Чтение онлайн

Люк оказался рядом со мной, но мужчина оттаскивал его назад. Он назвал Люка "сынок". Теперь я это вспомнила. Теперь я вспомнила, что это был его отец, который выглядел так же, как Люк, только старше. Он говорил ему, что уже слишком поздно, что если он пойдет за мной, то тоже утонет.

– Меня это не волнует! Эмма, держись!
– кричал Люк, пытаясь вырваться из крепкой хватки своего отца.

Люк кричал мне, вырываясь и отчаянно пытаясь спасти меня. Я тонула с его именем на губах, а его красивое лицо запечатлелось в моей памяти навечно.

*****

Небо заметно потемнело с момента моего возвращения. Приближалась полночь, поскольку мерцающие цвета в небе становились ярче. Люк приближался ко мне. Не то, чтобы я узнавала его по шагам, просто он был единственным, кто приходил ко мне теперь. Лишь с ним я общалась годами.

Я вовсе не злилась на него из-за того, что не рассказал про аварию, но я все еще не могла оправиться от реальности, с которой теперь столкнулась. Воспоминания, сопровождающиеся болью от моей смерти, не шли ни в какое сравнение с агонией от потерянной жизни и любви, которую мне так и не удалось испытать. Однако, вернувшиеся воспоминания не объясняли того, почему Люк сейчас здесь со мной или почему он был со мной всю неделю.

Он выжил после той роковой аварии. Его спас отец, а я утонула.

Так как он мог сейчас быть здесь со мной? Если он просто еще одно воспоминание, то мне нужно двигаться дальше и покинуть этот мир. Что же происходит? Я - одна из потерянных душ? Тогда реален ли Люк?

– Ты тоже умер?
– спросила я прежде, чем он подошел. Я обернулась к нему и заметила, что он помрачнел, словно произошедшее со мной тяготило его.

Он кивнул.

– Да. Я умер на прошлой неделе. Мне был восемьдесят один год.

У меня челюсть отвисла. Не то, чтобы меня могло удивить что-то после того, как узнала, что являюсь призраком с незавершенным делом.

– Как такое возможно? Это значит, что я...

Я сглотнула, не решаясь озвучить свои подсчеты. Получается, я была мертва уже шестьдесят два года.

– Я выжил в той аварии, - пояснил он.
– Но я не мог жить. Не мог жить по-настоящему. Не так, как хотел жить, после встречи с тобой. Я влюбился в тебя, и искал даже после смерти. Когда мне сказали, что ты так и не пересекла границу, я вернулся назад, зная лишь одно место, где смог бы тебя найти. Ты была там же, где мы впервые встретились, - Люк улыбнулся, наслаждаясь воспоминаниями.
– Казалось, что время замерло. Ты была все той же Эммой, моей Эммой.

Я не могла представить, как выглядел бы Люк в восемьдесят один год, но была рада, что сейчас смотрела на человека, которого помнила: хорошенького мальчика-плохиша с очаровательной улыбкой и невинными зелеными, как изумруды, глазами. Он был прекрасен, даже после смерти.

– Те истории о заблудших душах и потерянных воспоминаниях во время северного сияния...

– Я говорил о тебе.

– Тогда почему ты не рассказал мне о том, что знал? Почему ждал всю неделю, чтобы я сама вспомнила все?
– я почувствовала, как защипало глаза, эмоции переполняли меня и готовы были выплеснуться в любой момент.

– Я хотел, Эмма, поверь мне. Я еле сдерживался, когда снова увидел тебя. Ты была такой живой, говорящий ангел, созданный лишь для меня. Но та история о потерянных душах должна была натолкнуть тебя на воспоминания. Это были твои воспоминания.

Когда я нашел тебя, кусочки наших воспоминаний были разделены между нами. Ты забыла о наших совместных приключениях. Ты забыла даже то, что мы были знакомы. У тебя все еще сохранялись некоторые обрывки, но вскоре и они исчезли бы.

– Тогда, думаю, ты вовремя нашел меня, - голос дрогнул, потому что если это было правдой, и я на самом деле могла забыть о Люке, я бы навечно затерялась в стенах своего прошлого без воспоминаний и без надежды на воссоединение с любовью всей своей жизни.

– Почему я вижу тебя только ночью? Это иллюзия?

– Я настоящий, Эмма. Такой же, как и ты. Но мой свет становится ярче благодаря Северному сиянию. Ведь в сиянии находится дом для воспоминаний заблудших душ о неоконченной любви, о несбывшихся мечтах..., - он замолчал.
– Он отличается у каждого из нас.

– Твой свет словно проектор?

Он усмехнулся.

– Скорее как голограмма.

Его улыбка казалась неловкой, но мне хотелось, чтобы он улыбался. Все чувства, то я испытывала к Люку до аварии, нахлынули на меня с новой силой. Мы были влюблены. Сильно влюблены. Мы делились мечтами и тайнами, мы смеялись. Очень много. Я заставляла его улыбаться... так, что у него начинали болеть щеки, и Люку приходилось останавливать меня поцелуем.

Мысли о нашем последнем дне были слишком напряженными, поэтому воспоминания о нем исчезли в первую очередь. Я оставила худшее воспоминание на дне океана, но неутомимо продолжала искать Люка. Не уверена, но я вряд ли осознавала, что была мертва. Или, может, просто не хотела этого признавать. В конечном счете, мои поиски стали столь обыденными, а причины стерлись, как и мысли о Люке.

– Человек, который спас тебя, это твой отец, - сказала я.
– Вы похожи. В тот момент, когда поняла, что не увижу тебя снова, я посмотрела на него и была рада, что смогу представить, каким ты станешь в его годы, - я улыбалась.

Он шагнул вперед и взял меня за руку.

– Мне жаль, Эмма. Этого никогда не должно было произойти с тобой. Я был молод и слишком самоуверен. Нам не следовало отправляться в полет в столь неблагоприятную погоду. Знай же, что я всю жизнь думал о тебе, желал, чтобы все вышло иначе. Я сам заключил себя в тюрьму и стал самым несчастным человеком до конца своих дней.

– То, что ты говоришь, ужасно, - выдохнула я.
– Ты жил, Люк. Ты научил меня жизни за то короткое время, что мы были знакомы. Единственное, чего я хотела бы, чтобы ты прожил счастливую и полноценную жизнь за нас обоих.

Он склонил голову.

– Я наблюдал, как ты тонула. Я виноват в твоей смерти. Как я мог продолжать жить, зная, что я забрал твою жизнь?

Глубоко и прерывисто вздохнув, я дотянулась до его подбородка и подняла его голову так, чтобы он вновь смотрел мне в глаза.

– Я не виню тебя в своей смерти. Я люблю тебя за ту жизнь, которую ты мне подарил. Я держалась лишь тому, что у меня было самое важное воспоминание. Это ты. Ты полностью прощен за все страдания. Ты сам достаточно наказал себя.

– Я? Я забрал твою жизнь, Эмма.

– Звучит так, словно не только мне нужно оставить прошлое. В этом нет твоей вины. Твой отец никогда не позволил бы нам отправиться в полет, если бы думал, что это опасно. Несчастные случаи происходят, Люк. Ты рисковал, и, конечно, ты считал себя непобедимым. С тобой я чувствовала себя точно также. Вот что делало нас великими. Ты не мог контролировать исход, но тебе нужно простить себя.

Люк прижался своим лбом к моему.

– Я постараюсь.