Парижские бульвары
Шрифт:
Ни пистолета, ни одеяла у меня не было, но я над этим не задумывалась. Не хотела я забивать себе голову и всякими разбойниками. Я еду домой, в Ренн, в Сент-Элуа! Родные края всегда встречали меня приветливо…
Дилижанс тронулся, звонко зацокали копыта лошадей по каменистой дороге. Я оглядела своих соседей: два судейских, один мелкий торговец с женой и тремя маленькими дочками, скромно одетая дама со служанкой, два пожилых солдата, видимо, возвращающихся из госпиталя. Похоже, нет ни шпионов Комитета, ни слишком рьяных революционеров. Путешествие обещало быть сносным.
Было уже, наверное, восемь часов утра. Я чувствовала, как золотится и теплеет утренний воздух, как звенит в нем трепетная заря. Теплый пар поднимался от черной влажной земли. Под кустами бегали грачи. Кое-где уже цвели подснежники, окутанные голубоватым нерассеявшимся туманом. Казалось, слышно журчание ручьев, заваленных прошлогодней черной листвой. Я смотрела и удивлялась – откуда столько радости вокруг? И лишь через минуту поняла…
Весна! Наступает весна! Ведь сегодня 1 марта!
Улыбка впервые за всю дорогу показалась на моих губах. Мартовское солнце проникло в темные внутренности дилижанса, осветило лица пассажиров. Магия весеннего утра сделала все вокруг светлее, чище.
Я еду к своему сыну, в те края, где была так счастлива. Мой Жанно, мое дитя… Я скоро приеду, и целый год разлуки будет смыт, забудется под радостью встречи.
– Бретань! – прошептала я. – Ты поможешь мне?
Париж оставался далеко позади.