Чтение онлайн

– я тут в переулочке мотоцикл с люлькой увидел. Может, воспользуемся? А то на ногах мы далеко не оторвёмся.

– Вот, добро. Веди.

Мы завернули за угол и, пройдя метров сто, увидели под кустами мотоцикл. Мы быстро оттолкали его метров на сто, завели его и помчались в сторону выезда из города. Бак был практически полный, поэтому мы так и доехали к развилке, потом съехали в лесок и, по-тихому проехав ещё метров триста, остановились. В этом месте была небольшая заросшая яма, куда как раз мотоцикл можно спрятать. Что мы и сделали, замаскировав яму ветками, да ещё табаком и перцем посыпали всё вокруг – мало ли, собаки могут след взять. И затем, вдыхая чистый, пьянящий воздух леса пошли не торопясь в своей базе. По дороге обсуждали ситуацию:

– Паш, а заметил что народ какой-то беспечный – сказал Ник.

– А что ему быть не беспечным. Тут агитация партии на высоте, и товарищи Берии без дела не сидят, а паникёров сразу признают врагами народа. Поэтому и ювелир нас сдал сразу. Ну, ничего, будет ему наука. Я что думаю – в отношении нас сейчас могут быть разосланы ориентировки. Но пока они дойдут, пока раздадут милиционерам, пройдёт как минимум три – четыре дня, а там и война начнётся. Нам сейчас надо быстро сварганить документы и прокатиться по району – найти воинские склады и вывести хотя бы три – четыре машины взрывчатки, бомб, мин, снарядов для наших фугасов. Для этого нужна машина или даже три – каждому по машине, чтобы одним разом всё провернуть. Времени у нас в обрез. Значит сейчас на базу. Готовим документы, и завтра с утра ищем склады. Тут в УРах они должны быть поблизости. Я тут смотрел карту по ноутбуку, рельеф местности особо не изменился. Есть пара тройка мест, где можно удачно устроить пробки на дорогах и заложить фугасы.

К вечеру документы, а именно: удостоверения личности в двух комплектах, мы сделали , я остался майором НКВД, Ник капитаном сапёром из артиллерийской воинской части, Нил в летной части заместителем командира БАО (батальон аэродромного обслуживания). Сделали накладные на получение авиабомб, мин и снарядов и взрывчатки, подрывных машинок с проводами и бикфордового шнура про запас, а на деньги мы частично закупим поражающего металла – гвоздей, болтов подшипников – за этим мы заедем на МТС и скобяные магазины – там этого барахла хватает. Единственное, что нас может напрячь так это земляные работы по закладке фугасов. Всё это придётся делать ночью. И причём все три ночи подряд. И без посторонней помощи. Придётся набивать трудовые мозоли лопатой. Войска Вермахта сюда дойдут через три дня, поэтому у нас ещё будет время связаться с местным командованием батальонов и рот укрепрайона, а фугасы придётся ставить как раз перед ними – в километрах двух-трёх от передней линии УРов. Самое то, что надо – УРы, своей обороной, создадут пробки дополнительно к нашим и скопление техники и живой силы Вермахта будет довольно плотное. Так что работаем.

Поутру, мы вышли на «охоту» нужны грузовики – тут не немцы, поэтому стрелять мы никого не будем, будем просто угонять. Гражданские грузовики и с военными в этом мире не отличаются – решили заскочить в ближайший колхоз, а он был в километрах 15 от нас. На мотоцикле в форме мы в колхозе напрямую приехали к директору и сказали, что нам на два дня нужны грузовики, которые мы у него забираем под расписку и в виду строгой секретности взяли с него подписку о не разглашении. Директор был трусоват и машины дал, причем две из них с полуприцепом. От него же узнали окольными опросами, где ближайший склад артвооружения. Склады оказались всего в 25 км от колхоза. В колхозе взяли и лопаты. И нам не пришлось искать скобяные магазины. При колхозе был свой машинотракторный цех от районного МТС. Тут нашлись и гвозди, и подшипники и прочие мелкие поражающие элементы. До базы – ряда воинских складов мы доехали быстро. Склады стояли в лесу. Мы решили подъехать по очереди с интервалом 15 минут. Я поехал первым как представитель округа НКВД. Перед этим мы по дороге повредили телефонную связь, сорвав её со столбов. Нам главное время выиграть. Пусть потом хоть запроверяются. Я в наглую подъехал к воротам ограждения и нахрапом стал наезжать на постовых, а они, увидев аж «цельного» майора НКВД, пропустили грузовик с прицепом на территорию складов. Ко мне выскочил лейтенант и представился заместителем начальника базы военного снабжения. Я же в ответ взял его на голос:

– Лейтенант, почему бардак? Где начальник базы?

– Товарищ майор госбезопасности! Начальник базы выехал в город на пару часов, у него жена на сносях. Но я за него могу всё исполнить.

– Значит так, лейтенант. Вот накладные, мне загрузить под завязку, взрывчатку тол, шнур, подрывные машинки, кабеля это в полуприцеп. В кузов противотанковые мины и снаряды к орудиям – только шрапнельные и осколочные – пополам.

– А зачем так много?

– Лейтенант, не задавай дурных вопросов. По секрету скажу, ты я вижу молодой специалист сапёр?

– Так точно!

– Так вот, в ночь на 22 число около 3 часов, выйди вроде бы как на проверку постов, а сам отойди с метров на пятьсот от базы, не менее и спрячься где-нибудь в канаве, а там уже сам поймёшь что делать. Если захочешь, то выбирайся в квадрат, где есть развилка дороги и там, у большого валуна ищи записку, останешься жив – встретимся. Только о нашем разговоре никому, иначе к стенке поставят.

– Неужели война?!

– Ты я вижу смышлёный, мне такие нравятся. Я всё сказал. Теперь грузите. Тут еще, наверное, придут машины. Так что лишних вопросов не задавай. Сейчас все на ушах стоят. Своему начальнику ни слова.

В это время подъехали Нил и Ник. Я отъехал и подождал их. И гружённые мы пошли колонной. Заехали в лесок через километров 40, уже за линией УРов и спрятались, дожидаясь ночи.

Первая закладка фугаса была намечена нами в километре от того места где мы остановились. Тут удачный рельеф – с левой стороны дороги по ходу движения от границы был ряд небольших холмов, метров на пять-семь возвышались над уровнем дороги, а с правой стороны дороги вдоль дороги шло не паханое поле, длинна участка была около 2-х километров, дорога упиралась в небольшую речушку, но глубокую, её с ходу на грузовике не проедешь. Через реку проложен довольно крупный деревянный мост. Мост был не охраняем. Этим мы и воспользовались. Я тут же заложил взрывчатку под средний бык и установил под ним стеклянный бутыль с самопальным напалмом и замаскировал его. Издали с винтовки с оптикой мы подожжём напалм, загорится бикфордов шнур и произойдёт подрыв. Восстанавливать бык будут минимум день, ведь напалм даже водой не потушишь. За это время пробочка организуется, будь здоров! И поле займут и не только дорогу, а нам как раз это и надо. Теперь закладываем фугасы. Холмы нам в помощь. Особо копать не пришлось. Фугасы получились направленного действия за счет отражения взрывной волны от холмов, так что все заряды полетят прямо на дорогу и поле. Метров на 200 будет поражающая сила зарядов. Вот только провода от фугасов надо хорошо замаскировать. Но и здесь природа сделала всё за нас – вдоль дороги и холмов шла канавка, промытая годами дождевыми водами, и канавка заросла буйно сорняком, вот среди него по дну мы и проложили провод к подрывной машинке – захочешь, не найдёшь. Если только не целенаправленно рыться в канаве. Провод мы вывели за холмы, а вот тут до кромки леса было около 150-200 метров. Придётся малость порыться земле. Авиабомбы были двух видов – пятидесятки и сотки, то есть на 50 и 100 кг. Поэтому пришлось потаскать. К трем часам ночи мы уже еле волочили ноги, а ведь нам ещё минимум две смертоносные ловушки надо сделать для немцев. Хорошо, что есть ещё три дня и две ночи. Собственно на эту ловушку у нас ушла машина бомб и снарядов и треть болтов и подшипников с гвоздями. Да ещё шрапнельные снаряды – там тоже заряды хорошие. Теперь надо ещё продумать, как уходить будем, а уходить надо под шумок, пока они очухаются мы ниже по течению, через километр от моста переправимся, а пока мы выдвинулись ко второй точке и там задневалили, а вторая закладка у нас будет через 15 км, уже на другой стороне реки, мы тоже присмотрели там участок хороший – с одной стороны высокая железнодорожная насыпь, а вдоль неё идет большая хорошая дорога, которая пересекает этот железнодорожный путь под прямым углом. Вот мы насыпь из гравия и будем использовать как отражающую стену и как поражающий элемент. С другой стороны насыпи идут деревянные столбы с электрическими и телефонными проводами. Вот по этим столбам мы протянем ещё одну дополнительную ветку проводов для нашей подрывной машинки. Ну, кто будет обращать внимание на провода – висят, да и весят, а машинку мы выведем в метрах трёхстах от переезда далее по ходу движения. Нам будет видно всю картину. Что же использовать для создания пробки? А пробка должна быть хорошей. И тут подал голос Нил:

– Паш, смотри возле ж.д. будки на переезде прямо рядом со шлагбаумом стоят две двухсотлитровые металлические бочки. Я, когда мимо проезжали, обратил внимание – они приварены к металлическим штырям, наверное, чтобы не утащили. Так в них можно заложить взрывчатку с напалмом, а по ним выстрелить зажигательными пулями – знатный костёр будет, а если подловить бензовоз или танк им тоже достанется, и будут гореть часа три. Единственное, фрицы на шпалы могут между рельсами положить шпалы и сделать объезд, но тут бы мин натыкать на насыпи и хрен они полезут потом.

– А что? Это мысль! Хорошо, что мы напалма намешали много, а пока отдыхаем, но тихо.

Когда стемнело, мы осуществили задуманное. Единственное, дежурного по переезду пришлось напоить, чтобы уснул, а движение поездов здесь не очень часто и Ник исполнял роль дежурного по переезду, когда проходили поезда. До утра мы еле – еле управились. Всё-таки сказалась трудная предыдущая ночь. Но тут хоть копать не надо было. Разгребали насыпь, укладывали снаряды, бомбы, поражающий элемент и загребали заново. Под утро пошёл ливень. Это хорошо, он смоет все наши следы.

Отъехав немного в лес, мы бросили две машины в овраге. Сил возвращать в колхоз уже не было. Мы подумали и решили, что на третью закладку фугаса у нас сил просто не осталось. Эти сутки мы потратили для приведения себя в порядок и отдыха. Третью машину без полуприцепа со снарядами и бомбами мы пока припрятали в лесу недалеко от линии УРа на развилке дорог на главном направлении наступления немцев у трёх дотов (долговременная огневая точка , иногда долговременная оборонительная точка) на вытянутой метров на триста вдоль УРа высотке. Здесь будет основное поле боя, как известно из нашей бывшей истории. Дорога здесь широкая, республиканского значения. Слева и справа в метрах пятистах по обе стороны болотистая местность. Так что немцам эта дорога позарез нужна будет для развития наступления.

На машине мы вернулись к нашей базе, помылись, переоделись в чистую запасную форму, теперь все были сотрудниками НКВД. Каждый взял себе по автомату, снайперской винтовке, пистолету и биноклю. Особо спрятали наши маленькие рации для экстренной связи. Взяли медпакеты усиленные нашими обезболивающими. Взяли с собой маскировочные накидки снайпера и по паре гранат-лимонок. Больше просто некуда было брать. Хотя мы и подготовили разгрузки, но это потом наденем. Перед отходом мы нашу базу замаскировали. В ночь на 22 июня 1941 года нам не спалось. Одно дело знать по фильмам и книгам, другое самим увидеть начало вторжения. И оно началось. В светлеющем небе сначала послышался гул двигателей самолётов, а затем увидели сотни самолётов идущих волнами, а затем начался АД. Часть самолётов начала бомбёжку городов. Досталось и нашему недавно посещённому воинскому складу-базы. Очевидно, что немцы знали его месторасположения. Поэтому отбомбились по нему знатно. Подрыв склада был такой, что мы тоже увидели и зарево и услышали взрывы. Остался ли жив наш лейтенант? До развилки ему пешком идти полдня. Надо завтра вечером наведаться к развилке. Если придёт, заберём с собой. Хоть и геморрой с ним будет, но жалко парня если пропадёт. Насмотревшись на зарево, решили взять с собой ещё и фотоаппарат. Будем снимать на плёнку все наши боевые будни. Авось пригодится. Поутру решили наведаться на линию высотки на УРе. Подъехав поближе, мы увидели возню возле дотов. От нас до Бреста было не так уж и далеко. Поэтому мы знали из истории, нашей бывшей, что оборону на этом участке Укрепрайона держал 17-й ОПАБ, комбатом которого был капитан Постовалов А.И. Очевидно, что это бойцы его батальона занимают позиции – доты и линии траншей. Мы на грузовике подъехали прямо к центральному доту. Из дота вышел чумазый капитан, который спросил: «Кто такие? Предъявите документы!», но увидев на нас форму сотрудников НКВД, сбавил обороты и добавил: «Сами понимаете, началась война.»