Чтение онлайн

Джек возразил:

– Доктор Максвелл – не мясник, Тодд. Он – анатом, изучающий человеческое тело...

Но Тодд стоял на своем:

– Он покупает человеческие тела и режет их ножичками. По-твоему, он не мясник?! По-моему, никакой разницы.

Ответить Джек не успел, да и не шибко хотел вступать в прения... Только зажал нос пальцами, пытаясь заглушить пахнувшее зловоние мертвечины, принесенное ветерком. И скривился от омерзения…

– Поторопитесь, – окликнула их с Тоддом Мара, постучав в дверь.

Та вскоре скрипнула, отворяясь, и перед тремя посетителя предстал мужчина лет сорока-сорока пяти в порыжевшем от крови и других малоприятных телесных жидкостей фартуке, утирающий руки грязной тряпицей. Его в целом приятное, привлекательное лицо, выражавшее любопытство, глядело на них умными, проницательными глазами.

Сладковатый, приторный запах сделался четче, им потянуло из-за открытой двери за спиной доктора Максвелла, и Джек невольно сглотнул, борясь с тошнотой, взбаламутившей ему внутренность.

– Доктор Максвелл, мы к вам по делу! – жизнерадостно провозгласила мисс Коллинз, казалось, не замечавшая ни жуткого фартука доктора, ни отвратительных ароматов разлагающейся плоти из его лаборатории.

Тот улыбнулся ей, продолжая глядеть поверх ее головы на парней.

– Поговорим внутри, – коротко кинул он, развернувшись и последовав в секционную.

Здесь, внутри, куда парни последовали за Марой, смердело особенно невыносимо. Зловоние мертвечины, карболовой кислотой и керосиновых ламп, смешавшись в один смертоносный коктейль, ударяло буквально под дых. Заставляло слезиться глаза… И, казалось, лишало способности мыслить.

В самом центре, на секционном столе, лежал человек, вернее его бренное тело, жалкая оболочка, бесстыдно выставленная на их обозрение до самых внутренностей.

– Итак, какое у вас ко мне дело? – спросил доктор Максвелл, явно надеясь, как можно скорее вернуться к своей жуткой работе. – Я несколько занят и тороплюсь.

Джек хотел бы ответить, но слишком явственно ощущал мертвеца за спиной, и Мара опередила его.

– Эти двое молодых джентльменов, – сказала она, – разыскивают мертвое тело, захороненное третьего дня.

– Не третьего дня, а вчера, – возразил девушке Тодд.

– Третьего дня, – настаивала на своем Мара. – Гилберт сказал именно так. А уж он-то не ошибется… в отличие от некоторых других. – Одарила она паренька скептическим взглядом.

Ее слова возмутили парнишку.

– А я говорю, он ошибается. – Стиснул он кулаки. – Я сам присутствовал на похоронах и потому знаю, о чем говорю.

Доктор Максвелл вскинул бровь, заинтересованный перебранкой.

– Объясните толком, в чем дело, – попросил он. – Я совершенно запутался.

Мара и тут оказалась проворнее:

– Эти двое уверяют, что некую девушку...

– Этель Эдвардс, – подсказал имя Джек.

– … Этель Эдвардс, – продолжила Мара, – схоронили третьего дня на Хейгейтском кладбище. Той же ночью покойницу умыкнули похитители трупов, и этот молодой человек, – она указала на Тодда, – желает отыскать ее тело. – А потом добавила совершенно не к месту: – Похоже, бедняжечка был влюблен в девицу при жизни. И теперь сильно страдает!

«Бедняжечка», злой как черт, ожог девицу ненавидящим взглядом и настойчиво повторил:

– Ее схоронили вчера... вчера, а не третьего дня. Этот могильщик не смыслит, что говорит... – и почесал зудящую шею.

Доктор Максвелл, внимательно за обоими наблюдавший, решил уточнить:

– А я здесь при чем? – При этом он приблизился к Тодду и слегка оттянул край его воротника.

– Ну, – улыбнулась доктору Мара, – мы хотели узнать, не искомая ли нами покойницу на вашем столе, доктор Максвелл. – И доктор тоже ей улыбнулся.

Сказал:

– Прошлой ночью я трупа не покупал. А этот свеженький, так сказать, цирроз печени и тому подобные прелести. Вряд ли этот пропойца ваша исчезнувшая девица!

Тодд побледнел… А доктор, приблизившись к телу, указал на мужчину рукой: мол, вот, убедитесь, что я вам не лгу. Тодд, старавшийся не глядеть на труп все это время, теперь увидел оголившуюся грудину с пурпурным оттенком внутренних органов и, сделавшись много бледнее прежнего, бросился прочь из дома, где изверг содержимое пустого желудка в кусты у порога.

– Так это мужчина, – констатировала мисс Коллинз с разочарованием. – Мне жаль. – И она поглядела сквозь распахнутую дверь на корчившегося от рвотных спазмов Тодда...

Доктор Максвелл, проявив понимание, прикрыл тело простыней и обратился к Джеку:

– След на шее вашего друга подозрительно напоминает инъекцию. Не подскажете, кто мог сделать укол?

– Укол шприцем?! – Джек даже опешил. – Понятия не имею.

– Любопытно, вы не находите? – Доктор в задумчивости потер подбородок. – Возможно, этим и объясняется выпавший из его памяти день. Я хотел бы исследовать его кровь. Как полагаете, он согласится?

Джек не знал, что ответить: пораженный, он думал о том, как Тодд постоянно тер шею и как рассказал, что его укусила пчела. Но пчела ли?

– Не думаю, но я постараюсь его убедить, – сказал он и направился к другу со стаканом воды.

– Ты все еще думаешь, что он не мясник? – простенал Тодд хриплым голосом.

Пить воду из докторского стакана ему совсем не хотелось, однако он себя пересилил и осушил его полностью. В горле стоял тошнотворный привкус исторгнутой желчи.

– Доктор сказал, что тебя укололи шприцем, – вместо ответа просветил его Джек. – Он говорит, у тебя на шее след от инъекции. Помнишь, ты говорил о пчеле…

– След от инъекции? – Тодд схватился за шею. – Не понимаю. Пчела… да, меня будто что-то кольнуло. – Глаза его сделались просто огромными, рот распахнулся. – Полагаешь, это меня так иглой? Но зачем?

– Доктор предполагает, что тебе что-то вкололи. Может быть, потому ты не помнишь вчерашнего дня…

– Боже! – Тодд привалился к стене, пытаясь осмыслить услышанное. – Не понимаю…

– Доктор кажется неплохим человеком, – поспешил сказать Джек, воспользовавшись замешательством друга, – он может помочь выяснить, что за дрянь вкололи тебе. Нужно только дать ему твою крови на анализ...