Чтение онлайн

Учитывая наличие благоприятных условий, вызывает некоторое удивление, что организованные и хорошо вооруженные партизаны не приступили к проведению крупных операций на более раннем этапе. Однако с тактической точки зрения те же факторы, благодаря которым местоположение партизанского пристанища было удобным для ведения подрывных действий, делали его крайне уязвимым для согласованных действий немцев. Немцы сравнительно легко могли использовать сеть дорог, чтобы за короткое время собрать войска для окружения лесного района со всех сторон. Если бы партизаны подверглись атаке превосходящих сил, действующих с разных направлений, они оказались бы в чрезвычайно опасном положении, поскольку небольшая площадь их убежища лишала их возможности длительное время уклоняться от столкновения. Поэтому вполне вероятно, хотя прямых подтверждений этому нет, что партизаны стремились беречь свои силы до тех пор, пока в результате общей стратегической ситуации проведение операций по разрушению немецких линий коммуникаций на востоке Украины не будет иметь важное значение для общей стратегии Красной армии.

В любом случае, по сравнению с Никопольским отрядом подключение к активным действиям партизан Новомосковска происходило значительно медленнее. Хотя эта группа была полностью сформирована уже к началу октября, первым проведенным ею рейдом стало нападение на колхоз в селе Вольном 2 ноября; первая серьезная угроза для немецких коммуникаций возникла лишь в конце ноября [101] . Даже впоследствии партизанские действия, чья эффективность была довольно низкой, продолжали лишь небольшие группы под покровом ночи или отдельные лица, которые, как считалось, работали на немцев. Поэтому эти акции можно классифицировать скорее как действия подпольщиков, а не партизан, хотя действовавшие группы и входили в состав главных партизанских сил. Тем не менее немцы осознали существование потенциальной опасности и спланировали проведение кампании с тем, чтобы устранить угрозу. Приказом от 4 ноября немецкий пехотный полк должен был быть переброшен из района Кременчуга для участия в операции против партизан Новомосковска. Но пока шли приготовления, этот полк пришлось отправить на фронт, где сложилась критическая ситуация. В середине ноября немецкие армии были остановлены в нижнем течении Дона; вскоре стало очевидным, что продолжительная борьба, в ходе которой немцы были вынуждены перейти к обороне для сдерживания мощных контратак советских войск, потребует использования всех имевшихся сил.

Несмотря на срыв планов атаковать партизан, регион Новомосковска 8 декабря был включен в зону действий 444-й немецкой пехотной дивизии и решение о проведении кампании для уничтожения партизан осталось в силе. Поначалу для проведения операции в распоряжении немцев имелись всего два батальона, два подразделения полевой жандармерии и рота казаков, поэтому нанесение лобового удара по лесному району сочли нецелесообразным. Тем не менее были приняты меры по окружению и блокированию партизан в лесу и выявлению подозрительных лиц в окрестных деревнях. Обращение с гражданским населением, заподозренным в помощи партизанам, намеренно было крайне жестоким; родственников партизан арестовывали и угрожали казнить, если те не уведомят о своих контактах с партизанами. По всей видимости, усиливавшееся чувство отчаяния, вызванное немецким окружением, а также уменьшение запасов продовольствия заставили партизан резко активизировать свои действия в декабре. Среди наиболее заметных операций можно отметить проведенное в ночь на 10 декабря нападение более двухсот партизан, вооруженных большим количеством пулеметов, на лагерь советских военнопленных, которых немцы использовали для строительных работ в окрестностях села Знаменка, распложенного в нескольких километрах к югу от леса. Партизаны вступили в короткий, но ожесточенный бой с подразделением немецких войск и освободили более двухсот пленных, не понеся потерь. 21 декабря они провели теми же силами атаку на село Вольное, но были отброшены, понеся тяжелые потери.

В этот же день в район Новомосковска прибыл направленный сюда 1-й батальон 190-го пехотного полка, который должен был стать ядром сил, призванных уничтожить партизан. После четырех дней, в течение которых войска занимали исходные позиции и прочесывали деревни в окрестностях леса, началось наступление на убежище партизан. Вся операция в лесу продлилась неделю и завершилась к 1 января. Партизаны, которые либо стремились скрыться, либо были сожжены заживо в своих землянках, оказывали слабое сопротивление. Намного труднее немецким войскам приходилось из-за мороза, достигавшего минус тридцати градусов, в результате чего было много обмороженных. Всего было уничтожено 242 партизана, в плен попали 160 партизан, в том числе 95 военнопленных, освобожденных из лагеря в Знаменке. Большинство из них после допросов было расстреляно. Операции по зачистке продолжались в течение двух недель, но основная часть кампании заняла примерно столько же времени, сколько и уничтожение Никопольского отряда.

Спустя несколько дней после уничтожения группы новомосковских партизан началось крупное зимнее контрнаступление советских армий на Украине. Исходным пунктом наступления являлся город Изюм, расположенный северо-восточнее Днепропетровска примерно на двести километров. К концу февраля 1942 года советским армиям с боями удалось продвинуться на половину этого расстояния, и линия фронта находилась всего в пятидесяти километрах от реки Самары. В течение зимы и весной, по всей видимости, была предпринята попытка возродить партизанское движение или, скорее, создать разведывательные партизанские группы в районе, куда были направлены клинья советского наступления. С этой целью туда была осуществлена заброска на парашютах военнослужащих, как по одному, так и мелкими группами; немцы тщательно отслеживали все такие случаи, и их донесения отмечают, что парашютистам не удалось заручиться поддержкой местного населения. До начала окончательного отвода немцами своих войск с Украины в 1943 году в районе излучины Днепра активности партизан практически не наблюдалось [102] .

Район излучины Днепра мог бы представлять собой важное поле деятельности для партизан. При наличии большого количества городского населения можно было рассчитывать на массовый призыв, поскольку в городах традиционно было сильно влияние коммунистов. Организация сопротивления была начата рано, в распоряжение партизан поступило значительное количество оружии и боеприпасов. Несмотря на все это, партизанские группы не доставили противнику большого беспокойства и оказались способны лишь временно отвлечь на себя силы немцев в количестве нескольких тысяч человек. В течение всего нескольких месяцев после их создания партизанские группы были уничтожены, и после этого данный регион был одним из наиболее спокойных из всех оккупированных немцами в Восточной Европе.

Одной из причин отсутствия серьезных достижений была неблагоприятная для партизанского движения естественная среда. В районе излучины Днепра небольшие участки, представлявшие убежища для партизан, немцы могли тщательно прочесть в ходе всего одной операции. Кроме того, в отличие от расположенных севернее районов, где партизанское движение могло получать приток сил за счет отрезанных от своих частей военнослужащих Красной армии, имевших в течение длительного времени возможность скрываться в труднодоступных для немцев местах, на находящейся южнее равнине немецкие войска могли быстро окружать такие группы военнослужащих.

Местное население не оказывало партизанам необходимой им поддержки. Хотя собранных свидетельств явно недостаточно для полновесных выводов, вполне очевидно, что отношение населения к советскому режиму и партизанам было в лучшем случае нейтральным, а иногда и просто враждебным. Партизаны могли находить поддержку лишь у своих родственников или советских агентов, оставленных до начала немецкой оккупации, хотя и немцы не могли рассчитывать на поддержку большинства населения. К концу 1942 года в ряде сельских районов разочарование, возникшее в результате отсутствия аграрной реформы, и возмущение, вызванное непомерными реквизициями немцев, заставляли крестьян помогать партизанам. В районе излучины Днепра у крестьян таких настроений не было. К тому же здесь, в отличие от других мест, не было массового бегства в леса людей в результате невыносимых условий, таких как насильственная отправка на работу в Германию или жестокие репрессии в районах действий партизан. Наоборот, репрессии немцев в районе Новомосковска, пусть и были суровыми, все же не отличались чрезмерной жестокостью, способной заставить население помогать партизанам. Используемый немцами террор в сочетании с их явной решимостью искоренить партизанские отряды нарушил, а затем и полностью уничтожил связи между партизанами и населением деревень еще до того, как такие связи успели укорениться. Вполне вероятно, что отсутствие таких связей стало важным фактором, помешавшим возрождению партизанского движения в районе излучины Днепра в более поздний период.

Поскольку большинство партизан были ярыми сторонниками советского режима, можно предположить, что они представляли собой ценную в военном отношении силу. В какой-то мере это так – об этом говорит их отчаянное сопротивление и упорный отказ сообщать немцам требуемую информацию. Однако тот факт, что многие партизаны были городскими жителями с присущим им сидячим образом жизни, делал их плохо приспособленными к тяготам жизни в лесу. Тщательные приготовления зимних жилищ указывает на желание городских жителей иметь материальные удобства, а также на важность для них факта самого существования партизанского отряда, а отнюдь не стремление причинить максимальный ущерб противнику. Принадлежность в прошлом части партизанских командиров к советской бюрократии и излишняя усложненность организационной структуры были дополнительными факторами, способствовавшими упорному проявлению пассивности.

По сравнению с действовавшими позднее партизанами явными недостатками всех групп в 1941 году было отсутствие у них опыта и подготовки, а также сравнительно низкая эффективность поддержки со стороны советского партизанского командования и системы связи с ним. Время и опыт устранили эти недостатки, а в результате успехов советских армий зимой 1941/42 года партизанские группы получили мощное пополнение. Группы, уцелевшие в период первых испытаний, сплачивала и их вера в грядущую советскую победу, уверенность в которой укрепили успехи Красной армии. Следовательно, не будет ошибкой вывод о том, что, несмотря на все недостатки самих партизан, их не удалось бы столь быстро уничтожить, если бы немцы не бросили против них достаточных сил на ранней фазе развития отрядов. То, что немцы поступили именно так, объяснялось, видимо, тем, что для этого требовались сравнительно небольшие силы и их можно было подтянуть из южной части региона. На севере, где войскам немцев приходилось решать более сложные задачи, сконцентрировать силы для борьбы с партизанами было значительно труднее; как уже было отмечено, с началом зимы такое использование войск в немецком тылу было затруднено даже и на юге. Важность быстрого сбора достаточного количества сил для того, чтобы «убить», а не просто «ранить» партизанский отряд на раннем этапе его развития и еще до того, как он сумеет получить признание и помощь от местного населения, являлась одним из главных уроков, извлеченных немцами из операций в районе излучины Днепра.

В более широком плане существенной ценностью исследования данного района является вывод: при наличии благоприятных условий и при быстром и решительном применении силы партизанскую опасность можно устранить. В плане общего рассмотрения партизанского движения, в частности в северных районах оккупации, возникает картина стабильного роста количества партизанских отрядов и достижения ими существенных успехов. Такая картина способна создать впечатление, будто театру военных действий на Востоке присуще нечто такое, что не дает возможности вторгшейся стороне установить надежную власть. Продемонстрировав то, что подобное отнюдь не всегда было именно так, настоящее исследование может помочь представить все партизанское движение в более истинном свете.