Чтение онлайн

Это так невероятно привлекательно, что он возбуждается от моего тела, от моего вкуса. Подбирая отброшенную рубашку, он вытирает рот и притягивает меня к себе для поцелуя. Я все еще чувствую свой вкус на его языке, мускусную сладость, которая, кажется, чувствуется в поцелуе.

Его поцелуи томительны и пикантны, а его язык танцует с моим. Каким-то образом мы снова оказываемся на его кровати, и на этот раз он между моими раздвинутыми бедрами. Головка его члена упирается в мой вход, и у меня вырывается стон.

Губы Паркера обхватывают мой сосок, посасывая и дразня чувствительную плоть, и этого достаточно, чтобы свести меня с ума.

— Ты нужен мне, пожалуйста, — умоляю я.

Он отстраняется, со звуком отпуская мой сосок, и его затуманенные похотью глаза встречаются с моими. Это происходит, моя голова ясна, помутнение от выпитого ранее гоголь-моголя прошло, мои мысли сфокусированы на нем.

Нет ничего, чего бы я хотела больше. Хочу, чтобы он был внутри меня. Я хочу быть наполненной им.

Паркер видит выражение моих глаз, лица. Должно быть, он видит мою потребность, потому что отступает назад и тянется к презервативу на прикроватной тумбочке рядом со мной, но моя рука на его предплечье останавливает его.

— Я… я принимаю противозачаточные средства и на сто процентов чиста. К тому же, у меня давно никого не было, — говорю я, — если ты хочешь… ну, знаешь, обойтись без презерватива.

— Черт, Квинн. Нет ничего на свете, чего бы я хотел больше, чем трахнуть тебя без резинки, — он ругается, опускает голову, чтобы снова взять мой рот. Поцелуй становится неистовым, никто из нас не хочет отстраняться друг от друга. Мои руки сгребают его руки, а он перекатывает мой сосок между пальцами, грубо сжимая его.

— Сейчас, пожалуйста.

Потянувшись между нами, я впервые сжимаю его член в своей руке, мои пальцы едва обхватывают его длину, мягко, а затем сильнее, когда он упирается в меня бедрами. Я подвожу его к своему входу, и его рука накрывает мою. Вместе мы проводим головкой его члена по моей влажной коже.

Мой клитор пульсирует в такт с колотящимся сердцем. Каждый раз, когда он касается членом моего клитора, я сжимаюсь, отчаянно желая, чтобы он вошел в меня.

Паркер пристраивает свой член к моему входу и одним движением бедер вводит его в меня до упора. Я так наполнена его членом, что вскрикиваю, прижимаясь грудью к его жаждущим губам.

Медленно, мучительно медленно он выходит из меня, а затем снова входит, сильно двигая бедрами. Он подтягивает мою ногу к своему широкому мускулистому плечу, чтобы войти глубже, достигая той части меня, о существовании которой я не подозревала до этого момента.

Ничто и никто не сравнится с ним. Есть только Паркер.

Кладя мою ступню себе на плечо и поднимая мою ногу высоко в воздух, он начинает неистово трахать меня. Его толчки карающие и такие глубокие, что я чувствую, как его головка упирается в мою шейку матки. Настолько глубоко, что это причиняет немного боли, но в сочетании с наслаждением приводит меня к эйфории. Его сильное, мощное тело нависает надо мной, и он трахает меня так, что я нахожусь на грани очередного умопомрачительного оргазма, даже не прикасаясь к своему клитору.

— Я… — я даже не успеваю закончить фразу, как он входит в меня, с каждым толчком все сильнее и быстрее.

— Кончи для меня, Квинн. Я хочу почувствовать, как ты кончаешь от моего члена, — он хрипит, вбиваясь в меня, его напряженные глаза смотрят в мои. Прежде чем он успевает опустить большой палец на мой клитор, я кончаю, фейерверки взрываются за моими веками во второй раз за сегодняшний день.

Я кончаю, пока он погружается в меня, мое тело бьется в спазмах, а спина отрывается от кровати, каждый толчок его члена в меня и из меня посылает все выше.

Другая планета. Альтернативная вселенная.

Это неописуемо. Идеально.

— Вот так, любимая, вот так, — его брови сосредоточено сдвинуты, и по его выражению лица, по тому, что он делает с моим телом, я понимаю, что Паркер еще не закончил.

Как только последние отголоски моего оргазма отступают, он выходит из меня, даже когда я протестую, и издает хриплый смех.

Я опускаю глаза на его член, блестящий от моих соков и все еще твердый, как никогда.

— Ты не кончил… — я задыхаюсь.

— Потому что я только начинаю, Квинн. Ложись на живот.

Его рука приземляется на мою задницу с оглушительным звуком, который эхом разносится по комнате и заставляет мою кожу гореть. Раз превращается в два, и не успеваю я опомниться, как он одним быстрым, не требующим усилий движением переворачивает меня на живот.

Я беру назад свои слова о том, что в его теле нет ни одной неджентльменской кости, потому что эта кость — определенно его член. Кто бы мог подумать, что он превратится в такого грязного… развратного мужчину.

Его пальцы обхватывают мягкую кожу на моих бедрах, подтягивая мою задницу вверх и назад, к тому месту, где он стоит на коленях позади меня. Ногой он раздвигает мои колени, а свободной рукой наматывает на кулак мои теперь уже дикие волосы. Все это, в сочетании с ощущением его члена, дразнящего мой вход, заставляет меня чувствовать, что я могу взорваться. Будто едва заметное прикосновение его пальцев может снова отправить меня за грань.

Мои соски, чувствительные и опухшие от его рта, задевают кровать, отчего по коже пробегают мурашки.

— Паркер, — стону я, пока он проводит членом по моей влажной середине, сосредоточившись на пульсирующем клиторе, — пожалуйста.

— Блядь, мне нравится слышать твои мольбы.

С этими словами он снова входит в меня с такой силой, что меня отбрасывает к изголовью кровати. Мои руки сжали постельное белье, пока он трахает меня, удерживая равновесие, мягкая ткань его простыней заглушает крики, которые срываются с моих губ, пока я вжимаюсь лицом в кровать.

И только когда я думаю, что не выдержу больше ни секунды, ни одной унции удовольствия, он опускает руку вниз и большим пальцем массирует мой клитор. Оргазм настигает меня так внезапно и так неожиданно сильно, что я падаю на матрас с придушенным криком.

— Блядь, блядь, блядь, блядь, — хрипит он, глубоко входит в меня и отпускает. Его большие руки сжимают мои половинки, раздвигая их, когда он входит в меня. Я чувствую тепло его спермы, когда он кончает внутри.

Его толчки замедляются, а пальцы танцуют вдоль моего позвоночника, когда он остается во мне, пока эрекция не спадает, а затем мягко выходит из меня. Он торопится в ванную, чтобы вернуться с теплой тряпкой.

— Не будь таким милым, Паркер, — я стону, переворачиваясь на спину, но он не обращает на меня внимания и раздвигает мои бедра, проводя теплой влажной тряпкой по моей слишком чувствительной киске, вытирая липкость между ними.