Пари со скуки
Шрифт:
– Отвали, не до твоих идиотских подколов, – огрызнулся Мика и рухнул рядом на диван. – Черт, – выдохнул он, потирая икру, – теперь после каблуков ноги болеть будут.
– Оу, – воскликнул Ферид, устремив взгляд на гладкую кожу ног. – А ты всерьез взялся за дело, – он провел рукой по гладкому бедру друга.
– Блин, убери руки, а то не посмотрю, что мы друзья, – прорычал Микаэль, которого это стало порядком раздражать.
– Будет тебе, – елейно улыбнулся Ферид, подсаживаясь ближе к другу.
– Лучше скажи, как зовут тебя, красавица?
– Еще одно слово и я тебя убью, – с угрозой покосился на него Мика.
– С удовольствием приму смерть от рук такой прекрасной амазонки. Да не злись, шучу я, – хмыкнул Батори. – И все же, что ты там себе сочинил? Как твое кодовое имя?
– Микаэла, – потупив взор, буркнул Мика.
– Ахах, Мика, какая у тебя богатая фантазия, можно только позавидовать. Среди сотен тысяч имен ты выбрал свое, – иронично фыркнул Батори.
– Заткнись. Я и так с этим именем чуть не прокололся, всё сделал, даже согласился на чертову эпиляцию, знал бы, что это так больно, в жизни б не пошел, а имя забыл придумать, пришлось на ходу соображать! – раздраженно проговорил Мика.
– И не придумал ничего лучше, как сменить окончание, – протянул Ферид.
– Гениально.
– Иди ты, – бросил Мика. – Блин, достало. – Он стал отстегивать накладные пряди и складывать на подлокотник дивана. – Черт, и как вы с Ши носите эти патлы? Неудобно, цепляется за все. Я их пару раз чуть не выдрал, когда за сумку зацепились, а я рукой махнул.
– Аккуратней надо быть. Волосы – вещь деликатная, – протянул Батори, проводя по своим серебристым волосам рукой, убирая их за плечо. – Мика, а тебе так идет подводка, отлично подчеркивает глаза, и чего ты раньше так не ходил? – наблюдая за процессом, осведомился Батори.
– Теперь придется самому марафетиться, – пропустив его слова мимо ушей, сказал Мика, расстегивая пуговички блузки. – Я больше в салон не пойду, чуть со стыда не сгорел, пока объяснял, какой мне макияж нужен. Еще стилист такой попался, сразу глазки засияли, любезничать начал, комплименты отвешивать, бр-р, – Мика содрогнулся от воспоминания.
– Чего ты, он в тебе родственную душу может почувствовал, не каждый день к нему такие симпатичные мальчики являются и просят, чтобы их раскрасили, как попугая, – усмехнулся Ферид.
– Думаешь, слишком броско получилось? – касаясь пальцами лица, спросил Мика.
– О, а ты уже волнуешься? Истинная женщина, – хохотнул Батори.
– Закройся, – бросил ему Микаэль. – Я же должен знать, как это выглядит со стороны.
– Не волнуйся, дорогая, ты безупречна, – сладко протянул парень.
– Ферид, – Мика строго поглядел на него.
– Все-все, не злись, а то морщинки появятся, – замахал руками тот.
– Черт, – вздохнул Микаэль и сбросил с плеч блузку.
– Симпатичное бельишко, Шиндо, – хмыкнул Ферид, глядя на белый бюстгальтер с красными цветочками. – Трусики нигде не жали, все же не рассчитаны на…
– Не выводи меня, – метнул в него молнию Микаэль. – Никогда не думал, что в юбке может быть так холодно. Ветер задувает, все нараспашку. Кошмар какой- то. Как девчонки их носят?
– Им этот дар природой заложен, ни чета нам, – хмыкнул Батори и, оценивающе поглядев на друга, деловито добавил: – А грудь бы мог и побольше сделать. Маловато для такой потрясающей дамы. Хотя бы на размерчик больше и сразу на обложку плейбоя.
– Да уже как вышло, – бросив блузку на диван, сказал Мика и принялся расстегивать бюстгальтер, но что-то не получалось. – Помоги, – бросил он другу.
– С удовольствием, такой красавице грех не помочь, – хмыкнул Ферид, привставая.
– Обойдемся без комментариев, – хмуро проговорил Микаэль.
– Как скажешь, милая, – послышался из-за спины насмешливый голос. Закатив глаза к потолку, парень решил стерпеть это молча.
Полностью переодевшись, облачившись в привычные мужские джинсы и футболку, убрав все свои дамские атрибуты в спальню и умывшись, Микаэль вернулся в гостиную к Фериду.
– Все, – облегченно выдохнул он, ощущая себя привычней.
– Кстати, Мика, забыл сказать, отличный маникюр, – бросив короткий взгляд на друга, Ферид снова уткнулся в свой мобильный.
– Блин, а я думаю, че так неудобно, – цокнул языком Мика, но решил отодвинуть момент сдирания накладных ногтей на попозже.
– Привыкай, на женщину без маникюра ни один нормальный парень не посмотрит, – многозначительно заявил Батори.
– Чувствую, нелегко мне придется, – Мика закусил губу. – Этот Юичиро тот еще кадр.
– Симпатичный хоть? – флегматично осведомился Батори.
– Да какая разница, какой он там? – фыркнул Шиндо.
– Не скажи, все-таки целоваться с симпатичным парнем куда приятнее, чем со страшненьким, – протянул Батори и ухмыльнулся уголком губ. – Смотри не увлекайся, а то еще привыкнешь, потом тебя от него не оттащишь.
– Издеваешься? – нахмурился Шиндо.
– Опасаюсь, – спокойно ответил ему Ферид. – У меня уже один друг гомосексуал имеется, не хотелось бы, чтобы и второй в эту яму угодил.
– Можешь не беспокоиться, в отличие от Ши, который еще со школы ощутил свою наклонность, я натурал до мозга костей. Я вообще не могу представить, как это с парнем, – все же отделяя искусственные ногтевые пластины от своих, он поморщился и в этот момент Ферид с легкой усмешкой покосился на него.
– Тот раз не считается, мы выпили. Много выпили, – тут же ответил на этот взгляд Мика.
– Ага, и еще это было на спор, – хмыкнул Батори, снова уставившись в экран.
– Какая ирония, не находишь?
– Это было еще в средней школе. Первый и последний раз, – категорично заявил Мика. – И вообще, чего я перед тобой оправдываюсь?
– Действительно, – хмыкнул Ферид. – К тому же, насчет последнего ты погорячился.
– Чего это? – недоуменно покосился на него Шиндо.
– Потому что у тебя встречи с парнем намечаются, а ходить на свидания и не лизаться мало кому удается, особенно, такой очаровашке как ты, с которой любому парню, сразу захочется удостовериться, везде ли она так хороша, – спокойно ответил Батори, позволив себе быструю ехидную улыбочку. – Так что, все еще впереди.
– Черт, убойные предстоят три месяца, – хлопнул себя рукой по лицу Микаэль.
– Ты даже не представляешь насколько, – хмыкнул себе под нос Ферид.
Когда уже не ждешь…
Подперев голову рукой, Микаэль лениво записывал, диктуемую преподавателем лекцию. Он с трудом удерживался, чтобы не закрыть глаза и не провалиться в сон. Кофе и энергетики с утра не оказали должного эффекта, а потому приходилось всеми силами бороться со сном. Поглядев на часы, Шиндо, тихонько застонав, сник на столе. До окончания занятия оставалось еще двадцать минут, целая вечность, когда сдерживаешься и пытаешься напрячь расслабленный мозг, не позволив себе вырубиться посреди «увлекательнейшей» лекции.