Пасьянс в четыре руки
Шрифт:
— Слушаюсь и повинуюсь, моя королева. Каков теперь мой статус — в аренде у ЕЕ Величества? Или в собственности? — переодеваться он не стал, просто попросил упаковать свой и темно-синий костюм, пару футболок и одну водолазку в пакет и проследовал за нею. У выхода взял за руку и поцеловал тонкие пальчики. — Ладно, будем тебя считать феей-крестной.
Кира резко остановилась:
— Я слишком… раскомандовалась?
Люди точно обтекали их, маленький островок странного напряжения. Они не спорили, и все же что-то в них не позволяло приблизиться или даже ненароком задеть.
— Нет, просто непривычно, когда решения принимает кто-то другой, а не я.
— Извини. Я… наверное, слишком привыкла сама управлять своей жизнью, подстраивать обстоятельства под себя, — Кира выдохнула, улыбнулась чуть виновато. — Забавно… Я, как любая женщина, мечтаю о мужчине, на которого могу положиться, которому могу отдать свою жизнь, но сама же их ломаю. Ладно, — девушка отвела от лица упавшую прядку, — это все лирика. А у нас сегодня много дел. Куда теперь? За телефоном или в супермаркет?
— За телефоном. Истинно буржуйский диван приобретен, записного донжуана из меня сделали, осталась ерунда: «Роллекс» и какой-нибудь «Вирту», так, чтоб на «десяточку» из десяти возможных…
— Это ты так сейчас ненавязчиво прошелся по моему поводу? — Кира выгнула бровь. Любопытно, она научится понимать этого человека, или это возможно только после нескольких лет проживания бок-о-бок? Жаль, но вряд ли Сева поделится своими соображениями по этому поводу.
— Не переживай, секретаря я тебе тоже долго припоминать буду, — невинно хлопнул ресницами Влад. — А у тебя в кабинете кожаный диван есть? И широкий стол, ну, такой, знаешь, начальственный, чтобы подчиненных на нем ммм… дай-ка слово повыразительнее подобрать… драть или просто иметь в хвост и в гриву?
— Спасибо, что предупредил. Надо будет отправить несчастного мальчика в отпуск. Во избежание, — Кира искоса поглядела на него и быстро отвела глаза. Влад ее… удивлял чем дальше, тем сильнее. Сейчас он ни чем не напоминал того холодно-пустого особиста, с которым она разговаривал всего-то пару дней назад. — И да, диван и стол имеются. Но я предпочитаю развлекаться на кресле. Оно гораздо удобнее. И такое большое… Ммм… это классовая ненависть «бедного особиста» к «богатенькой мажорке»?
— Любопытство нищего, но гордого пролетариата, вкусившего иной жизни, — хмыкнул «представитель пролетариата», подходя к витрине. «Соньки», «Лыжи», «Самсунги» и «Нокии». — Финны. Финны — хорошо. Вот эту «Нокию», пожалуйста, — он ткнул пальцем в простенький, без наворотов аппаратик. — И вот этот… — телефон, который он выбрал Севке, был значительно лучше. Да и функций в нем было валом. Включая плеер, камеру и Интернет — И две симки. У вас какой оператор?
— Возьми для вас обоих по две разных сим-карты, — Кира чуть сжала его запястье и отошла в сторонку, пытаясь понять, почему вдруг стало так грустно. От слов Влада, которые, она был уверена, тот сказал без задней мысли? Или почему?
Влад нахмурился, точно почувствовал ее состояние. Терпеливо дождался, пока ему упакуют все заказанное, расплатился оставшейся у него наличкой, и подошел к девушке.
— Я обидел тебя. Прости. С моей стороны это было зло и грубо.
— Я не обиделась, — честно солгала Кира, обхватывая себя руками за плечи. — Мне просто грустно. Я просто хочу домой. И не выходить оттуда, пока это все не закончится.
Влад понизил голос.
— Если я обниму тебя здесь, это будет этически недопустимо, да? В смысле, так не принято? Я совсем запутался, что можно, а что нельзя. Но мне хочется.
— Пару дней назад мы средь бела дня на площади устроили сцену из мексиканского сериала, — усмехнулась Кира. — Это не призыв к действию, если что, — девушка вздохнула. — Ну что, за продуктами? У меня холодильник тоже почти пуст.
— Тогда это была вынужденная мера. Обещаю прилюдно больше не приставать, — Ястребов с силой и нежностью сжал ее худенькие плечики. — Извини, я не умею шутить. А пытаться без чувства юмора, мягко говоря, чревато.
Он развернулся, оглядываясь по сторонам и, заметив указатель с направлением и названием супермаркета, потянул за собой Киру. Отчего-то прикасаться к ней сейчас было почти физически больно.
— Ты умеешь шутить, — возразила та, даже не пытаясь сопротивляться такому напору. — И чувство юмора у тебя тоже есть. Просто иногда совершенно невинные слова у меня вызывают непредсказуемую реакцию. Поверь, если бы я обиделась, ты бы узнал об этом первым. Ну вот куда тебя понесло? Полуфабрикаты возьмем в последнюю очередь, а то они успеют растаять, пока мы между полками бродим.
— Там дальше мясной отдел, всякая колбаса и прочие сыры. Просто так ближе, — пожал плечами Влад, но траекторию движения сменил. Стеллажи с одеждой и трикотажем он блистательно проигнорировал. — Я собираюсь-таки попасть сегодня домой… Не могу же я у тебя постоянно обретаться? Да и облаву тогда явно утраивали не на меня. Помнится, все ценят личное пространство, а я отнимаю его у тебя напрочь, — зато мимо стеллажей с бытовой химией он не прошел. Бросил в тележку зубную пасту, щетку, шампунь и бальзам для волос. — Севке, — объяснил он. — Он даже ноутбук свой взял, а о мелочах забыл…
— Кому что дороже… — рассеянно улыбнулась Кира. — Похоже, о мелочах в вашей семье заботился ты.
— Есть такое дело, — вздохнул Влад. — То есть, если я на некоторое время выпаду из твоего поля зрения, ты против не будешь?
— Если я скажу что против, ты бросишь что-нибудь по поводу того, что я «не хочу с тобой расставаться», «уже начала скучать» или еще что-нибудь в этом роде? Я против того, что ты пойдешь на неизвестную мне территорию. Но это твое право.
— Не скажу, — уголками губ обозначил улыбку Влад. — Но подумаю. Хотя, я могу показать тебе мою территорию. Чтобы ты знала, куда ты меня отпускаешь.
— Не боишься, что нас с тобой увидят? За твоим домом все еще могут следить, — после недолгого раздумья Кира положила в тележку вилок капусты и потянулась за помидорками.
— Значит не судьба, — Влад добавил в тележку свежих огурцов, салат и зелени. — Придется тебе поверить мне на слово.
— Поверить на слово… — выдохнула Кира. — Мне не нравится эта идея. Если ты вдруг исчезнешь или вздумаешь погибнуть, потом можешь не возвращаться, — она бросила на Влада смеющийся взгляд, но на дне зрачков тускло сияла пока еще легкая тревога.
— Кому я нужен? — ядовито фыркнул Влад, сунув в тележку большую сетку апельсинов. — Блудный кот непременно вернется, — он на минутку замолчал, рассматривая грозди бананов. — Мне нужно прикрыть Севку со всех сторон. Мне бы сделать ему документы новые…
— Хорошо, — неожиданно ровно и спокойно произнесла девушка. — Советую тебе переговорить на эту тему с Илюшей. У него в этом плане возможности шире. Тебе, я думаю, он не откажет. А я… Я попробую разобраться с остальным сама.