Чтение онлайн

“У тебя выход один - стать вазимо и вернуться обратно”, - продолжил вещать голос.

Это совершенно сбило меня с толку, я даже счет времени потеряла. А тем временем Лиам в моем теле с упорством тарана тащил Жея ближе к балкону вождя. Там собралась вся правящая семья и Ран. Он о чем-то переговаривался с Тхакуром. Все ждали первых залпов.

– Ну что там еще?
– донеслись до меня обрывки разговора.

– Боевики что-то напутали, пара минут, и салют грянет, - скороговоркой сообщил один из оборотней-охранников.

Лиам недовольно прикусил губу, но криво улыбнулся совершенно опешевшему Жею.

Я же поняла, что мне дали еще немного времени. Совсем каплю, но я должна успеть. Отпустив реальность, я погрузилась глубоко в себя. Нащупать магию? Стать вазимо?

Я готова даже не вернуться, лишь бы никто не пострадал. Тем более, должен грянуть взрыв магии. Это выкинет Лиама из моей головы и освободит Рана. По крайней мере, я на это надеялась.

“Как же мне найти мою магию?!” - воскликнула я всем своим существом.

“Иди за своим шаабелом” - пришел мне ответ.

А я поняла, кто именно говорил со мной, кроме Ша. Старая Мава. Та, которая хотела меня убить. Или все же… Не хотела?

Серый сгусток отвлек меня от раздумий, а я остатками сознания ощутила родное тепло. Значит, Ша еще дышит. Он со мной. Отдавшись порыву, я поплыла следом, больше ни о чем не спрашивая и стараясь не думать.

Хоть тела у меня и не было, я путешествовала по задворкам своей души, но вдруг ощутила пульсацию. И чувство такое разлилось, будто нечто давно утерянное, но горячо любимое.

Еще немного извилистой темной тропы, и в самом центре я увидела ее. Мою магию. Она переливалась всеми цветами радуги и еле заметно пульсировала. Я невольно залюбовалась. Магия представляла собой плотный кокон переплетенных меж собой линий. По ним туда-сюда перекатывались световые шары. Настолько маленькие, что невооруженным глазом не углядеть.

Только всю эту красоту оплели черные линии. Будто паутина. Они замедляли пульсацию, отбирали свет.

“Сними их” - посоветовал Ша.

“Как?”

“Своей внутренней силой, только, когда разрушишь оковы, магия взбунтуется, ты должна быть готова”

Я приблизилась к опутанному кокону настолько, чтобы своим сознанием коснуться черной паутины. Ко мне будто раскаленное железо приложили, стоило тронуть чужеродные линии. Только это меня не остановило. Я с каким-то остервенением стала рвать черноту вокруг моей магии. Не позволю! Каждое касание сопровождалось порцией боли. И чем больше я рвала линий, тем больнее было. 

Только остановиться я больше не могла. Что-то будто сломалось во мне, а дорожки магии запульсировали ярче. Только и ход шариков нарушился, они будто потерялись, забыли, куда им плыть.

В это же время каким-то краем сознания я услышала громкий хлопок. Первый залп. Нет! Я успею!

Будто зубами вгрызлась в черноту, почти обезумев. В следующую секунду я услышала свой собственный крик. Настоящий, он рвал мое горло и легкие. Голова пульсировала от боли, а мышцы скрутило сильными спазмами.

– Что происходит?
– донесся до меня чей-то возглас.

– Вазимо!
– взвизгнули почти над ухом.

– Шила!
– в тот же миг прокричал Жей.

Его голос я узнала, только боль оказалась настолько сильна, а магия так хаотична, что справиться со всем мне не удалось бы в одиночку.

“Я с тобой” - промурчал в голове усталый голос Ша, а руки коснулось что-то пушистое и пышущее жаром. 

– Жей, - прохрипела я.

Перед глазами все расплывалось, голос мне почти не давался, но я слабеющими пальцами ухватилась за ворот камзола парня.

– Раста… и Лиам, это все они, - слова звучали неразборчиво, но мне важно все было рассказать, - вождя, они хотят убить… Ран, он должен…

– Шила, - в отчаянье выкрикнул парень, - я и слова понять не могу.

– Иди за Ша, он приведет… - выдавила я из себя и поняла, что земля ушла из-под ног.

Темные мушки закружились перед замутненным взглядом, а слабость овладела телом. Ноги тут же подкосились, и я рухнула на пол. 

– Ша, - из последних сил то ли вслух, то ли мысленно позвала я, - отведи их.

Дальше меня поглотила тьма, она унесла с собой боль и страх. Стало хорошо и легко. Значит, вот оно как, быть вазимо. Ты теряешь себя, но остаешься запертой в своем теле.

– Не говори глупостей, - старческий голос прервал мои вялые размышления, - ты не стала вазимо.

Я оглянулась и увидела Маву. Она стояла посреди пшеничного поля, залитого солнечным светом. Я с удивлением огляделась, поле простиралось вокруг, насколько глаз хватало, а почти спелые колосья шелестели под теплым ветром.

– Где я?
– спросила я озадаченно.

Ведь только что корчилась от боли на балконе, под крики толпы и взрывы салютных залпов.

– Ты в своем сердце, девочка, - ухмыльнулась старушка. 

– Почему я не стала вазимо?
– задала очередной вопрос, хоть на первый ответ совершенно не поняла.

– Потому что ты сильнее стигмат богов, сильнее безумия, - просто ответила оборотница, - в твоем сердце есть то, что не очернил этот мир.

– И что же это?

– Искренняя справедливость и любовь, - пожала плечами Мава и повернула голову в сторону заката, - ты любишь этот мир всем сердцем. И не желаешь никому зла. Как бы с тобой не обходились.

– Кто ты?
– сглотнула я, разглядывая, как на небе загораются первые звезды, а со стороны, противоположной закату, выплывает Феба.

– Поймешь, - пожала плечами оборотница, - когда-нибудь.

Поле вокруг поплыло, свет смазался.

– Стой!
– крикнула я в отчаянии, - мне еще столько надо спросить!

– Всему свое время…

Водоворот закрутил меня, утягивая за собой в обычный сон.

– Она очнулась, - первое, что донеслось до меня, стоило судорожно выдохнуть и открыть глаза.

Пробуждение наступило внезапно, будто кто-то выдернул из сна насильно. Я проморгалась и осмотрелась вокруг. Меня окружала чужая комната, погруженная в полумрак. Будто светильники притушили. А надо мной нависли четыре озабоченных лица. Вернее, три лица и одна морда.

В глазах Жея и Масу плескалась искренняя радость и облегчение, а вот Ран, стоящий чуть поодаль оглядывал меня с недоверием и опаской. Ша же еле сдерживал себя, чтобы не начать скакать по всей комнате. Я попыталась приподняться, но со стоном зажмурилась. По телу прошла судорога, а голова взорвалась болью.