Чтение онлайн

– Помню, что была в агентстве, – говорила она, вытрясая из солонки соль в чашку с бульоном. – Помню, что пила кофе. Помню даже, как ты пришла, а потом – полный провал, ничего не помню, хоть застрелись.

– Это кофе такой, – стараясь не смотреть Зиме в глаза, говорила Юля, проклиная в душе алхимика Брича, который выкроил из Наташиной памяти свой визит напрочь. – Не переживай, просто ты вчера устала, вот и результат. Я же предупреждала, что работа у меня – не сахар. Вот позавтракаем сейчас, я отвезу тебя домой, ты, может, еще поспишь, а потом приготовишь что-нибудь поесть.

– А разве ты не хочешь, чтобы мы с тобой съездили к Холодковой? На квартиру?

«Значит, еще что-то помнит…»

– Вообще-то я не против. Только потом не жалуйся на усталость и головную боль. Кстати, у меня есть отличное средство от мигрени…

– Нет-нет, я лучше еще чашку бульона попрошу. Не хочу я никаких лекарств. У меня во рту привкус какой-то странный, словно я яду напилась…

После ресторана заехали к Норе в НИЛСЭ, Юля отдала ей на экспертизу расческу Коршикова, украденную из парикмахерского салона «Коломба», и ножницы, изъятые у соседки Иры Званцевой, любительницы «Пиковой дамы» Абрамовой.

Как всегда, разговор и передача пакетов происходили на лестнице. Наташа стояла внизу, готовая предупредить о приближении посторонних, Нора же, затягиваясь сигаретой, делилась с Юлей новостями.

– Похоже, дело сдвинулось с мертвой точки, – говорила она, явно волнуясь. – Бери блокнот и записывай.

Юля подчинилась, боясь пропустить хоть слово.

– Значит, так. Отпечатки пальцев на ножницах – на ВСЕХ трех ножницах, обнаруженных на квартире Пресецкой, принадлежат одному и тому же человеку. Эти же «пальчики» совпадают и с отпечатками на многих предметах в ее квартире, из чего можно сделать вывод, что человек, который их оставил, чувствовал себя там как дома. Дальше. Поступило распоряжение сверху заняться исследованием вещдоков с квартиры второй жертвы, Званцевой…

– Распоряжение сверху? С чего бы это?

– А ты не слышала? У Корнилова неприятности. Ты что, телевизор не смотришь?

– Нет, не смотрю, некогда. А в чем дело?

– Так ведь у нас в городе убили известного журналиста-международника Рыскина. Это же скандал! Человек приехал к нам из Москвы делать репортаж, а его в ресторане забили насмерть.

– Так. Подожди. Не все сразу. Журналиста оставим на потом. Ты мне ответь, при чем здесь вещдоки с квартиры Званцевой?

– Так ведь комиссия из Москвы приехала, начальство наше стало из штанов выпрыгивать, тут уже не до взяток Бобрищева, здесь сейчас такая работа развернулась, ты себе не представляешь…

– И все-таки я не понимаю: при чем здесь Званцева и простыни с ее постели?

– Да ни при чем! Говорю же – люди из Москвы приехали, а у нас сейф забит неизвестно чем…

– Люди из Москвы приехали… – передразнила ее Юля. – Они такие же люди, как и мы с тобой. Из такого же мяса и костей сделаны.

– Юля, не придирайся к словам. Разве это плохо, что мы работали с вещами Званцевой? Зато теперь точно известно, что группа спермы с вещей Званцевой та же, что и у Пресецкой. Безусловно, группа еще не указывает на то, что она принадлежит одному и тому же мужчине, но вероятность очень высока.

«Неужели Бобрищев? Вот кобель!»

– Это все?

– Теперь о том растении, о котором я тебе говорила. Ты можешь мне не поверить, но я навела о нем справки и выяснила, что расти оно здесь, конечно, не может. Но несколько лет назад коку выращивали в теплицах нашего Ботанического сада, на экспериментальной плантации…

– Ты шутишь… зачем это?

– Понятия не имею. Но в нашем Ботаническом саду собраны растения чуть ли не со всего земного шара! Разве ты не знала? На то он и Ботанический сад.

– Ты говоришь, эту самую коку выращивали несколько лет назад, но ведь на простыне Пресецкой СВЕЖИЙ СОК коки?

– Да, свежий. Вот я и подумала, что либо в саду снова занимаются этой кокой и выращивают ее для каких-то исследований, либо тебе надо найти своего человека в НИИ «Микроб» и попытаться выяснить, нет ли коки в их экспериментальном хозяйстве. Потому что в огороде кока не растет, это понятно… Да и какой смысл выращивать ее?.. Ты представляешь, сколько листьев коки надо вырастить, чтобы сделать один грамм кокаина?

– Понятия не имею, но думаю, что много.

– То-то и оно.

– А про грибок рассказывать будешь?

– Я не знаю, что это за грибок и с чем его едят. Если хочешь, я принесу тебе образцы в пробирке, а ты, когда пойдешь в «Микроб» насчет коки, попроси определить его природу и происхождение. Хотя я, если честно, к этому грибку уже остыла.

– Но ты все равно молодец… Между прочим, я нашла женщину, которая всем духам предпочитает «Пиковую даму»… Но больше пока ничего не могу сказать… – Юля вдруг подумала, что Бобрищев мог подкупить и Нору, и от этой мысли ей стало нехорошо.

– Ты не доверяешь мне? Да? – Нора словно прочитала ее мысли. – Вообще-то правильно делаешь… Только я не про себя, а так, вообще…

– Ты обиделась?

– Нет. Давай сюда свои пакеты, позвони вечером, я постараюсь что-нибудь для тебя успеть.

– Тебе Чайкин пришлет смывы с тела Пресецкой, попробуй определить, чем пропитана ее кожа, хорошо?

– Ну, ты меня заинтриговала. Ладно, иди, тебя заждались…

И тут проснулся телефон, замурлыкал в кармане. Юля, извинившись и попрощавшись с Норой, спустилась вниз, к Наташе.

– Слушаю…

– К сожалению, я не мог позвонить вам ночью, как обещал, – услышала она суховатый мужской голос, – чтобы поточнее назначить время и место встречи, но я готов сделать это сейчас.

– Кто вы? – Юля указательным пальцем ткнула в телефон, взглядом давая понять Наташе, что звонит тот самый человек, который пытался назначить ей встречу за городом. «Багаевка», – по слогам беззвучно произнесла она, и Зима ее поняла.

– Я просто человек, который хочет помочь вам разыскать убийцу двух женщин. У меня есть доказательства того, что к убийству имеет непосредственное отношение особа, вам хорошо известная. Подъезжайте часам к двенадцати к Багаевке, это в тридцати километрах от С. Там есть небольшой лесок, куда ведет песчаная дорога. Вы же будете на машине?

Он не давал ей времени опомниться и говорил так, словно и речи не могло быть о том, что Земцова не заинтересуется его информацией.

– Да, разумеется…

– Вот и отлично. Тогда у меня просьба. Приезжайте вместе с ней, и посадите ее рядом с собой на переднее сиденье. Мне важно, чтобы она увидела то, что ей положено увидеть своими глазами. Вы даже можете взять фотоаппарат или кинокамеру, чтобы запечатлеть выражение ее лица в тот момент, когда она увидит все это…

От его неприятного голоса и произнесенных им слов Юля почувствовала, как ступени лестницы начинают расплываться у нее перед глазами. Она физически, как снег на обнаженном теле, испытала страх.