойчивых девушек.

— Кажется, я видел, как что-то двигалось, — Артем продолжает ловить каждую мою ошибку.

— Тебе нужны очки.

Выливаю смесь на сковороду, но ничего не происходит. Артем замечает мой растерянный взгляд.

— Ты включила нагрев?

Поднимаю сковороду, убеждаясь, что нет.

— Конечно, — лгу и быстро-быстро нажимаю по электронной панели.

Когда снова поворачиваюсь к нему, Артем уже полностью в телефоне.

— С кем ты переписываешься? — любопытство побеждает раздражение. Как обычно, в общем-то.

— С моим врачом, — он серьезно? — Хочу знать, что делать, если ты меня отравишь.

Сжимаю кулаки, сдерживаясь. Это не смешно. Я, правда, старалась.

— Теперь надеюсь, что ты реально отравишься.

— Я буду преследовать тебя.

После множества оскорблений с омлетом покончено, он готов. Тарелка перед носом Артема, он смотрит на омлет с отвращением, разглядывает с разных сторон, протыкает его вилкой.

— Даже до конца не прожарено!

— Все в порядке. Просто съешь, — я упорствую, но он отказывается. — Артем, я клянусь, если ты этого не сделаешь… — сжимаю в ладони нож для масла.

— Ладно, ладно, я съем эти… — карие глаза нервно осматривают тарелку, — яйца.

— Хорошо.

Рука заметно подрагивает, когда он подносит вилку к губам. Наконец, кладет кусочек в рот и медленно жует с умирающим лицом, медленно и напряженно. Потом я слышу хруст. И Артем его слышит, даже, наверное, ощущает. В глазах я вижу ужас, аналогичный тому, что я чувствую. Артем несется к раковине и выплевывает «омлет».

— На этой кухне тебе запрещено готовить что-либо, кроме тостов! Поняла, Мила? — говорит медленно, подчеркивает каждое слово.

Я киваю. Думаю, моим мечтам стать шеф-поваром пришел конец. Я не расстроена, знаете ли. Уверена, когда-нибудь я найду занятие, в котором буду лучшей.

В нос врезается опасно-сладкий и едкий запах. Так точно не пахнут яйца, омлет, да что угодно в этой квартире. Так пахнет только она… Анна. Здесь. Судя по вмиг прищурившемуся Артему, его злой близнец тоже стоит позади меня.

— Бра-ат, — Александр протягивает, — ты хорошо выглядишь.

— Александр впустил меня. Я хотела проверить как у тебя дела, — Анна сразу же оправдывается.

Это уже слишком. Пытаюсь отодвинуться подальше. Я умираю от недостатка свежего кислорода. Кто-нибудь! Откройте мне окно! Я выйду! Однако мои телодвижения не остаются незамеченными.

— Привет, Анна, — здороваюсь, зажимая нос.

— Милена. Вижу, теперь тебе удалось почувствовать свой запах. Я бы сделала то же самое, но не хочу показаться грубой.

— Слушай…

— Нам есть, что обсудить, — меня перебивает Артем прежде, чем я рассказала бы этой сучке, что о ней думаю.

— В гостиной?

Близнецы уходят, оставив меня один на один с Анной. Тянусь к ножу для масла, испытывая искушение прирезать блондинку. Мы одни, и никто меня не остановит.

— Мила, даже не думай об этом, — кричит Артем.

Да как…? Прищуриваю глаза. Я бы и его прирезала. Натянуто улыбаюсь, решив быть милой.

— Что это? — взвизгивает Анна, указывая наманикюренным пальцем на забытое яйцо на стене и бардак на кухне.

— На что похоже?

— Какой-то осьминог. Фу. ЭТО шевелится! — она делает отвратительное лицо, а я подавляю желание отпустить саркастическое замечание.

— Я ухожу.

— Куда?

— К себе в комнату.

Анна не увязывается за мной, что очень хорошо. Встреча с ней приносит только головную боль. Хочется сходить в душ, наконец, смыть с себя весь ураган, который оставил Артем.