Чтение онлайн

Относящиеся к Брянской области немецкие документы содержат свидетельства о действиях партизан, имевших место уже в октябре и ноябре 1941 года. Первые партизанские группы были небольшими, в них обычно входило от шести до восьми человек, возглавляемых работниками местных партийных или советских органов. Другой разновидностью отрядов являлись так называемые истребительные батальоны, организованные НКВД до немецкой оккупации для охраны общественных зданий и борьбы с десантами противника. Многие из этих истребительных батальонов не уцелели в первые дни войны. Только один крупный отряд действовал в этот период. Он состоял из слушателей школы для партизан, которая была создана неподалеку от поселка Клетня еще до оккупации области. Впоследствии он был усилен направленными сюда парашютистами и попавшими в окружение красноармейцами. Состав этого отряда – в нем смешались местные добровольцы и красноармейцы, вырвавшиеся из окружения или бежавшие из лагерей военнопленных, – во многом был типичен для партизанских отрядов, действовавших в Брянской области в начале 1942 года. Более трех недель этот отряд совершал набеги на деревни, убивая назначенных немцами старост и реквизируя продовольствие и одежду. Он также занимался минированием дорог и нападал на военные автомашины.

Хотя сведений об организации первых партизанских отрядов крайне мало, в немецких донесениях отмечено много случаев действий партизан в декабре 1941 и январе – феврале 1942 года. На самом деле партизаны могли контролировать большие участки этого региона, в том числе и ряд важных районных центров. Это оказывалось возможным главным образом из-за отсутствия у немцев достаточного количества войск для постоянной оккупации этих городов. Немцы не испытывали особых трудностей в очистке от партизан считавшихся важными населенных пунктов, но после ухода из них войск партизаны вскоре возвращались туда и расправлялись с теми, кто сотрудничал с немцами или проявлял враждебное отношение к советскому режиму. Наличие в Брянской области обширных лесных районов способствовало росту партизанского движения, ибо леса позволяли укрываться от немецких атак и давали возможность создавать лагеря и базы.

Несмотря на столь благоприятные для партизан условия, немцам, вероятно, успешно удалось бы справиться с этой проблемой зимой 1941/42 года, если бы не их военные неудачи. Нанесенные им Красной армией поражения не только оголили тыловые районы, откуда были выведены и без того крайне скудные силы немцев, но и поколебали уверенность местного населения в грядущей победе немцев. Кроме того, успешное советское контрнаступление приблизило фронт к базам партизан, позволив им установить связь с частями Красной армии. В результате партизанское движение претерпело значительные изменения: оно было реорганизовано по военному образцу и осуществляемый за ним контроль стал более строгим как извне, так и изнутри.

Это было особо заметно в северных районах, где освобождение советскими войсками Кирова и прорыв немецкой линии фронта создавали возможность для более тесного взаимодействия партизанских групп с Красной армией. Партизанские отряды, организованные НКВД и партийными работниками, оказались в прямом подчинении одной из советских дивизий и получали подкрепление людьми и оружием от Красной армии. В свою очередь партизаны снабжали части Красной армии продовольствием и направляли призывников из контролируемых ими районов. Когда немцы попытались захватить Киров и ликвидировать брешь между 2-й танковой и 4-й армиями, партизаны оказывали поддержку войскам Красной армии, не только разрушая линии коммуникаций в тылу, но и обороняя отдельные участки фронта.

Усиление мощи партизанского движения путем увеличения его численности и совершенствования организации продолжалось на протяжении всего 1942 года, вопреки всем попыткам немцев воспрепятствовать его развитию. Основным типом партизанского подразделения в начале 1942 года являлся самостоятельный отряд, чья численность постепенно возрастала и могла достигать от 100 до 400 человек. Новыми партизанами становились отбившиеся от своих частей красноармейцы, отпущенные или сбежавшие военнопленные и местные жители. Хотя крупномасштабный призыв местного населения начался лишь осенью 1942 года, существуют свидетельства того, что, например, на севере области значительное количество мужчин призывного возраста было зачислено в партизанские отряды еще в начале этого года. Руководство партизанами на раннем этапе осуществляли работники местных партийных и государственных органов, а также офицеры Красной армии, уцелевшие во время боев в окружении либо направленные извне, обычно самолетами.

Использование советской авиации для поддержки партизан не ограничивалось лишь доставкой командиров и специалистов в партизанские районы. Начиная с весны 1942 года партизаны регулярно получали различные поставки (в частности, оружие, боеприпасы и отдельные виды продовольствия) самолетами, которые либо сбрасывали грузы на парашютах, либо приземлялись на специально подготовленных аэродромах. Для этого использовались небольшие одномоторные учебные самолеты, а также самолеты американского производства С-47.

Увеличение размеров партизанских отрядов сопровождалось изменениями в их организации. Отряды стали делиться на роты и взводы, аналогичные таким же подразделениям Красной армии. Введение военной системы организации было завершено к началу 1943 года с созданием бригад, делившихся на батальоны, роты и взводы. Бригады в основном создавались путем слияния нескольких самостоятельных отрядов. Целью такой реорганизации было обеспечение четкости управления и лучшей координации действий, а также усиление ударной мощи. Кроме того, реорганизация позволяла усилить контроль за партизанскими отрядами со стороны партийных и правительственных органов. Уже упоминалось о руководстве партизанскими отрядами Красной армией на севере области; на юге руководство партизанами осуществлялось командованием, получавшим указания из Ельца, где находились штаб Брянского фронта, а также Орловский областной комитет партии. Командование возглавлял Д. Емлютин, бывший офицер НКВД из Орла и один из выдающихся партизанских командиров на оккупированной территории. Под его руководством действовали от тридцати до сорока партизанских отрядов, а позднее все бригады на юге области. В западной части Брянской области, то есть в Клетнянских и Мамаевских лесах, внешнее руководство партизанами осуществлялось командованием советского Западного фронта. В управлении партизанскими отрядами важную роль играла авиация, обеспечивавшая тесную связь между партизанскими центрами и командованием в советском тылу.

Усиление и реорганизация партизанских отрядов позволяли им расширять районы и наращивать мощь своих действий, направленных, во-первых, на нарушение системы снабжения немецких войск и, во-вторых, на срыв усилий немцев по установлению контроля над оккупированной территорией и эксплуатацией ее ресурсов. Удары по линиям коммуникаций в основном наносились путем взрывов железнодорожных путей, минирования автомагистралей и атак из засад на железнодорожные составы и транспортные средства. За период с мая по октябрь 1942 года более тысячи таких ударов было отмечено командованием тыла 2-й танковой армии немцев, в чьем ведении находилась большая часть Брянской области.

Другой основной разновидностью действий партизан были усилия, направленные против упрочения оккупационного режима и призванные воспрепятствовать использованию немцами рабочей силы и местных ресурсов. С этой целью партизанские отряды нападали на деревни, забирали продовольствие, угоняли скот и сурово наказывали людей, сотрудничавших с немцами или враждебно настроенных к партизанам. В первую очередь партизаны стремились уничтожать чиновников местных администраций и членов многочисленных отрядов вспомогательной полиции, организованной немцами. Нападения на деревни и реквизиция продовольствия, с одной стороны, были направлены на удовлетворение насущных потребностей партизан, которым приходилось существовать вдали от обжитых мест. С другой стороны, такие акции представляли собой определенную разновидность психологической войны, которая должна была удержать людей от оказания поддержки немцам и заставить их сохранять лояльность советскому режиму. Такие усилия оказывались все более и более успешными, по мере того как у людей исчезала уверенность в победе Германии и они убеждались в нежелании и неспособности немцев удовлетворить их основные нужды и чаяния.

Существование партизанской проблемы признавалось немецким командованием еще в феврале 1942 года. По мнению командования тыла, партизанское движение представляло собой прямую и постоянно усиливающуюся угрозу безопасности в тыловых районах, и оно потребовало выделения дополнительных войск для борьбы с этой угрозой. В ответ на этот запрос в Брянскую область была переброшена дополнительная дивизия охраны (707-я). В июне 1942 года была проведена первая крупная операция против партизанских отрядов, действовавших на севере области; в ней принимали участие один танковый и два пехотных полка. В результате этой операции партизаны и их сторонники понесли значительные потери, также удалось на время рассеять партизанские отряды, но большинству партизан вместе с их командирами удалось избежать гибели или плена, и они просто ушли в другие районы, где происходило переформирование отрядов для будущих действий. К тому же многих из тех, кого немцы включали в данные о партизанских потерях, следует считать не активными партизанами, а местными жителями. Эта операция, как достигнутыми результатами, так и использованными методами, стала образчиком большинства операций против партизан, которые последовали в 1942 году и в дальнейшем проводились в 1943 году. Как правило, они не достигали главной цели, то есть полного уничтожения партизанского движения в этом регионе.

Если по первоначальному плану немцев меры безопасности в тылу должны были ограничиваться охраной основных путей снабжения и важных населенных пунктов, то вскоре после оккупации этого региона командование осознало, что разгромить партизанское движение с помощью одной лишь оборонительной стратегии нельзя. Но имевшиеся в распоряжении войска были столь малочисленны и столь плохо подготовлены, что немцам приходилось уделять основное внимание защите железных и шоссейных дорог, а также крупных военных объектов. Вдоль основных шоссейных и железных дорог через определенные промежутки создавались опорные пункты, а расположенные на путях снабжения или рядом с ними населенные пункты находились под пристальным наблюдением. Кроме того, были организованы небольшие мобильные группы, призванные препятствовать партизанам в проведении взрывов военных объектов и железнодорожных путей. В целом этой оборонительной системе удалось обеспечить проходимость на основных путях снабжения войск. Но она не смогла остановить роста партизанского движения, базировавшегося в лесах и болотах, где принимаемые немцами меры вряд ли могли нанести ему серьезный урон.