Чтение онлайн

— Оценка результативности атаки: три транспортных средства выведены из строя. Тридцать четыре неподвижных тела, — доложил искин. — Несколько дронов промахнулись, оценка эффективности РЭБ противника около десяти процентов.

Китайцы моментально покинули машины и спрятались за ними, что было в принципе довольно верным решением. Только один грузовик продолжил движение: его водитель попытался объехать остановившиеся и удрать, но по болоту особо не погоняешь. Я пустил в атаку две последние дрономатки первого эшелона: два дрона на кабину движущегося грузовика и четырнадцать — по скоплениям противника. Китайцы открыли огонь по дронам и я даже удивился тому, как ловко они сбили три из них: все-таки, лучшие из лучших. Но остальные достигли цели. Водителя убило сразу, затем дроны начали падать сверху на укрывшихся за грузовиками противников.

Из-за болота китайцы лишились возможности прятаться под днищем машин. Они ныряли в болото — кто-то успешно, кто-то не очень. Несколько побежали — ну как побежали, побрели изо всех сил по пояс в воде и болоте — в разные стороны, явно пытаясь рассредоточиться, и это в какой-то мере помогло. При том, что мои дроны со слабой боевой частью, вторая атака стала малорезультативной и искин смог подтвердить вывод из строя около десяти целей.

Но это был только первый эшелон — восемь дрономаток, шестьдесят четыре дрона. Второй, третий и четвертый эшелон уже на подходе. И дронов еще девяносто два.

Китайцы ошибочно подумали, что это была вся атака, и принялись проверять грузовики и оказывать помощь раненым. Оказалось, что на ходу еще одиннадцать машин. Трупы из кузовов бросали просто в болото: тут не до сентиментов, ноги надо уносить.

Через десять минут на них обрушился второй эшелон, который только-только прибыл от дозарядников, а с ним и четвертый, самые дальнобойные дрономатки успели долететь прямиком и выпустили рой дронов.

Второй удар по своей эффективности превзошел первый. Хотя РЭБ противника работал, его эффективность составила не более двадцати пяти процентов. Дронов было больше, чем в первой атаке, целей меньше, и теперь уже они распределились равномернее. Китайцы теперь уже успели ответить огнем, но сбили всего пару-тройку.

Серия разрывов прошлась по грузовикам. Противник на этот раз прыгал с машин в болото гораздо резвее, но искин по моему указанию заранее задал части дронов цель не кузов машины, а место за нею.

Китайцы, осознав, что может быть и третья, и четвертая, и кто еще знает какая атаки, принялись бежать через болото в обратном направлении, надеясь укрыться в лесу. Несколько человек, явно раненых, остались прикрывать их, сидя в кузовах и отстреливаясь. Когда подоспел третий эшелон — две последние дрономатки — я не стал тратить на них дроны. И так они уже отвоевались, долго не протянут. А если протянут и даже выживут — ну и ладно, пусть выживают. Я за то, чтобы гибли в первую очередь трусы, а достойные пусть живут. Главное, что урок свой они усвоят на всю жизнь.

Заключительная атака превратилась в охоту на бегущих через болото. Целями я выбрал самых резвых, а раненых или тех, кто тащил раненого, я атаковать не стал. Еще шестнадцать атак, два несрабатывания. Несколько наверняка убитых и еще больше раненых.

На этом «маленький победоносный поход» еще не закончился: теперь разбитому войску предстоит отмахать сто пятьдесят километров в обратную сторону на своих двоих. Среди них много раненых, а это задача и для здорового человека непростая. Многие бросили оружие, а впереди их ждет несколько ночей, при том что хищники и днем по Авроре бродят. Короче говоря, перспективы не аховые.

Мой разведывательный дрон уже не имел достаточно заряда для возвращения к точке подзарядки, потому я пролетел ним в последний раз над полем боя и зафиксировал неподвижные дымящиеся машины и тела людей в болоте и в кузовах. Искин насчитал шестьдесят три тела, некоторые из них еще слабо шевелились.

А ля гер ком, а ля гер. На войне как на войне.

Дрона я посадил на ту самую скалу, где он поджидал противника: если когда-то у меня появится летающий дрон с манипуляторами, я его заберу. А нет — так нет. Скорее нет, потому что к тому времени, как я сделаю такого дрона, разведчик будет со скалы смыт дождями или сметен ветром.

Результат атаки в виде нескольких фотографий я передал индонезийцам, а от них узнали уже все остальные.

То, что китайцы в минусе, очень сильно облегчает расклад для всех остальных: больше нет риска удара в спину. Китай, потеряв более тридцати процентов мужчин только за один короткий эпизод, окончательно проигрывает гонку в развитии всем остальным. И еще вопрос, как много китайцев сумеет вернуться домой живыми, так что окончательные итоги могут оказаться еще страшнее.

Самое забавное, что вообще никто не удосужился сообщить китайцам о том, кто именно нанес по ним удар. Два дня спустя на общую частоту вышла китаянка, которая сообщила, что теперь она является главой обеих колоний и что китайцы признают свое поражение и капитулируют безотносительно того, кто нанес по ним удар.

— А куда делся прежний глава? — спросил я.

— Погиб.

— А второй капитан?

— Низложен. У нас произошла смена руководства и стратегии развития.

Оказалось, что из полутора сотен китайцев два дня спустя живыми вернулись только трое, которые и принесли ужасную весть. Китайцы организовали поисковую партию и сумели отыскать еще три десятка раненых, заблудившихся или просто медленно идущих. Суммарные потери перевалили за сотню человек, то есть погибло более половины мужского населения двух китайских колоний.

С мечтой о космическом коммунизме было покончено.

За следующие несколько дней боевые действия приняли еще более угрожающий характер. Арабы добились существенного успеха, осаждая французов и британцев, и хотя их потери с момента начала войны достигли сорока человек, французы и британцы потеряли суммарно более пятидесяти, американцы и индонезийцы — двадцать шесть. Арабы тоже использовали разведку дронами и при помощи высокой мобильности навязывали стычки на своих правилах и только там, где у них было численное преимущество. Нанесенный ими ущерб заключался не только в людях, но и в оборудовании: было уничтожено много ценных агрегатов и построек, многое было украдено.

За эти дни я успел подготовить дрономатку и заслать мобильный дозарядник-ретранслятор на пятьдесят километров за итальянскую колонию. Большая дрономатка, несущая шестнадцать новых дронов, сумела дотянуться до ближайшей колонии арабов, и оказалось, что нефтяная промышленность у них именно там. Я распределил дроны по узлам и агрегатам, которые искин оценил как наиболее уязвимые, а также по четырем автоцистернам, и начал атаку. Оказалось, что все автоцистерны оборудованы средствами РЭБ, а вот сами промышленные установки — нет.

Перед тем, как упасть, дрономатка передала кадры, полные оранжевого огня и черного дыма. Топливная промышленность фанатиков вышла из строя, и теперь все, что у них остается — это их запасы в цистернах. И их надолго не хватит.

Путем сложных подсчетов удалось установить, что гарнизон итальянской колонии не прывышает десяти-двенадцати человек. Одновременно с этим четверо отчаянных американцев и один индонезиец сумели достичь самой дальней колонии арабов. Оказалось, что она полностью покинута: кое-какие промышленные мощности и теплицы там есть, но после того, как арабы построили там свои автомобили, все это стало им уже не нужно.Почти никаких запасов тоже нет, только урожай в теплицах на грядках остался. Разведчики уничтожили растения, заложили несколько ловушек и вернулись домой.