— Парня заказывали? — Нет, я заказывала пиццу!
Шрифт:
— Правда что ли?
— Давно было, да. Мой второй заказ… и я был её любовником полгода. Тебе кажется, что это ничего…но…я виделся с ней каждый день.
— И что случилось?
— Разгневанный муж.
У меня началась истерика смеха.
— Он — уважаемый человек, а я, по его словам, молодой щенок, так что… больше не завожу отношений на работе, чревато последствиями. А я её по-настоящему любил. Она сказала, что просто нуждалась в молоденьком…у нас разница 12 лет.… То есть я попался, а попался бы другой…разницы бы не было… Это забавно, — невесело смеётся он. –Ты даришь своё сердце, а его… даже, потом, сверху ещё ногами и потопчут.
Возможно, он и понимает, что я чувствую.
— Она меня всему научила, хотя бы за это ей спасибо… легче стало с девушками общаться… просто надо казаться самодовольным и самоуверенным. Она говорила мне — даже если ты не являешься таковым, просто изображай, притворяйся, надевай маски.
— Это ужасно, — качаю я головой, — надевать маски.
— Почему? Нет.
— Я надеваю их, но за это и корю себя… Подожди…это маска, — до меня наконец доходит. — Твоя маска.
— Что…?
— Самодовольство, излишняя уверенность, холодность, — перечисляю я первое, что приходит в голову.
— Это самая удачная маска, Елена. Она всегда работает. Ты кажешься подлецом.
— Не правда. Если человек хороший, ты чувствуешь это, даже с маской, — выдыхаю я.
Мы оба такие. Те люди, которые держат всё в себе: от чувств и эмоций до страхов и желаний. И он единственный теперь, кто знает меня настоящую.
— Не надевай её, пожалуйста…
— Кого?
— Маску. Не надевай её больше, мне так плохо, когда ты с ней, — говорю я метафорами, но от этого смысл не искажается.
— Открой дверь.
Я тяжело поднимаюсь, опираясь на дверь. И слабо поворачиваю ручку. Раздаётся щелчок, и я тяну дверь на себя. И вижу его.
А теперь я в его объятиях.
— Всё будет хорошо. Обещаю тебе. У тебя, — приговаривает он, гладя меня по волосам, — всё будет хорошо, ты справишься, сильная ведь, но вредная, — от его шутки мне смешно, хоть сейчас, и, вроде бы, грустный момент. — Я знаю, у тебя тоже всё будет хорошо, — прижимаюсь я к его плечу снова.
Два разбитых сердца.
Но две несломленных личности.
Ночью я выхожу попить, в горле почему-то ужасно пересохло. На диване мирно спит «спаситель», подложив правую ладонь себе под голову. Выглядит мило. Он сам ушёл спать сюда, я его не просила после тех клятв «всё будет хорошо». Иногда мне так хочется заглянуть ему в голову…а никак!
Я дохожу до ноутбука, покоящегося на столике позади спящего Стефана. Он точно ведь что-то от меня скрывает.
А, вот, всё не так уж и просто…
«Введите пароль».
Вот мы и приехали. Я устало прижимаюсь носом к цветам, стоящим рядом на столике в вазе. Как я раньше не заметила записку?!
Выключаю ноутбук и возвращаю его на место, сгорая от нетерпения прочитать содержание маленькой бумажки.
«Слишком поздно для нас?! Нам стоит поговорить, просто выслушай меня… приходи к статуе, той самой у входа, если хочешь… 00:00.
— Д»
На моём лице возникает улыбка, и я прижимаю ладонь, сжатую в кулак, к лицу.
Стефан был прав. У меня всё будет хорошо.
Я смотрю на часы и понимаю, что время на сборы у меня совсем нет, иначе Деймон уйдёт…
Так что мне стоит поторопиться.
— Спасибо тебе, — шепчу я, смотря на Стефана. И, благодарность моя искренняя.
Моя мечта… мои мечты…они сбыточные.
====== ‘ Tenth ‘ «Психология и социология, а также немного внутренних метаний» ======
Мне хочется одновременно устроить истерику радости, зажаться в уголочек и там тихо умереть. Вот что происходит, когда меня сжирает моя же истеричность.
Сейчас я стою в вестибюле гостиницы в обычном платье тёмного цвета и джинсовым жакете. Может быть такое, что Деймон надо мной пошутил? Ох, да вполне.
Неожиданно ко мне подскакивает какой-то молодой парень и приглашает взглядом идти за ним. Хм, Деймон, да ты изменился…. (Боже, когда-нибудь, ну, когда-нибудь, я смогу жить без сарказма?!Даже когда я буду дряхлой тарахтелкой, то буду ещё и вредной тарахтелкой. Зашибись).
Меня приводят в комнату на первом этаже, где я и вижу Деймона. Я глупо улыбаюсь ему и не знаю, чего ждать. Мы почти не говорим, так и добираемся до ресторана неподалёку. Хорошо, что я не настолько известная, чтобы меня преследовали папарацци. А моему самолюбию бы понравилось, между прочим.
– Я хотел поговорить с тобой, – говорит он, а я прячусь за меню, и буквы расплываются у меня перед глазами.
– О свадьбе? – тяжело сглатываю я и не решаюсь поднимать глаза.
– О нас.
Вздох.
– А…что с нами? – вот теперь режим дурочки-Елены включён.
– Ты пришла, а значит, тоже считаешь, что…
– Считаю, – перебиваю я и, наконец, оставляю меню в покое, откладываю в сторону. – Если не забыл, то это ты меня бросил, а не я тебя, – напоминаю я ему, а он отводит глаза.
– Поспешное решение, – оправдывается Деймон. Через секунду на его лице уже появляется улыбка, а я себя как-то глупо что-ли чувствую. Что он сейчас хочет от меня?!
– Я верю в нас, но ты нет. Поэтому….
– …ты со Стефаном, – дополняет Деймон.
– Да, – глухо выдыхаю и опускаю взгляд. Я только что призналась в том, что нас со Стефаном ничего не связывает. – Я ему просто нравлюсь… – решаю я как-то исправить положение, чтобы Деймон не подумал, что эскортник – это эскортник. В смысле, Стефан – не эскортник. Он придурок-коллекционер, но не эскортник. – А теперь напрашивается вопрос, что ты собираешься делать… – заявляю я, и Деймон заинтересованно слушает меня.
– Хм, может, сначала просто закажем еду? – улыбается он той самой улыбкой, в которую я когда-то влюбилась.
Мы вспомнили, как пару раз ходили в ресторан, как один раз я забыла деньги…и мыла посуду на кухне, чтобы как-то заплатить, а Деймон вытирал её. Смешно, конечно же, мы посмеялись.
– Всё также не любишь рыбу? – замечает он, когда я ковыряюсь в своей тарелке. Я заказала, но не знала, что принесут. Тут такие названия, что просто….
Я киваю, смотря на непонятную смесь на своей тарелке под названием «еда».