Чтение онлайн

Ночь была тихой, но Иви спала мало. В полудреме она все время думала о Жан-Клоде и мадам Арду. Она встала в восемь и заказала завтрак, хотя есть после шикарного аристократического ужина ей не хотелось. Но девушка томилась ожиданием, и ей надо было чем-то занять время. Наслаждаясь французской едой, она с сожалением думала, что в Нью-Йорке не будет ни таких круассанов, ни такого замечательного кофе. Это был ее последний день в Париже, Ирма ни за что не даст ей еще одного.

Было уже девять, а Жан-Клод не звонил. Неужели после всех их поцелуев он спокойно вернулся домой и забыл ее? И почему с ней всегда случалось самое плохое? Иви посмотрела в зеркало. Под глазами были заметны круги, легко было догадаться, что она плакала. Нет, надо было выбираться на улицу, — если она будет сидеть целый день в номере, то просто сойдет с ума.

Иви не знала, куда пойти, она просто хотела оторваться от отеля и отвратительно молчащего телефона. Она прошла несколько кварталов, и остановилась, чтобы свериться с картой. Впереди высилась Эйфелева башня — единственная достопримечательность, которую она не осмотрела с Робом. Ее снова угораздило сделать неправильный выбор — она влюбилась в Жан-Клода, который был так погружен в дела, что едва замечал журналистку, вместо того чтобы думать о Робе, который был хотя бы ее соотечественником.

— Заблудились? — рядом стоял симпатичный молодой человек, судя по акценту американец.

— Нет. Просто выбираю дорогу.

— Я могу вам помочь?

Она опустила глаза на американскую газету, которую он держал в руке, и сразу заметила обручальное кольцо.

— Спасибо. Я справлюсь сама.

Иви быстро повернулась и пошла прочь. Она не собиралась заводить интрижку с женатым мужчиной только потому, что в ее жизни что-то не складывалось.

Через несколько кварталов она решила вернуться в отель и заняться статьей. Она и так задолжала «Здесь и сейчас» не один день хорошей работы. Портье сразу сообщил, что ей несколько раз звонил Жан-Клод. С громко бьющимся сердцем Иви села на кровать. Три звонка за два часа. Он скучал или узнал о записке, которую она оставила мадам Арду? Был ли он полон романтического чувства к Иви Форчун или готов выдворить из страны назойливую американскую журналистку? Что делать? Звонить самой или ждать его очередного звонка?..

Звонок телефона показался ей оглушительным. Сжав зубы, Иви сняла трубку.

— Мадемуазель Форчун? — Знакомый голос секретарши, и Иви теперь почти не сомневалась, что он в ярости. «Я не хочу разговаривать с этой женщиной! — кричало все у нее внутри. — Я хочу говорить только с ним. Я люблю его». — Соединяю вас с месье Шамо.

Иви затаила дыхание. У нее дрожали руки. Раздался щелчок, а потом она услышала нежный голос Жан-Клода:

— Иви, доброе утро. Ты, оказывается, рано встаешь.

— Наверное, это мой последний день в Париже, так что я решила немного погулять по городу.

— Когда ты уезжаешь? — спросил он после паузы.

— Я еще не говорила с редакций — она начинает работать в три по парижскому времени. Но, я думаю, мне прикажут немедленно возвращаться, ведь интервью закончено.

— Только не сегодня!

— Не знаю. Мне надо поговорить с Ирмой.

— Я хочу тебя видеть.

— Я тоже, — вздохнула Иви.

— Я могу пораньше уйти с работы. Встретимся в четыре?

— Я… Это так мило.

— Мне грустно без тебя.

— Жан-Клод… Я тоже скучаю.

— Куда бы ты хотела пойти?

— Подняться на Эйфелеву башню. — Ей даже не надо было думать над ответом.

— Да ты хорошая туристка! — рассмеялся он.

— Я там еще не была, а мне хотелось бы подняться и посмотреть на город сверху.

— Мы сделаем это, а потом пообедаем.

— К четырем я буду готова.

Она повесила трубку, дрожа от счастья. Он думал о ней, скучал. У нее еще оставалась надежда.

После легкого ланча Иви вернулась в номер и в очередной раз просмотрела свои записи. Она хотела хорошенько подготовиться к спору с Ирмой, спору, который она должна была выиграть, чтобы остаться еще на пару дней в Париже. Вдруг мадам Арду все-таки решится, а когда она позвонит, Иви уже будет в Нью-Йорке. «Здесь и сейчас» никогда не оплатит ей второй поездки. Она перечитала вырезки и интервью, отметила важные места, составила список вопросов, которые остались без ответа. Потом она закрыла глаза и представила Жан-Клода. Именно в это мгновение зазвонил телефон. Было ровно три. Билл сразу соединил ее с Ирмой.

— Ты взяла интервью? — немедленно захотела узнать та.

— И да и нет.

— Но ты виделась с этой Арду?

— Да. Я была у нее дома, хотя так и не узнала ее адреса. Они очень тщательно оберегают свои секреты. Мы целый день разговаривали. Это было очень интересно, хотя…

— Хотя что?

— Она что-то скрывает.

— Откуда ты знаешь?

— Я заметила кое-что на фотографиях. Когда ее похитили, она была одета в серебряное шелковое платье, расшитое жемчугом, а когда вернулась домой, то на ногах у нее были обычные туфли на низком каблуке.

— Хм. Звучит подозрительно. А что она говорит?

— Мне пришло это в голову уже после интервью. Я написала ей записку и надеюсь, что она позвонит мне.

— И она еще не позвонила?

— Нет.

— Думаю, тебе пора возвращаться домой.

— Но она была ужасно расстроена, когда мы прощались. Она плакала. Может быть, она плохо себя чувствует и ей еще не передали мою записку. Позвольте мне остаться еще на пару дней, и мы посмотрим, чем это кончится.

— Но ведь это может кончиться ничем. Твой номер немало стоит, а счета из ресторанов просто огромны.

— Ирма, но это может быть величайшей статьей, которая когда-либо публиковалась в «Здесь и сейчас».

— А может быть и ничем, милая. Очень дорогим ничем. Если ты так уверена, то почему бы тебе просто не позвонить ей?

— Потому что у меня нет ее номера. Я не знаю, где она живет. К ней можно попасть только через поверенного.

— Шарбе?

— Нет, нового — месье Шамо. — Иви надеялась, что голос не выдал ее чувств. — Он не хотел этого интервью, я с трудом добилась встречи. Я все объясню вам, когда вернусь.

— Думаю, тебе пора возвращаться домой, — произнесла Ирма после долгой паузы.

— Когда? — тихо спросила Иви.

— Завтра. Первым же утренним самолетом.

Она попрощалась и переключила линию на телефон Билла. Иви была в отчаянии, слезы текли у нее по щекам. Она никогда больше не увидит Жан-Клода, статья, возможно, не будет опубликована, а если мадам Арду все-таки позвонит, Иви уже будет лететь в Нью-Йорк. Что она могла сделать? Она работала у Ирмы, и Ирма вынесла приговор.