Чтение онлайн

— Ахренеть. Да входи, конечно, я всегда тебе рад, а сегодня особенно!

— Да любимый мой я тоже рад. То есть рада. Обещаю, ты не забудешь эту ночь до самой смерти.

Войдя внутрь, я обомлел. Весь коридор был уставлен скульптурами в натуральную величину. Каждая из них была произведением искусства. Идеальные копии Анжелы в разных позах занимали практически все свободное место. Большая часть скульптур была одета в различные наряды, особенно удивил, тот в котором девушка вышла сегодня сутра из комнаты. Коротенькая маечка и шортики, удерживались на скульптуре из последних сил, под давлением пышных форм, по факту же тоже являлись частью этого творения. Залюбовавшись, я не заметил, как Сэм скрылся в ванной, сказав что-то перед этим.

Прошло несколько минут, прежде чем он вернулся. Горящие страстью и недоверием глаза молча осматривали меня и статуи. Опустив глаза в пол, Сэм наконец-то заговорил.

— Я должен был давно тебе все рассказать, но как-то не решался. Боялся, наверное, тебя испугать…….. Ты самое дорогое для меня на этом свете, я все никак не мог подобрать слов, чтобы выразить свои чувства, сильно страдая от этого……. Однажды мне посоветовали попробовать написать или как-то иначе их выразить. Я перебрал десятки вариантов, пока не попробовал скульптуру……. Меня понесло. Я лепил каждый день готовясь подарить их тебе в качестве выражения своих чувств, но страх перед возможным отказом не давал мне этого сделать.

— Говоришь, не давал? Значит, сейчас ты решился?

— Да я готов подарить тебе их и не только. Я готов ради тебя на все. Когда я увидел тебя на пороге мой мир просто взорвался, поглотив все вокруг, после чего схлопнулся, став снова тобой. Я не вижу смысла жить без тебя.

— Прежде чем я тебе отвечу, позволь посмотреть тебе в глаза. Я верю, что именно в них найду ответ на мучащий меня вопрос.

— Конечно, родная, мне нечего скрывать от тебя.

С этими словами Сэм подошел ко мне вплотную, смотря прямо в глаза. Бездонная голубая пропасть начала меня поглощать, затягивая в самые глубины его души, в которой не было ничего кроме любви ко мне. Несколько минут тишины, в которой мы просто смотрели в глаза друг друга, нарушил мой голос.

— Я узнала все что хотела. Я вижу, что все твои слова, правда. Прошу давай войдем в комнату, стоять на проходе как-то неудобно.

— Извини! Конечно, проходи, извини у меня немного пыльно.

Стряхивая горы белой пыли с мебели, Сэм начал разгребать свободное место на диване, чтобы мы смогли сесть. Когда с уборкой было покончено, мы оказались сидящими в упор к друг другу на узком диванчике. Наши локти соприкасались, робко переглядываясь мы краснели все сильнее. Мой тихий едва слышный голос нарушил эту неловкую, затянувшуюся паузу.

— Поцелуй меня.

— Хорошо.

Наши губы слились в долгожданном поцелуе, казалось, он длился вечность, даря каждому из нас минуты истинного наслаждения. Когда воздух закончился у обоих, мы смогли наконец-то оторваться друг от друга, начав скидывать ненужные вещи на пол. Оставшись в одном нижнем белье, мы снова остановились в нерешительности.

— Разве он не должен был встать или типа того? — спросил я, глядя на совершенно плоские трусы.

— Понимаешь….. Я, наверное, сильно перевозбудился или перенервничал….. Я скоро буду в форме, нужно просто отвлечься или, наоборот, снова возбудиться….. Если ты мне поможешь, я буду очень благодарен.

Говоря последние слова Сэм стал ярко-красного света.

— Я попытаюсь……. Выходи чудовище поганое! Биться будем! — закричал я, глядя на трусы Сэма.

— Анжела! Ну кто так возбуждает!? Перестань кричать мне на трусы!

С этими словами Сэм спустил свои боксерские трусы, бросив их на пол.

— А что это за две фасолинки со стручком? Я думала он должен быть больше?! Он у всех такой? Говорила мне мама про початок, а тут так одно название.

— Не говори так! Он скоро станет больше! — закричал Сэм, начиная его тереть как волшебную лампу. — Вставай миленький! Прошу! За что ты так со мной!?

— Слушай, а он не отвалится? Смотри, он уже посинел! — закричал я, хохоча во все горло.

Побагровевший Сэм был готов расплакаться в любую минуту, только поистине богатырское самообладание удерживало его от каких-либо действий. Продолжая приводить в чувства своего друга, он стал нервно озираться по сторонам в поисках своих журналов, хохочущая избранница никак не подходила на роль музы.

— Да всё-таки у твоего соседа Жени, был как-то побольше!……. Ой.

Услышав последнюю фразу из уст любимой девушки, Сэм остановился, переваривая в голове только что услышанное. Любовь всей его жизни изменила ему с лучшим другом. Кровавая пелена закрыла глаза. Перестав действовать рационально, Сэм схватил незаконченный бюст любимой, после чего со всей дури опустил его ей на голову. Потерявшая сознание Анжела кулем упала на пол. В этот самый момент его друг принял боевую стойку. Действуя на полном автомате, он начал срывать с нее одежду желая заполучить то, о чем он так давно мечтал.

В самый разгар изнасилования девушка внезапно открыла глаза, осмотревшись по сторонам, из ее уст прозвучал вопрос, заставивший парня упасть на пол.

— Мы уже начали? А то я что-то ничего не чувствую!

— Я тебя убью мразь! Ты уничтожила меня! Растоптала мои чувства, смешав их с грязью! Так не доставайся ты никому.

Закончив говорить, Сэм схватил рядом лежавший нож, загоняя его ловко под левую грудь девушки. Кровь хлынула фонтаном стекая по лезвию ножа на руки, приходящего в ужас от содеянного парня. Глядя на дело рук своих, Сэм начал быстро собирать вещи, походу вытирая руки об одежду любимой, валяющейся на полу. Еще раз осмотрев комнату, парень выбежал на улицу, прихватив со стола веревку и мыло.

…

…

«А-ха-ха-ха. Господи какой баран! Так легко попасться на такой левый фокус. Гипноз рулит! Йоху! Вот это я понимаю навык. Жаль только некому рассказать об увиденном. Как страстно он целовал эту статую, краснея как маленький, а его видок, когда он узнал, что его девушка ему изменила, а ведь он даже не задумался, что Женя живет в другом конце города и они даже незнакомы. А когда он насиловал эту каменную бабу, разбивая свою причиндалы в кровь, вот он удивится, когда в лесу решит справить нужду, если доживет, конечно, до этого, кровило у него там не хило. Напоследок как он ее убивал, сколько пыла, эмоций! Жаль только каменное сердце никогда не будет любить!»