Чтение онлайн

– Никаких изысков, - она поставила ароматный напиток передо мной.
– Обычный пакетированный чай со смородиной.

– И хорошо, - я довольно взяла в руки горячую кружку. Никаких чудесных названий, никаких магических действий. Просто чай. Это здорово.

Давно скрываемая правда о Ярославе как никогда жгла язык. Более подходящего и одновременно менее подходящего момента мне было не найти. С одной стороны, сейчас было самое время добавить еще один пункт список грехов Бойко, и наедятся, что в общей куче он затеряется и принесет меньше боли подруги. А не сказав в такой удобный момент сегодня, мне придется молчать об этом всегда, так как тема друга детства после всего произошедшего будет закрыта. С другой стороны, глупо думать, что Насте приятно будет такое услышать от меня. Взвешав все за и против, я решила, что она вправе знать всю правду о своем ненаглядном идеале.

– Насть, мне давно надо было тебе сказать...
–

– Что?
– подруга села напротив, превратившись в слух.

– Ярик... Ну то есть Ярослав... В общем, он подбивал ко мне клинья!
– с трудом подбирая слова, я выдавила из себя признание и виновато скосила на Ромашку глаза.

В ответ мне было молчание. Ромашка застыла, с силой сжав свою чашку.

– Я знаю, - тихо ответила она.
– Видела все, я же не слепая.

Вернув брови с затылка на привычное место, я воскликнула:

– Видела, знала и ничего мне не сказала?!

– Я влюблена, но я же не дура, - покачала она головой.

– А я-то мучилась, как тебе все рассказать, а ты все и так...
– не найдя что сказать, я лишь тяжело вздохнула.
– Ой, подружка. И как тебя так угораздило, в такого придурка влюбиться?

– Банально, но сердцу не прикажешь. Но может быть сейчас отпустит? Не может же эта треклятая любовь выжить после такого?
– Настя с досадой хлопнула по столу рукой.

– Не знаю... Может и может. А я смотрю, тебе легче стало?

– Стало, - губы Браге растянулись в робкой улыбке, и атмосфера комнаты сразу поменялась на более непринужденную. Ушло ощущение надвигающейся катастрофы и это навивало веру в светлое будущее, где нет даже воспоминаний о Бойко.

– Вот и хорошо, - порадовалась я за подругу, - а то думала, придется весь вечер ведрами таскать твои слезы, что бы не залить соседнюю квартиру.

– Не придется, - рассмеялась Настя, окончательно стряхнув с себя роль страдальца.
– Разве что, пару кружек...

– Давай остановимся на одной чашке. Одной вполне хватит.

– Договорились.
– Подруга и жестом показала, как она складывает слезы в свою кружку.

– Ты прекращай чай солить, в пустую посуду собирай, - я шутливо подтолкнула к ней вазу для фруктов, из которой предусмотрительно вытащила лежавшие там яблоки.

36

Оставив подругу в состоянии, которое можно характеризовать, как близкое к норме, я покинула ее хоромы и быстро зашагала в сторону виднеющихся девятиэтажек. Мысли опять всецело занял Леша, а ноги сами повели меня к его дому.

Но чем ближе я подходила к нему, тем медленнее становился шаг, и тем больше охватывали сомнения.

Что я делаю? Иду в квартиру к парню, от которого жду самого откровенного признания в своей жизни! Так ли это должно происходить? Где торжественные звуки труб и барабанная дробь? Где цветы, кольца, огромные плюшевые звери? Толпа завистливых зевак или, на худой конец, пара сварливых сплетниц преклонного возраста? Как-то не так я себе это все представляла... С другой стороны, зачем мне вся эта романтическая мишура и свидетели, если мне выпадает шанс услышать что любима?

На этой вдохновляющей мысли я как раз подошла к Лешиному подъезду. Боясь передумать и сбежать как трусливый заяц, решительно позвонила в домофон. Раздалось мелодичное тренькание. И, как будто чувствуя мои душевные терзания, ни секунды не промедлив, дверь открылась, впуская в полумрак лестничных пролетов.

Осталось преодолеть несколько этажей и все, отступать будет поздно.

От нахлынувшего волнения кровь застучала в ушах, а ноги стали ватными. Подозреваю, именно это и называют панической атакой... Не в силах сдвинуться с места ни на миллиметр я глупой статуей замерла на ступенях.

Не знаю, сколько времени продолжался мой ступор, в чувство меня привел шум открывающихся дверей лифта. Из него вышел Леша, который нахмурившись начал озираться по сторонам, видимо в поисках потерявшейся гостьи. Наткнувшись взглядом на нелепую меня, он удивленно приподняв бровь произнес:

– Вот ты где! А я-то боялся, что тебя алкаши местные утащили. Уж думал идти вызволять из их сплоченной компании. А ты на лестнице стоишь... Чего не поднимаешься?

– А я... я...
– Врать-то не умею!
– Этаж забыла!
– нашлась, что ответить.

– Ммм,- с сомнением прищурился одноклассник.
– Хорошо, что я спустился. Телефоны - редкость в наше время, не позвонить, не спросить.

Я поморщилась, кляня себя за трусость и неумелое вранье, медленно поднялась к парню на площадку. Он отвернулся, вызывая лифт обратно, и сейчас стоял ко мне спиной, не видя мою кающуюся физиономию. Кстати о спине... Леша был одет в свободную домашнюю одежду, но черная трикотажная майка все равно не смогла скрыть рельеф мышц плеч, а серые джоггеры только подчеркивали упругий... О, божечки мои! О чем я думаю! Да еще так пялюсь!

Мы зашли в лифт, оказавшись совсем близко друг с другом. Что бы скрыть свои не совсем приличные мысли, я с видимым интересом начала разглядывать занимательные высказывания вездесущей шпаны о местных жителях. Например, Наташке К. кто-то передавал жаркий привет и советовал всем воспользоваться ее услугами. ООО «Мастер» предлагал вскрыть замки по самой низкой цене. А вот интригующая надпись: Хрюндий плюс М.А. равно «Х». Но долго размышлять о тайне зашифрованного послания мне не удалось, так как лифт остановился и с грохотом открыл свои двери.

Леша вышел первым, жестом пригласив последовать за ним. В этот раз я не заставила себя долго ждать и зашла в тамбур уже знакомой квартиры.

А попа у него фантастическая.

POV Леша

Она была напугана. Видя ее такой неуверенной, готовой сбежать в любой момент, при случае даже через окно, я боялся сделать лишнее движение или сказать что-нибудь не то. И поэтому старался молчать и держать руки по швам.

А ведь сегодня утром я почти признался ей! Возможно, было не совсем подходящее время и место. Наверное, вообще не подходящее ни время, ни место. Но я уже не мог молчать! Слова горели огнем, прожигая душу, не давая думать больше ни о чем... Если бы не этот противный дедок со своей принципиальностью!