Пари
Шрифт:
Павел удивился, но послушно повернул в нужном направлении.
«Ну, сейчас я тебе подкину повод для разговоров…»
Они расположились в углу столовой, благо, с утра здесь было не особенно многолюдно.
— Паш, а ты знаешь, что Станислав Николаевич на Мальдивы скоро едет?
— Слыхал…
«Врешь… по глазам вижу — врешь.»
— А знаешь, зачем?
— Ээ-э… а ты знаешь?..
— Есть у меня некоторые соображения на этот счет. Хотела вот узнать, что ты думаешь.
— Эм… дык… все щас едут. Отпуск.
— Эх, Паша, Паша… Ну, так и быть, скажу тебе, — усмехнулась, глядя, как он подался вперед. — А ты мне скажешь, кто еще кроме Станислава Николаевича может повлиять на голоса в правлении, О'кей?
— Ну… это… я особенно-то и не знаю.
— Паша! Мне просто интересно твое мнение, понимаешь? Все-таки ты умный парень, можешь ведь и догадаться.
Паша приосанился:
— Ну, попробую… Ну, во-первых, Дмитрий Сергеич…
— Это отец Риммы?
— Нет, ты путаешь, отец Риммы — глава правления…
«Ого! Вот мы и подбираемся к разгадке.»
— А почему он, а не Станислав Николаевич?
— Потому что по уставу при переизбрании пост не может занимать родственник предыдущего главы.
— Какой странный пункт в уставе…
— Ну не я его составлял.
То есть, следующим главой вполне может стать Даниил Станиславович?
— Не только может, а вероятно, так оно и будет.
— Но он же так молод!
— Ну, он хороший аналитик. Быстро учится. И он в курсе всего. А, самое главное — все члены правления знают его с детства. Ведь для них главное в главе не его опыт, а…
— …а возможность оказать на него влияние в случае необходимости, — закончила за него Даша.
— Не без того.
— А сам Даниил Станиславович? Он собирается становиться председателем правления?
— Ну, это уж тебе лучше знать!
— Ну… он не по всем вопросам со мною откровенничает…
«Он вообще ничего о себе не говорит. Ничего и никогда.»
Павел выглядел слегка обескураженным ее словами.
— Извини, прервала, ты не договорил.
— Да, собственно, что говорить? Проголосовать могут как угодно, но должность прочат Станиславу Николаевичу. Хотя, и у Даниила Станиславовича неплохие шансы. Сейчас многое зависит от действующего председателя.
— Ну что ж, Паш, спасибо. Ты и вправду хорошо соображаешь.
— Эй, постой! Ты мне обещала рассказать…
— А, да! — Она посмотрела на него с усмешкой. — Он поехал искать отель для молодоженов. Для сына.
— Чего? Данил Станиславович женится?! — Удивление его было искренним. Уже через секунду он понял, что спорол глупость. — Ой, прости…
— Ничего. Меня это нисколько не касается.
— Гм… Как?! А разве… вы не?..
— Боюсь, что речь не обо мне. — Даша встала. — Прощай, Паша. Было приятно с тобой поработать.
— А?..
Но Даша поспешила скрыться за дверью.
Она не стала подниматься на свой этаж. Хотя, какой — «свой»? Она никогда не станет здесь «своей». Так, залетная пташка… Опасаясь наткнуться на знакомых, Даша пошла к пожарной лестнице. Спустившись вниз пешком, девушка пересекла двор и вышла к проходной.
«Почему, ну почему?..»
Она молча сдала пропуск, так же молча кивнула, когда ей вручили отчет с печатью.
За воротами лето пестрело ранней зеленью, прохожие наслаждались солнцем и теплом, каждый спешил по своим делам. Вот только ей спешить уже некуда. Практика — позади. Личная жизнь — тоже.
Даша медленно вздохнула.
И куда теперь?
Потребность поделиться с кем-то стала нестерпимой.
— Инн… ты занята?
— Боже, Даша, что с твоим голосом?!
— Инусь, я узнала, что Даня совсем не… тот, кем казался. И я не знаю, что мне с этим делать…
— Так… Давай-ка дорогая, бери такси и дуй ко мне. Немедленно.
— Угу…
— И Дашк… я звоню Лидке?
— Угу.
Инна набрала Лиду. Как ни странно, та ответила сразу..
— Лидусь, привет. Ну что, ты узнала, что Даша просила?
— Про что?
— Про татуировку.
— Ой Инн, я забыла совсе…
— Ли-ид, узнай, а? Это очень важно! И сразу — ко мне. У Дашки полный #%#!
— Ну, мать, на тебе лица нет. Неужели все так плохо? — Инна поспешно провела подругу на кухню, включила чайник.
— Не знаю… — Даша пожала плечами. — Не знаю. Плохо? Для кого — как…
— Так. По порядку. Что с Даниилом? Он в порядке? — Инна достала из шкафчика чашки и сахарницу.
— О! С ним все в порядке. Даже более чем. — Она со вздохом присела на табурет. — Он — сын соучредителя «Сигмы» и скоро женится на Римме.
…Осколки от чайных принадлежностей разлетелись по полу.
Инна протирала влажной тряпкой следы от сахара, когда раздался звонок домофона.
— Лидуська пожаловала. Надо же, как оперативно.
Лида зашла прямо на кухню, в обнимку с сумкой, и у нее был слегка растерянный вид.
— А че это у вас тут? Коньячок? С утра? Че не сказали — я бы лимончика прихватила.
— Да мы тут… У Дашки настроение испорченное, вот и решили немного расслабиться. Снять напряжение, так сказать.
Лида осторожно прошла к окну.
— Боюсь, мои новости не поднимут ей настроение
— Давай, чего уж там… выкладывай свои новости, хуже не будет
— Ээ-э… как сказать, как сказать… — Она сделала вдох, словно перед длинным рассказом. — В общем… — она замолчала, как будто силясь подобрать слова, — эмм… налейте-ка и мне коньячку.
Инна с Дашей переглянулись, и хозяйка достала из шкафа еще одну рюмку.
— В общем… — казалось, Лида не знает с чего начать.
— Лида, я тебя сейчас убью.
— В общем, Данил проходил по делу об изнасиловании.
На кухне воцарилась такая тишина, что стало слышно, как на улице скрипят качели.
— Кем… проходил?.. — к Инне первой вернулся дар речи.
— Вначале — подозреваемым, потом — свидетелем. Потом, так написано, он и свидетелем не выступал. Вроде бы как его тогда не было… эм… на месте происшествия.
— Вроде?..
— Большего узнать пока не удалось. Сава сказал, что поговорит с кем надо, и узнает, что произошло на самом деле