Чтение онлайн

Я обошёл её по кругу, полюбовался наглой, покровительственной и многообещающей улыбкой, и почти незаметным волнообразным движением её спины. "Ракурс" и в этом ракурсе выглядит... "волнительно". Погладил её по голове, наблюдая за уменьшением доли покровительственности и уверенности в её усмешке. Сменяемыми неуверенностью и сомнением. И, ухватив её сквозь платок за волосы, одновременно сдёрнул из-под опояски свои штаны. Она ошарашено уставилась на явившийся солнечному свету мой "инструмент воспроизводства человечества". Резко дёрнулась назад, одновременно высказывая, с помощью различных междометий и отдельных звуков, своё недоумение, неприятие и даже где-то возмущение.

"Закрой рот, а то муха влетит" - русская народная мудрость. Не муха, но влетело. Она ещё пыталась вывернуться, как-то отодвинуться. Почувствовав во рту инородное тело... Конечно - инородное. Родного такого у неё нет. Она раскрыла рот до предела, панически стремясь избежать даже прикосновения к... к этой гадости. Раскрыла так широко, что я мог бы, при желании, провести полную диагностику её гланд. И всё продолжала попытки вывернуться из моего захвата за волосы.

Я уже говорил об особенностях здешней одежды. Туземные штаны поясов не имеют. Их подтягивают чуть ли не до подмышек, сверху это накрывается рубахой до колена, а посередине перевязывается опояской. Опояски бывают весьма разные. От дорогих, шитых золотом и серебром поясов и кушаков, до дешевеньких лыковых и пеньковых верёвочек. У меня сегодня простенький такой вариант уровня несколько ниже среднего - просто круглый кожаный ремешок. Не в этом суть. Главное отличие от брючного ремня - штаны сваливаются, а пояс остаётся на месте. И всё, что на поясе. Например, ножичек Перемогов.

Для меня это уже стандартный, накатанный технологический приём - ножичек остриём к глазику.

– - Тпру! Стоять! Руки убери! Дёрнешься - очи вырву! Тихо.

Мгновения равновесия. У меня не хватает сил, чтобы притянуть её голову, у неё - решимости освободиться. Одурело, расширенными глазами косит на лезвие клинка, на его недавнюю заточку до бритвенной остроты, на отблеск солнца на стали. Тяжёлое, хриплое дыхание.

– - Ну вот и молодца, ну вот и славненько. А теперь потихоньку рот закрой. Ме-е-едленно. Как подолом качала. Волнительно. Ну!

Она начинает медленно прикрывать нижнюю челюсть. Оттягивает губы, чтобы не дай бог, не прикоснуться, не почувствовать. На зубах нервных окончаний нет - не почувствует. На её белых зубах влажно поблёскивает слюна. Колышется при каждом её хриплом вдохе-выдохе.

Рычаги, как демоны и инцесты, бывают первого и второго рода. С неподвижной и подвижной точкой опоры. Здесь - подвижная. В форме её зубов. Хорошие зубки - никаких следов кариеса. Ну, об этом я уже говорил. Точка опоры перемещается. Соответственно, дальний край моего "рычага" поднимается и проезжается по её нёбу. Она снова дёргается, ещё резко, но уже несильно. И - не долго. Стоим. Она ещё не решилось, ещё не смирилось. Но... А язычок у неё чистенький, розовенький. Это хорошо. Язык - зеркало желудка. Значит, ничего такого несвежего у нас на стол не попадает. Я это и сам чувствую, но поварёшки вечно тянут в рот всякое чего из недоеденного.

– - Губами держи. Губками. Мягко. Дурить будешь - глазья вырежу. Чувствуешь чего у тебя на языке? Вот и давай. Ощупывай язычком. А то он у тебя больно длинный.

Язычок дрожит. Можно сказать - трепещет. Дёргается чуть ниже "инородного тела". Будто пытается уйти, отодвинуться, избежать соприкосновения. И вдруг, решившись, резко, толчком, всей своей длиной прижимается снизу. И сразу испуганно отдёргивается. "Быстро поднятое - упавшим не считается". А "быстро убранное - прикоснувшимся"?

Дыхание, которое она задержала на пару секунд, вырывается с хрипом. Ох, какие ощущения. Сухая или влажная кожа - весьма по-разному реагируют на движение воздуха. Ну, понятно - с влажной поверхности происходит активное испарение молекул воды. В результате чего на поверхности возникает ощущение холода. Холодка. Снизу. По всей длине. Но выдыхаемый человеком воздух воспринимается человеком же - как тёплый или, даже, горячий. Жаркое дыхание. Сверху. Тоже - по всей длине.

– - Давай-давай, работай. Кончиком - вдоль. От корня до головки. Ну! А теперь по кругу. А теперь всоси. Мягче! Прирежу! Вот так.

Полный объём лёгких здорового человека 5000 кубиков. Другое дело, что объём обычного вдоха/выдоха в десять раз меньше. Но из меня высосать и столько - нельзя. Мне - моё дорого. Так что, соразмеряй степень разряжённости с... с моей чувствительностью. Ничего, сейчас приноровимся.

– - А теперь я сам. Вперёд. Медлен-н-но. До упора. Во-от. И назад. Носом дыши. Спокойно. И не крути головой. Вот так. Губками чуть сильнее. Да без зубов же! Ещё. Ещё разок. Вот и хорошо.

Мцыри - дурак необученный. Хотя, что взять с грузинского монашка? Он так рвался на волю. Ну и на: три дня свободы со смертельным исходом. По-подглядывал за грузинкой на пляже да поигрался с кошкой. Угробил горного барса насмерть. Ох уж эта молодёжь - ни в чем меры не знают!

"Но в горло я успел воткнуть

И там два раза повернуть

Моё оружье".

К чему такая спешка? Да ещё предварительно кошечку дубиной по лбу шандарахнул. Неужели нельзя как-то мягче, интеллигентнее? Так, чтобы не ограничиваться только "два раза провернуть". Я понимаю, что после стольких лет монашеского воздержания у мальчика гормональная буря напрочь снесла все тормоза. Особенно, после подглядывания за девушкой.

"Она скользила меж камней,

Смеясь неловкости своей".

Понятно, что пластика женского движения, скольжения "меж камней" - возбуждает. Но зачем же бедное животное - насмерть? Ни себе, ни... Гринпису. Сдерживать надо себя, ограничивать, притормаживать... Тогда и процесс будет более... результативным. А то - всего "в горло успел воткнуть" и уже в "Красную книгу".

У Светаны и вправду - язычок острый. В смысле - остроты моих ощущений. Есть там точки... Правильное прикосновение - как удар током. Она уловила мою реакцию и начала... давить как на кнопку вызова лифта. Ну нельзя же так! Как-то промышленно-индустриально получается. Нет оттенков. Где богатство палитры? В любой армии знают: при отдаче чести самое главное - отход-подход. По уставу - за три шага надо переходить на строевой. Ножку тянуть, глазами есть. А тут - сразу. Не интересно. Торопится.

Процесс стремительно шёл к моей кульминации, когда сбоку донеслось:

– - Тута одежёнка моя... Ой!

На краю полянки стоял Хотен. Пришёл за своей безрукавкой. Нашёл время, дурень. Ну, раз пришёл, то и получи. Я чуть сдвинул Светане сбившийся уже на глаза платок, и сам повернулся боком. Чтобы зрителю было... доступнее для восприятия. Лучше видно, во всех... подробностях. Воспринимай, дядя, основное движение.

Классика жанра: вперёд-назад. Но - замедленно, "волнительно". Вытянутые губки Светаны, в которые медленно вдвигается "инструмент воспроизводства человечества".... Главное изделие господа бога. Иначе бы его лего под названием "хомо сапиенс" - очень скоро бы кончилась. Вдвигаем. До упора. Упор - это когда её нос вдавливается мне в... ну, в живот. Всеми её ноздрями. И - замираем. Дышать ей... Профессиональные ныряльщицы задерживают дыхание на несколько минут. Светана - не профессионалка. И в этом смысле - тоже.

Посмотрел-полюбовался? А теперь в том же замедленном стиле - вытягиваем. Под её нервное, спешное дыхание. Горячее. После паузы "ныряльщицы". Из сложенных буковкой "о", тянущихся вслед, губочек. Кажущийся бесконечным... Инструмент-то у меня вполне конечен. И вообще - бывают и больше. Но - кажется...

Вот этого уже и Хотен не вынес. "Подглядывание за подглядывающим" - это третий уровень. А ему и второго - "просто посмотреть" - много оказалось. То он стоял с изумлённо открытым ртом, потом начал судорожно сглатывать и, наконец, даже не зажимая рот руками, кинулся головой в куст. Где и издал глубоко искренние, исходящие из глубины... все-таки, наверное, не сердца, а кишечника, звуки.